Приют для миллионера (СИ) - Микс Александра - Страница 28

Я рассматриваю его профиль, наслаждаясь идеальными чертами лица.

Росс ногой открывает дверь в ванную и опускает меня на прохладную плитку.

Я не располагаю временем рассматривать интерьер, — Мартин увлекает меня за стеклянную перегородку душевой и наощупь включает воду. Теплые капли добивают его: мужчина впивается в мои губы в отчаянном порыве. У нас одно дыхание на двоих, хриплое и прерывистое. Иногда мы забываем дышать вовсе, да и не нуждаемся в этом, являясь самым настоящим кислородом друг для друга.

Я охотно отвечаю на глубокие поцелуи, едва поспевая за напором мужчины. Одежда мокнет и начинает прилипать к чувствительному от желания телу.

Мартин стягивает с моих плеч халат и тот бесформенной тряпкой падает к ногам. Пеньюару везет меньше, — Росс прямо на мне рвет шелковую ткань, которая жалобно трещит под его руками. Я и не против, меня это заводит еще больше.

Несдержанный стон срывается с моих губ, а ведь Мартин пока ничего не сделал. Он одним присутствием доводит до состояния, когда хочется умолять закончить прелюдию и перейти к основному блюду.

В этот раз мне хватает всего минуты, чтобы расправиться с мужским костюмом и удовлетворить излишнюю самоуверенность Росса, что блеснула в его глазах. Он не сомневается, что производит на меня должный эффект — я хочу его.

Мартин подхватывает меня под бедра, и я обвиваю его талию ногами. Все это в непрерывном поцелуе, который сводит с ума и заставляет нервно сглатывать.

Он входит рывком, опуская меня до упора. Я блаженно вскрикиваю, а Росс повторяет нехитрую манипуляцию, впиваясь пальцами в мои ягодицы. Так остро я не чувствовала никогда, все попытки усмирить реакцию собственного тела заканчиваются полным провалом. Оно слушается не меня, а Росса, становясь податливым всякий раз, как он дотрагивается до самых чувствительных точек.

Я хватаюсь за скользкие от воды плечи мужчины, оставляя заметные следы от ногтей, которые сразу проявляются красноватыми линиями. Но Мартина это не волнует, он продолжает брать меня так, как пожелает.

Вдоволь насладившись видом спереди, Росс опускает меня и поворачивает к себе спиной, заставляя прогнуться в пояснице. Я прижимаюсь щекой к нагретой плитке, и низ живота сводит сладкой судорогой от остроты момента.

Звонкий шлепок по ягодице приводит меня в чувства… Еще один… И еще.

Я всхлипываю, но звуки теряются в шипении воды.

Мартин заполняет меня полностью, движения становятся грубее. Он наматывает мои волосы на кулак и оттягивает голову назад. Уже так привычно, но по-прежнему слишком возбуждающе.

Я догадываюсь, что в Россе кипит ярость от произошедшего инцидента, и он неосознанно вымещает ее на мне. С силой, едва уловимой злостью и удовлетворением, когда нежность отходит на второй план. Он обязательно очнется, но позже, сейчас он идет у инстинктов на поводу.

Я двигаюсь ему навстречу, и Мартин замирает, давая мне дойти до предела самой. Старательно толкаюсь назад, насаживаясь на него с еще большим остервенением.

Мои волосы все еще стянуты на затылке в тугой хвост так, чтобы не было возможности отстраниться. Мартин держит крепко, заставляя подчиняться и работать ягодицами в нужно ему темпе.

— Да, так, малыш, — хрипло выдыхает Росс.

Тело перестает слушаться, и я начинаю терять равновесие от приближающегося оргазма, но Росс поддерживает меня за талию. Мой крик разносится эхом по душевой под сдержанный стон мужчины.

Разрядка настолько мощная, что сил не остается совсем. Даже заикаться не стану про усталость и потрепанные нервы. У меня одна цель — добраться до постели. Я просто хочу спать.

Глава 17

Я просыпаюсь ближе к обеду. Росса рядом нет, судя по всему, он так и не приходил, иначе я бы запомнила его присутствие.

Дела важнее всего. Чертов робот!

У кровати стоит сумка, но не та, что изнемогала на полу в доме Мартина. Я узнаю вещи, — они мои, из моей квартиры, куда мог попасть человек, у которого есть ключи.

Элиот! Конечно! Кому же еще взбредет в голову вскрывать замки?

В содержимом обнаруживаю несколько платьев, пару костюмов, блузки и даже нижнее белье. Оно предусмотрительно лежит на дне сумки, видимо, чтобы кому-то не влетело за прикосновение к личным вещами такого плана. Все сложено довольно аккуратно, пусть и на скорую руку.

Я не могу сдержать улыбки. Элиот снова обратил на себя внимание. Эти мелочи оказываются решающими в общем впечатлении о нем.

С нарядами все более менее понятно, а вот с обувью намечается глобальная проблема. Кроме мюлей, в которых я вчера сбежала от террора, устроенного Стоком, у меня в наличии ничего нет. Об этом Элиот не позаботился.

Собирать женские вещи — не самое интересное занятие, а уж всего не упомнишь так точно.

Я привожу себя в порядок, надеваю брючный костюм молочного цвета и свою единственную обувь.

В гостиной меня встречает целая делегация из сильных и уверенных в себе мужчин. Уровень брутальность зашкаливает.

Мартин расположился в широком кресле, он неизменно в идеально пошитом костюме и начищенных до блеска ботинках. Его личный уровень обольстительности упорно стремится вверх. При виде него совершенно невозможно оставаться невозмутимой.

Напротив Росса на диване устроился Руперт. Он слегка взвинчен и монотонно постукивает указательным пальцем по подлокотнику. Наверняка, на повестке дня вчерашний инцидент, это не может не беспокоить.

Мне все еще непривычно видеть Рупа рядом с Мартином и осознавать, что они братья. Хотя, кажется, я стала замечать небольшое сходство между ними.

На другом конце дивана, откинувшись на спинку, сидит Элиот. У него довольно усталый вид, и под глазами залегли заметные синяки. Но он снова преступно спокоен. Начальник охраны лишь изредка бросает равнодушные взгляды в сторону маячащего возле входной двери Криса.

Мое появление меняет тяжелую атмосферу, будто у всех приказ при виде меня улыбаться.

— Милая, — Мартин протягивает ко мне руку.

Подхожу к нему и опускаюсь на широкий подлокотник кожаного кресла. Его ладонь по-хозяйски ложится на мое бедро, и, кажется, я начинаю привыкать к роли его женщины.

— Прекрасно выглядишь, — вполголоса произносит Росс.

— Да, только есть одно «но», — произношу я поворачиваясь к «курьеру» своих вещей. — По мнению некоторых, к целой сумке одежды полагается одна пара обуви.

Все присутствующие бросают взгляд на мои ноги.

— Как ты думаешь, Элиот, — начинает Мартин, — черная обувь подходит под светлый костюм?

Четверо мужчин буравят взглядом мои несчастные мюли, и даже Крис перестал наворачивать круги около двери. Складывается впечатление, что в окружении этих мужланов не было нормальных женщин.

— По-моему, смотрится хорошо, — оценивает Элиот.

— Ты что скажешь, Руперт? — продолжает Росс.

Руп потирает подбородок, и выдвигает другое мнение:

— Может лучше туфли на каблуке?

Крис от комментариев отказывается, а я не могу найти слов от этой солидарной наглости. Хотя, хочу отметить, что такое внимание мне льстит.

— Все понятно, мальчики, вы обсуждаете важные дела, а тут я со своими туфлями, — всплескиваю руками.

Мужчины сдержанно смеются, и даже Руперт меняется на глазах, позабыв о проблемах насущных. Обстановка перестает быть такой гнетущей, и это меня вполне устраивает.

— Элиот, отвези Эйву в магазин, пусть купит все, что ей нужно.

— Я не поеду, Мартин, я нужен здесь.

Меня удивляет этот отказ, если не сказать больше. Вчера от него исходило тепло, а сегодня ледяной мороз. Он как ветер — постоянно меняет температуру и направление.

— Ничего важного не пропустишь, поезжайте. Только смотри…

Элиот не дает Россу договорить, перебивая его недовольным тоном:

— Не учи меня.

***

Все попытки разговорить своего охранника во время похода по торговому центру не увенчиваются успехом. На все вопросы он отвечает коротко и по делу, ни единой лишней фразы. Его отрешенность меня расстраивает, ведь я не понимаю, что не так.