Драконья соседка, или (не) тихие провинциальные будни (СИ) - Калина Анна - Страница 38

— Лиза… Я не понимаю к чему ты все это говоришь?

— К тому, что вы завсю свою короткую жизнь ничего кроме детских поп да работы до седьмого пота не видели, — прорычала мне медведица, — вы так цветов испугались, будто вам бомбу принесли. От дракона этого шарахаетесь как от чумного… Да в вашем возрасте по сведанкам бегать нужно. Жзнь жить. Дышать полной грудью, а не торчать на грядках или носиться с пилой наперевес. Сердце за вас болит!

— Ты сейчас говоришь глупости, — разозлилась я и снова решила вернуться к письму.

— А вы глупости делаете. Я впервые вижу чтобы мужик вот так вокруг бабы круги наматывал.

— Ты же понимаешь что ему от меня нужно, — рассерженно заявила я.

— Так всем мужикам от баб это нужно! — расхохоталась медведица, — Или все из разного теста слеплены? Ага щас! Я вам как дама с опытом заявляю, плакать нужно когда мужику от вас ничего кроме супа не нужно… Вот тут беда. Прямо горюшко горькое. А так все в приделах нормы, как природой здумано.

— Лиза!

— Что? Если бы он хотел, он бы вас еще в лесу скрутил и все что хотел получил бы! Или я не права?

Я громко фыркнула и схватила письмо. Раскрыла конверт. Записка поражала своей кракостью и наглостью „Вы мне снились… А я вам?“. Не знаю почему меня так разозлила эта записка. Наверное потому, что высший попал в точку. Да! Снился. В те короткие моменты забытия мне снились события в кабинее Касо.

— Если он тебе так нравится, то можешь его себе забрать, — зло выкрикнула я и напавилась к лестнице, меня вполне устраивает моя жизнь. А сплетни обо мне и Касо нам не нужны.

— Так они будут, сплетни- то, — хихикнула Лиза, — если люди захотят, то пустят сплетню про кого угодно. И вас не спросят правда это или нет.

— Есть шанс, что Касо устанет и отстанет, — произнесла я, стоя на ступенях.

— А вы точно этого хотите? — хитро прищурилась Лиза, — глядите, чтобы потом не жалели. Я то сопли вытру мне не сложно…

Я фыркнула и пошагала вверх. В свою спальню. Глупый и бессмысленный спор. Что мня ждет рядом с Касо кроме позора? С чего Лиза решила удто у него ко мне особое отношение? Я боялась делать допущения о невозможном. Слишком сладкий обман, чтобы быть правдой… Мне вполне хватало моей простой и понятной жизни без страстей.

Но перед глазами снова возник образ красноглазого брюнета, что смотрел на меня печально и с надеждой. Чей голос будто яд проник в меня вместе со словами „Мне не нужна любая“. Почему я все время вспоминала эти слова? Почему они взывали у меня такую слабость и тоску, будто в сердце проворачивали нож? Мне не нужен Касо… Не нужен… Я бормотала себе эту мантру, будто пыталась заглушить голос высшего, что повторял свое признание.

Глава 25

Ночь нависла над Мироквосом будто купол. Отрезала от шумов дня, закутала в кокон из пения цикад. К вечеру все больше и больше небо затягивало тучами, цветущие деревья пахли сильнее, пропитывая одуряющим ароматом тяжлый влажный воздух. Приведя нервы в порядок я все же решила занятся делом и принесла в спальню книги, что передал Касо. Вынесла на балкон матрац и примостилась в импровизированном гнездышке, погружаясь в чтение. Ветер раз за разом приносил все более отчетливый запах дождя, с нотками водорослей и соли. Море волновалось и штормило, а я с упоением вдыхала аромат приближавшейся грозы.

На полу балкона, прямо возле моих ног дрожал огонек газовой лампы, вокруг него уже затеяли свою привычную пляску комары и одинокий ночной мотылек. А я открыла книгу на том самом месте, где заботливой рукой была вложена закладка. Между страницами был вложен привятший цветок, ветка незабудок. Не удержалась, осторожно проводя пальцами по хрупкому стебельку с распластанными голубыми цветочками.

Гду-то вдали послышался первый раскат грома. Заурчало и заухало внутри тяжелых туч. Отблеск молнии осветил крыши домов и щетку леса вдали. Треск громовых раскатов послышался еще ближе. Зашелестели капли дождя по листьям в саду. Воздух быстро напитывался запахом намокшей земли. Вытянула руку, просовывая ее сквзь пруться балконной ограды, подставляя пальцы холодным каплям.

„Мир серти оставлят свою печать на любом, кто хоть раз шагнул в его пустоши „- гласила глава книги, — „Эта связь у всех проявляется по- своему, кто-то совершнно не ощущает ее, а кто-то продолжает жить в двух мирах. У кого-то сохраняются способнсти видеть иной мир навсегда, кто-то утрачиват этот дар спустя время. Все зависит от внутреннего резерва. Магический дар дает возможность управлять этой способностью. Лишенные магии существа не имеют ярких способностей восприятия серого мира. Некромантский дар особенно хорошо зарождается на основе дара исциления“.

— В смысле? — обратилась я к темноте.

Я поплотнее натянула на плечи плед иснова уткнулась в книгу. Отвлекло меня от чтения то, что кто-то скребся в дверь моей спальни.

— Ай, ты спишь? — услышала я тихий детский голосок из-за двери.

Встала, пытаясь не опрокинуть лампу. Потом поспешила занести в комнату книги. Распахнула двери, обнаружив на пороге близняшек. Кира и Зои в ночных рубашка стояли на пороге моей комнаты, будто два маленьких печальных призрака. Как всегда держались за руки.

— Что случилось? — испугалась я.

Как раз в этот момент за спиной вспыхнула молния и с грохотом заурчал гром прямо над крышей дома.

— Боитесь грозы? — удивилась я.

Девочки синхронно кивнули. Я и не подумала о том, что дети могут боятся грома. В городской квартире мы все ютились в крохотной комнатушке и спали настолько рядом, что в случае испуга девочки всегда оказывались рядом со мной. Как я могла упустить тот факт, что в большом доме им снова будет страшно и одиноко как в приюте? Отошла в сторону от двери и махнула малявкам на кровать.

Когда собралась закрывать дверь, увидела как приоткрылась дверь в комнату Дина. Стесняется…

— Дин, зайдешь ко мне? — позвала я, — вместе нетак в грозу страшно!

Дверь тут же распахнулась, являя моего братишку обряженного в пижаму. На плече Уголек. В руке подушка. Дин с рагону забежал в мою комнату и запрыгнул в постель. Когда я зашла в комнату, то отчетливо расслышала взволнованное кудахтанье на балконе.

— Все кто линяет, спят на полу, — заявила я мокрому Гуляшу.

Дети уже расселись рядочком на моей кровати, так что пришлось отложить магичские книги и достать с книжной полки сборник рассказов о путешествиях. Детишки не любили сказки, им нравилось слушать о приключниях и путешествиях. Сказки нам заменяли географичские очерки.

— Про Соленую Пустыню, — прижимая руки к груди, шепнула Зои.

— А потом про дикарей с Острова Вулканов, — заявил Дин.

— А я просто лягу, — зевая произнесла Кира и растянулась под стенкой.

Я порадовалась, что кровать у меня оказалсь широкой, так что мы без труда уместились на ней все, исключая раве что Гуляша. Птица примостилась на спинке стула и принялась дремать. Увы, углуляться в серьеные книги, когда в доме дети — занятие сложное. Я прикрыла двери на балкон и тоже залезла в постель, готовая читать о бескрайних белых холмах Соленой Пустыни.

Я всегда любила гографические очерки за их занудство. Дети разляглись на моей кровати. Дин лег поперек постели у самого изножья, подмяв под сбя подушку. Двочки лежали по обе стороны от меня. Мы медленно и со вкусом погружались в жизнь Соленой пустыни, с ее белыми шуршащими песками, с ветрами свистящими среди холмов. Прочитали про кустарники без корней, которые путешествуют среди песков под силой ветра.

Спустя полчаса дети начали зевать. За окном продолжала громыхаь гроза. Блестели молнии, шелестел по стеклам дождь. Близость моря всегда приносила опасность бурь и штормов.

Под шлест дождя и под шуршание веток деревьев я тоже начала засыпать. Когда Кира, Зои и Дин умиротворенно засопели, я потянулась к той самой книге, которую принес мне Касо.

Из текста выходило, что обладая определенным магическим даром после перехода из мира живых в мир мертвых и обратно, можно обрести дар некротического характера. Сильнее всего слонны к перерождению дара были целители. Я отложила книгу и уставилась в стену напротив кровати. Так вот что выходило! Мой дохленький дар, который забраковали все кто только смог, все же дал о себе знать в такой извращенной форме!