Приют для миллионера (СИ) - Микс Александра - Страница 34

Росс разгневанно бьет кулаком по стеклу, едва не разнеся его вдребезги.

Глава 19

Этот день переставил все фигуры на моей шахматной доске. Король, конечно, остался королем, но совершенно с другими чувствами, эмоциями и целями. Жестокость олицетворяет все его существо, и взгляд смягчается только при виде меня… иногда.

Прошла уже неделя, а я как плюшевая игрушка изо дня в день украшаю диван в гостиной, прерываясь лишь на сон и прогулку по охраняемой территории.

Мартин не живет со мной, он лишь изредка появляется, чтобы я не забыла о его существовании. Приходит, когда сочтет нужным, неважно, день или ночь, его больше не волнует время суток. Но чаще он заявляется ночью, нетрезвый и голодный. Мы занимаемся сексом пару часов, а затем он снова уходит. Короткие разговоры и многозначительные взгляды. Он так и не извинился за боль, а я, кажется, давно простила ему гибель родителей.

Но ему не до этого, не до моих чувств и обид, сейчас ему все равно.

Росс бросил все свои связи и ресурсы на поиски брата. Известие о его похищении снесло ему голову, разбудив в нем настоящего дикого зверя.

Он больше никого ни о чем не просит, он приказывает и заставляет.

Мартин начал игру по своим правилам, проигнорировав даже ультиматум спецслужб согласиться на сотрудничество в поиске Руперта. Действовать сообща, делиться информацией и плясать под чужую дудку Росс и не собирался.

Восьмой день этих испытаний начинается с приезда Мартина. Он застает меня все в той же депрессивной позе эмбриона на диване.

— Добро пожаловать, мистер Росс, — начинаю я.

Он проходит к дивану, осторожно опускаясь мне в ноги.

— Снова спала в гостиной?

— Отвыкла спать в спальне, там мы только трахаемся.

Непроизвольно стараюсь задеть его, и каждая моя фраза токсичнее предыдущей. В словах столько яда, что никакое противоядие не сработает.

— Хотя плевать. Скажи лучше, вы нашли Руперта.

Росс откидывается на спинку дивана, роняя голову на подголовник. Ему тяжело, я знаю, и каждый день отсчитывает неизвестный срок. Это как бомба замедленного действия, — никогда не знаешь, когда рванет.

Мартин достает из кармана брюк телефон и крутит его в руках. Смартфон оказывается моим, Элиот забрал его в тот роковой день, отрезав меня от мира.

— Мы не можем найти, — он произносит это как данность, признавая свое первое поражение. — Твое спецзадание затянулось, молчать больше нельзя. Тебе придется звонить.

— Что это значит?

— Мы закинем ему наживку. Скажешь, что клуб Колибри принадлежит мне. Еще упомяни недвижимость в Италии, якобы слышала, но не поняла.

Он протягивает мне телефона, и я не раздумывая набираю номер Стока, включив громкую связь. Гудки короткие, монотонные, будто подстраиваются под учащенные удары моего сердца.

— Я знал, что ты позвонишь, — отвечает на звонок Тоби.

— Как ты понял?

Он заливисто смеется, изображая веселье, словно его забавляет мой вопрос.

— Мне не звонят с незнакомых номеров, Хилл. Если ты больше не собираешься менять телефон, я сохраню его в избранные. Нам довольно часто предстоит общаться.

— Надеюсь, что нет.

— Итак, неделя позади, и ты звонишь меня чем-то порадовать?

Росс кивает, подталкивая меня к сути.

— Клуб Колибри… Он принадлежит Мартину. Я слышала, как они обсуждали какие-то встречи в нем.

— Бинго! — кричит в трубку Сток. — Продолжай.

Я тяжело выдыхаю, почему-то очень трудно говорить, словно язык онемел и не хочет шевелиться.

— Еще что-то в Италии, недвижимость, точно не знаю.

— Начало положено, но за неделю маловато. Нужно лучше стараться, Хилл.

Я пропускаю его упрек мимо ушей, он меня совершенно не волнует. Меня беспокоит другое, и слова сами соскальзывают с моих губ:

— Как Руперт?

— Живой, не совсем здоровый, но все-таки живой, — играет на нервах Сток. — Ты спрашиваешь из сострадания или с ним ты тоже спишь?

Будь Тоби рядом, я бы выцарапала ему глаза. И Росс со мной солидарен, — он сжимает руки в кулаки.

— Пошел ты, Тоби, — уровень презрениях в моих словах запредельный.

Сток смеется в трубку, распознав, что сумел меня задеть:

— Тик-так, Хилл, тик-так.

Разговор бросил меня в ледяную бездну, где настолько холодно и одиноко, что невозможно игнорировать ее существование. Она окутывает своими липкими щупальцами, пробуждая ненавидеть все вокруг. И самое ужасное, что у нее нет ни конца, ни края, никакого четкого очертания, за которое можно было бы зацепиться.

Росс выглядит равнодушным, но его глаза снова темнеют. Они горят желанием уничтожать, и таких оттенков я прежде не видела.

— Собирайся, мы вернемся в мою квартиру.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Мартин.

В квартире через чур прохладно и не убрано. Повсюду пустые пачки от сигарет и опустошенные бутылки виски. Россу явно было не до порядка, к тому же, домработницу любезно оставили мне.

Но здесь я не хочу спать в гостиной, мне нужна спальня, его спальня.

Я без проблем нахожу нужную комнату, и она встречает меня полумраком, взбитой постелью и спертым воздухом. Не знаю, что здесь происходило в мое отсутствие, но пытать свою фантазию не горю желанием.

Отдергиваю шторы, позволяя лучам полуденного солнца наполнить помещение светом, и распахиваю настежь окна.

— Здесь никого не было, — успокаивает меня Росс, наблюдая за моими резкими движениями.

— Я не хочу об этом думать, — мой голос звучит еще резче.

Мартин садится на край кровати, протягивая ко мне руку. Этот момент как дежавю, повторяется снова и снова.

Он зовет, — я иду. Мне критически мало его присутствия, его прикосновений и его запаха.

Росс обнимает меня, поглаживая широкими ладонями по спине, а я целую его в макушку. Он поднимает на меня глаза. В них можно прочесть такое, что в итоге заблудишься и потеряешь самого себя, лабиринт со множеством входов и с единственным затерянным выходом.

— Кажется, я скучал.

— Холодно, Мартин, слишком холодно.

— Ты хочешь теплее? Я могу раздеться.

Я не реагирую на его надменное предложение. Меня оно почему-то не задевает, и это первый звоночек.

— Ты уходила к романтичному настойчивому бизнесмену, а сейчас видишь другого человека, и не понимаешь, как себя вести? — вдруг спрашивает он, пропадая в точку с первого раза. — Прости, обстоятельства — дерьмовая вещь.

— И ты, конечно же, снова уйдешь?

— Сегодня могу оставить тебе Элиота, — усмехается он.

— Кажется, я скучала.

Теперь он хмурится, но не уточняет, о ком из них двоих идет речь. Несмотря на это, за молчанием эмоций не скрыть: руки впиваются в талию с новой силой. Ему не нравится, он не согласен на двойную игру.

— Вернусь к вечеру.

Мартин даже оставляет мне телефон, засунув его в задний карман моих джинсов.

Сегодня день поощрений?

А затем он уходит, оставляя неприятный осадок: он готов откупиться Элиотом, но только бы не остаться самому.

Своего сегодняшнего компаньона я нахожу на кухне с кружкой ароматного кофе.

Только сейчас понимаю, что завтрак непозволительно был мной пропущен, и есть вариант исправить недоразумение.

Мужчина сидит со скучающим видом: трудно выполнять роль няньки, когда ты начальник охраны.

При виде меня выражение его лица меняется. Широкая и искренняя улыбка заставляет улыбаться в ответ. Он прост и открыт для меня, быть может, это всего лишь задаток за хорошее поведение. Кто знает, как бы он вел себя со стервой.

— Доброе утро, — выдыхает Элиот, будто с нетерпением ждал этой встречи.

— Теперь оно действительно доброе.

Он по-детски смущается, не ожидав моего откровения.

А я и не стану скрывать, что за семь дней его отсутствия думала о нем ежедневно.

В место моего заточения приезжал только Мартин, Элиот ни разу так и не появился. И я вспоминала о нем, часто.

Конечно, рекордное место в моей голове занимает Руперт. Хочется волком выть и надеяться, что кто-то откликнется. Но контроля нет, и я никак не могу повлиять на эти события.