Валентинка для серой мышки (СИ) - Королёва Евгения - Страница 20

— П-принц?

— Крутой, правда? Мечта, а не мужик. Проходи, Сев. Выпить принёс?

— А то, — Сева достал из кармана непочатую бутылку дешёвой водки. — С тебя натура, с меня банкет. Как обычно.

Лена зажмурилась и вылетела прочь из проклятой квартиры.

— Подожди, девочка!

Лена притормозила, обернулась.

— Ты, деточка, Агатина подружка?

— Не совсем. Мы с ней в ресторане вместе работали.

Старушка подошла к Лене и взяла её за руку:

— Помоги ей. Ты же предлагала! Меня она слушать не хочет. Ума не приложу, что с ней случилось? Ещё недавно она была такой счастливой, сияла как солнышко, а теперь словно с цепи сорвалась…

— Я не знаю, — поспешила отделаться от старушки Лена. — Я не могу.

Узнав, что произошло, Лина задумчиво покачала головой:

— Да, подруга, натворила ты дел. И ведь на первый взгляд вроде правильно сделала, эти три девки тоже тебя чуть не до психушки доконали. Только вот в тебе совести всё же побольше будет. А чтобы мстить, Лен, совесть надо заткнуть, ещё лучше — совсем убить.

— Тебе их не жалко? — удивилась Лена.

— Хрен знает. Жалко, не жалко. Тебя они не жалели и ошибки свои исправлять не кинулись. Только добить старались. А теперь выясняется, что у них у всех были оправдания и это им бедненьким нужно посочувствовать.

— Мне нужно как-то помочь Агате, — решила Лена.

— Помочь Агате может только сама Агата, — сказала Лина. — Для этого ей всего-то надо перестать надираться до белой горячки.

— Лин! — Лена с укором посмотрела на подругу.

— Что ты на меня так смотришь? — возмутилась девушка. — Да, я не люблю алкашей.

— Но мы же не знаем какая там ситуация.

— А что там знать? Если всё так как ты рассказываешь, долго Агата не протянет, — хмыкнула Лина. — Либо допьётся, либо подцепит какую дрянь. Ладно, совестливая ты наша, завтра я пойду с тобой, и мы вместе попробуем поговорить с ней.

— Спасибо тебе, — поблагодарила подругу Лена. — Одна бы я туда вряд ли не осмелилась прийти.

— Леночка! — обрадовалась старая женщина. — Хорошо, что ты утречком пришла, Агаточка ещё трезвая, вам может даже поговорить удастся. А это с тобой кто?

— Наркодиспансер, — буркнула Лина, но, заметив как старушка испуганно шарахнулась от неё, исправилась: — Извините, неудачно пошутила. Я знакомая Агаты. Проводите нас к ней.

— И часто так у неё? — спросила Лина брезгливо разглядывая голую Агату лежащую поперёк дивана. На полу храпел давешний Сеня.

— Нет-нет, — затрясла головой бабулька. — Агатушка хорошая девочка. Не знаю, что с не случилось.

Лина заметила, что по лицу старушки текут слёзы. Девушка обняла её за плечи:

— Как вас зовут?

— Марья Антоновна, я. Но вы, девочки, меня баб Машей зовите.

— Хорошо, баб Маш, — согласно кивнула Лина и мягким, успокаивающим голосом попросила: — Идите пока в свою комнату, нечего вам тут делать, а мы с Агатой сами поговорим.

Баб Маша мелко закивала и посеменила прочь.

— Дела, — протянула Лина и острым носком туфли пнула мужика:

— Подъем.

Никакой реакции.

— Что теперь делать? — Лена в ужасе разглядывала Агату — без одежды та выглядела ещё хуже, — тощая, острые рёбра обтянуты кожей нездорового, синюшного оттенка, синяки разной степени свежести…

— Надеюсь, она не наркоманка, — Лина постаралась рассмотреть руки Агаты. — Ладно, Лен, я сейчас.

Лина вернулась неся два ведра с холодной водой — одно она вылила на Агату, второе на Сеню. Ледяной душ подействовал мгновенно, взревев отборным матом парочка уставилась на Лину.

— Ты ещё кто такая? — Сеня с трудом сфокусировал на девушке мутный взгляд.

— Встал и убрался отсюда, — велела ему Лина.

— Какая краля, — протрезвевший мужик восхищённо поцокал языком и, сально ухмыльнувшись, потянулся к Лине, но тут же получил от неё болезненный удар шпилькой в колено.

— Только тронь, — пригрозила девушка.

Сеня снова было рыпнулся вперёд, но получил новый, ещё более болезненный удар.

— Ну, — поторопила его Лина.

— Да ухожу я, ухожу, — проворчал сдувшийся Сеня с похмелья не расположенный к выяснениям отношений.

— Ты кто? — хрипло спросила Агата.

— Коньяк будешь? — вместо ответа предложила Лина.

— Спрашиваешь! — оживилась Агата.

Соскочив с дивана, она спешно завернулась в халат и первой рванула на кухню, выставила на стол три стакана и скомандовала:

— Наливай.

Лина разлила коньяк.

— За знакомство, — усмехнулась она и опрокинула в себя коричневую жидкость.

— Это по нашему, — восхитилась Агата наблюдая за Линой. — Даже не поморщилась!

Сама Агата не закусывая влила в себя три стакана подряд, окончательно расслабилась и стала считать сидящих напротив неё девушек своими лучшими подругами.

— Я ведь поверила ему, девки, — разоткровенничалась она, — думала мне счастья подвалило, а оно вон как оказалось. Да что же у меня на лбу написано, что я шлюхой была? Не понимаю только, как Тима узнал. Клиентом может был? Вряд ли. Я бы его запомнила. Вот за что мне всё это, а?

Агата заревела в голос пьяно размазывая по лицу слёзы:

— Почему одним всё, а другим ничего? Тебе, Ленка, не понять этого. Твои-то родоки тебе помогают, квартиру вон оплачивают, денег шлют. Меня же мои всегда ненавидели. Я ни разочку от них ни единого доброго слова не слышала, только ругань да колотушки.

Агата взяла пустую бутылку и потрясла её над своим стаканом, недовольно поморщилась и продолжила:

— Мне как восемнадцать исполнилось, я сразу уехала в новое, светлое будущее. Столицу покорять. Ой, ну и дура я была, девки. Ещё наивнее тебя, Ленка! Приехала значит в Москву, никуда, естественно, не поступила, деньги быстро кончились, с вокзалов всех выгнали поганой метлой. Что делать? Спасибо добрые люди мне один вариант подсказали — иди, говорят, на панель, хорошее бабло грести будешь. А я и пошла!

Девушка хохотнула, потом устало потёрла лицо руками:

— Я сдохла бы тогда, если б не баб Маня. Нашла меня в какой-то подворотне, избитую, использованную. В больницу пристроила, ухаживала, а потом к себе забрала. Приютила, обогрела, накормила. И всё совершенно бесплатно, представьте! Я на работу нормальную устроилась. Стали мы с ней жить-поживать. И нет же, надо было этому сволочу в мою жизнь явиться. Но откуда он мог такое про меня узнать? Мне же теперь жить не хочется, девки! Я его люблю до смерти, а для него я всё равно что грязь.

— Он ничего не знает про тебя, — не поднимая глаз прошептала Лена, — это я ему велела так сделать. Я наняла актёра в конторе устраивающей розыгрыши. У Тимофея была задача прикинуться богатым, влюбить тебя в себя, а потом бросить.

— Крыса! — Агата вскочила с места, схватила с разделочного стола нож и замахнулась на сжавшуюся в комок Лену: — Не зря я всегда чуяла, что ты дрянь!

— Так, девочка, брейк! — крикнула Лина. — Ты и сама хороша. Зачем Ленку травила? Если долго издеваться над человеком тот либо сломается, либо даст сдачи. Лена выбрала второе, она просто защищалась. У неё от твоих шуточек тоже чуть крышу не снесло.

— От какой-то дурацкой открытки?! — взвизгнула Агата. — Это даже сравнивать нельзя.

— У всех своя мера допустимого. И способность выносить пинки тоже у всех разная.

— А, к чёрту всё, — махнула рукой Агата и снова разрыдалась.

— Зачем ты творишь со своей жизнью такое? — спросила Лина.

— Потому что мне никогда не выбраться из этого дерьма, оно преследует меня. Меня постоянно в него тычут. А когда это делает человек, за которого ты не раздумывая готова отдать жизнь становится ещё гаже. Считайте, что я просто умерла. Всё, конец, точка и траурный марш.

— Тебе баб Машу разве не жалко? Она тебя в свой дом пустила, а ты из него бордель устраиваешь, — возмутилась Лина.

— Точно, — опомнилась Агата. — Баб Маня святая. Нельзя больше так. Сейчас вещи соберу и уйду.

— Куда ты пойдёшь?

Агата пожала плечами:

— Не знаю. Мне всё равно. Может к Севке, а может снова на панель вернусь. Мне там самое место.