Хищная. Книга 2 - Инфинити Инна - Страница 13

Сучка.

– Да.

Она хмыкнула.

– Узнаю тебя, Кристина.

Тварь.

Максим странно сверлит меня взглядом. Сейчас как-то исподлобья и совсем без улыбки. Что же творится в его голове?

– Кристина, – подал голос отец, – а что у тебя с Токаревым-младшим?

Я застыла. Вот это он сейчас к чему публично спрашивает? Наедине не мог поинтересоваться?

– В каком смысле, пап? Не очень понимаю твой вопрос.

– Ну, я так понял, ты с ним очень тесно общаешься.

– Да.

– И что означает ваше столь тесное общение? Вы друг другу кто? – Отец пристально на меня смотрит. Мстит мне за вчерашнее такими вопросами при посторонних? Похоже на то.

– Мы с Ильей вместе учились. Помогали друг другу, когда кому-то из нас было тяжело. Вот и все.

Нельзя говорить отцу, что мы друзья. Прицепится к тому, что я дружу с конкурентами. Нельзя говорить, что мы любовники. Во-первых, это не так. Во-вторых, не нужно, чтобы Максим думал, что у меня много мужчин. Достаточно того, что Елена ляпнула про Майкла. Нельзя говорить, что мы с Ильей друг другу никто. Это будет предательством с моей стороны.

Отец поджал губы и больше не произнёс ни слова.

После завтрака родители и Максим с Ольгой собрались уезжать. Я пока предоставлена сама себе, выходить в компанию отец меня не торопит. Да я и сама пока не готова. Хочу немного отдохнуть после бесконечной учебы на протяжении восьми лет. К тому же нужно заняться одним важным делом.

Я вышла проводить их в коридор. Поцеловала в щеку отца и Елену, кивнула Олейниковой. Хотела просто кивнуть и Максиму, но он неожиданно склонился ко мне и приобнял за плечи.

– Буду ждать тебя, – прошептал мне на ухо так, чтобы никто не услышал, и слегка коснулся губами моей щеки.

Сердце пропустило удар, по телу прошёл разряд тока. Кажется, Максим тоже слегка дернулся. Затем он быстро отстранился и на секунду внимательно посмотрел мне в глаза, как бы спрашивая «Хорошо?». Я закрыла и открыла глаза, отвечая ему «Да».

К счастью, Олейникова уже вышла из дома и направилась к машине, поэтому не видела этой картины. А вот отец заметил.

Когда все ушли, я еще долго стояла в коридоре положив ладонь на то место, которого коснулись губы Максима. А когда наконец очнулась, все еще в недоумении направилась в свою комнату и стала собираться.

Глава 8.

Я выгоняю из гаража свою старую Audi и уезжаю из Золотого ручья. Папа до сих пор не продал мою машину. Спасибо ему за это. Уже вышла более новая модель, но мне нравится и моя. Не хочу менять автомобиль, хотя ему уже лет десять.

Я останавливаюсь у цветочного магазина, покупаю большую охапку белых роз, которые так любила мама, и еду к ней на кладбище.

– Здравствуй, мамочка, – тихо говорю я, касаясь рукой памятника. – Прости, что не навещала тебя так долго.

Могила чистая, ухоженная. Я знаю, что папа следит за ней и приезжает сюда, когда есть время. Я положила цветы на землю и присела на лавочку рядом. Я не была на ее могиле восемь лет. По щекам потекли слезы.

Я всматриваюсь в мамино лицо на памятнике и вспоминаю свадьбу отца с Еленой. Именно на ней мне пришла в голову мысль, что мама пожертвовала своей жизнью ради моей повторной встречи с Максимом. Ведь, если бы она не умерла, отец никогда не женился бы на Елене, и мы с Максимом никогда бы не нашли друг друга вновь. Я помню, что он не согласился с мной, когда я ему об этом рассказала, но я все равно уверена в своих мыслях.

Я встаю с лавочки и присаживаюсь на коленях возле памятника. Обвиваю его руками и говорю:

– Твоя смерть не будет напрасной, мама. Обещаю. Ты подарила мне встречу с моим героем, и я обязательно буду с ним. И однажды я приду к тебе сюда с нашими детьми. Они будут знать, кто их бабушка. Я люблю тебя, мамочка.

Я целую памятник и, утирая слезы, иду к машине.

Через час я подъезжаю к Викиному дому. Паркую машину у ворот в ЖК, набираю код, который до сих пор помню наизусть, и захожу во двор. Подхожу к подъезду, снова набираю цифры, и вхожу внутрь. Поднимаюсь на лифте на последний этаж и звоню в дверь.

Мне открывает их старая домработница – Людмила Николаевна. Уже тогда она была женщиной в летах, а сейчас и того сильнее постарела.

– Кристина! – Ахнула она. – Это ты? Проходи, деточка.

Я вошла внутрь и оказалась в такой знакомой и родной гостиной с выходом на большую террасу, с которой по ночам открывается изумительный вид на Москву.

– Как ты изменилась! Настоящая взрослая девушка теперь! – Приговаривает Людмила Николаевна, усаживая меня на диван в гостиной.

– Здравствуйте, Людмила Николаевна, – широко улыбаюсь ей. Это очень хорошая добрая женщина, которая никогда не выдавала Викиным родителям наши с ней детские проделки. Будь то разбитая дизайнерская ваза, которые коллекционировала Викина мать, или случайно устроенный пожар на кухне, потому что мы с Викой решили поиграть в «Ресторан».

– Как ты, Кристиночка? Как Америка? Ты в гости или уже навсегда домой?

– Навсегда. Я закончила учебу и вернулась.

– Какая ты умничка!

– Вики нет дома? – Задаю интересующий меня вопрос.

Людмина Николаевна тяжело вздохнула.

– Вика тут уже давно не живет.

– А где она?

Людмила Николаевна развела руки.

– Никто не знает.

– То есть как? – Я искренне удивилась.

– После того, как ты уехала, Вика очень замкнулась в себе. Приступов не было, но она почти перестала общаться. Она поступила в институт, но связалась там с дурной компанией. Стала много пить, употреблять запрещённые вещества. С родителями дома начались проблемы. А ты ведь сама знаешь, что, прости Господи, отношения с ними у Вики никогда не ладились. В общем, в какой-то момент Вика собрала вещи и уехала к сожителю. Институт она бросила, с родителями общаться перестала, никогда больше сюда не приезжала. А они ее и не искали. А потом и вовсе Степановы развелись, и сейчас у Викиного отца новая молодая хозяйка в этом доме. А недавно у них родился ребенок. – И Людмила Николаевна недовольно поджала губы.

Я сидела и молчала. У меня не было слов.

– И у вас нет идей, как можно найти Вику? – наконец выдавила я из себя.

Она покачала головой.

– Нет, к сожалению. Тот номер телефона, который был у Вики, уже давно не работает.

Я посидела с Людмилой Николаевной еще какое-то время, рассказала ей о своей жизни на протяжении этих лет и поехала домой, испытывая острое чувство вины за то, что произошло с подругой. Я не имела права так ее предавать.

Дома папа со мной почти не разговаривал. Обижался. Хотя на самом деле это я должна на него обижаться.

– Кристина, когда ты планируешь выходить на работу? – Спросил у меня через пару дней.

– А когда надо?

– Вчера.

Дела в компании настолько плохи?

– Хорошо, завтра после обеда буду.

Я поднимаюсь в свою комнату и долго в нерешительности верчу в руках телефон. К Максиму надо ехать завтра утром, другого времени не будет, если я выйду в компанию. Звоню ему и зажмуриваюсь от страха. Он отвечает после третьего гудка.

– Привет, Кристина, – говорит он мне ровным голосом и, мне почему-то показалось, что он улыбнулся на том конце провода.

– Привет, Максим. Не отвлекаю?

– Нет, все в порядке. Как твои дела?

– Спасибо, хорошо, осваиваюсь дома. Твои как?

– Тоже хорошо, работаю.

Я секунду помедлила.

– Тебе будет удобно, если я приеду завтра утром?

– Да, до трех часов я свободен. Потом нужно будет уехать к маме в вашу компанию.

– Я тоже во второй половине дня должна буду приехать к отцу. Пора выходить на работу. Могу тебя подвезти.

– Было бы отлично, – и мне снова показалось, что он улыбнулся.

– Тогда во сколько мне будет лучше подъехать? Сколько времени может занять экскурсия по твоему офису?

– Экскурсия много времени не займёт. Максимум час. Но, если хочешь, перед тем, как уехать в «Капитал-Строй», можем еще пообедать вместе.