Счастливое число Кошкиной (СИ) - Муар Лана - Страница 21

— Ой! Чего ты такой грубый? Я же тебе картошку оставила. И котлеты, — пропищала она, — Ты же голодный, наверное? — снова ойкнула и жалобно всхлипнула. — Я же и салат сделала.

Я не знаю что на меня больше подействовало — всхлипывание или упоминание о картошке на сковороде. Медленно разжав пальцы, выдохнул, показал гостье топать на кухню и пошел следом, на автомате оценивая фигуру со спины.

“На очень твердую четверочку,” — удовлетворённо хмыкнуло внутри. — "Хорошо, что не страшилка."

“И картоха на пять!” — решил подать голос желудок.

А девчонка, будто услышала эти переговоры, плотнее задрапировалась в свой халат и ускорилась. Выложила на тарелку остатки картошки и все котлеты, сунула разогреваться в микроволновку, а из холодильника, в котором я заметил весьма заметное пополнение продуктовых запасов, достала салатник, накрытый тарелкой.

— Тебе чем заправить, майонезом или маслом? — подала голос девчонка, и у меня в голове отчетливо защелкало, словно какие-то шестеренки слетели со своих мест и никак не могли встать обратно.

— Ты… это… майонез.

Ответил и сам охренел от того, что мямлю почему-то я, а не она, хотя квартира моя, а не ее. Глянул на процесс заправки салата и содержимое салатника, вдохнул усилившиеся ароматы разогревающейся еды, сглотнул заполнившую рот слюну и решил немного отложить разбирательства. Хрен с ней, с этой упсалкой. Выпнуть ее я всегда успею.

Взял поданную тарелку с дымящимся ужином и задушил радостные вопли вновь осмелевшего желудка рычащим:

— Едой меня не купишь.

— А я и не собиралась покупать, — с вызовом ответила девчонка. — Выкидывать что ли, если уже приготовила?

— Не дерзи!

— А ты слюни подбери и ешь уже, — не снизив ни на градус своего тона, сверкнула глазами и открыла дверцу под мойкой. — Или выкинь, если не голодный.

Бессмертная что ли? Подняв взгляд на решившую поборзеть там, где не стоило, девчонку, я медленно подцепил вилкой картошку и отправил ее в рот. Отрезал кусочек котлеты и принялся жевать, чувствуя не злость, а нарастающий лавиной голод. Сука, ну почему так вкусно, а?

“Потому что это не брокколи на пару,” — заботливо подсказал желудок, и я кивнул, соглашаясь.

— Пиво дай! — буркнул, не собираясь менять интонацию.

И когда девчонка повернулась и наклонилась, чтобы взять с нижней полки холодильника две бутылки, поперхнулся. И нет, не от наглости. Край ее халата задрался чуть выше, открывая моему взгляду очень стройные ножки и россыпь родинок над правым коленом. Я попытался протолкнуть кусок, вставший поперек горла, закашлялся сильнее. Ударил себя ладонью в грудь и снова забухал.

— Встань!

— Раскомандовалась! — хотел бы ответить, но горло издало лишь сипение и хрип.

— Да встань ты!

Девчонка подскочила мне, поднявшемуся, за спину, обхватила руками и со всей дури рванула на себя, ввинчивая кулак в желудок.

"Мама!" — завопил он в ответ, и из моих глаз брызнули слезы.

Но следом последовал новый рывок и ещё два, после которых я выплюнул застрявший кусок котлеты и жадно втянул в лёгкие воздух.

— Спасибо, — просипел, опираясь ладонью на стол, а второй зашарил по нему, ища что-нибудь жидкое.

Пшик. Пальцы наткнулись на прохладное стекло бутылки, и я присосался к ней, глотая пиво. Утер слезы, выдохнул и снова припал к горлышку пока не допил до конца.

— Твою мать…

— Жевать не учили?

— Заглохни.

— А ты не пялься.

— Больно ты мне сдалась.

— Не нравлюсь?

И видит бог, я в этот миг растерялся. Что, блядь, происходит? Почему это происходит со мной? И почему я не нашел ничего лучше, как поставить опустевшую бутылку на стол и уставиться на девчонку? Проскользил по ней взглядом и расплылся в едкой улыбке:

— Нет.

"Да!" — отчётливо прозвучало в голове, но я снова повторил:

— Нет!

— А ты сейчас минус на минус умножил или…

Выгнув бровь, девчонка скрестила руки на груди и фыркнула.

Да, блядь! Какого хрена происходит!? Это что, часть этой гештальт-терапии или пиво с галлюциногенами?

Изучив этикетку на наличие в составе наркотических веществ, я опустился на диванчик и уронил голову на ладони:

— Лука, я тебя убью.

— А кто такой Лука?

— Изыди! — взмолился я. — Только тебя мне для полного счастья не хватало!

— А может меня как раз и не хватало, — снова фыркнула девчонка. — Холодильник пустой, ешь одни пельмени и пиво. В ящиках кроме спиртного…

— Я бармен! — ударив кулаком по столу, поднял сатанеющий взгляд и прошипел сквозь зубы. — Бармен, а не алкаш!

— Докажи!

— Да твою ж мать…

Вскочив на ноги, распахнул ящики с теми самыми запасами алкоголика, в которых меня записали, быстро пробежался пальцами по бутылкам и смешал простейший коктейль:

— "Скользкий сосок", — с вызовом протянул шот девчонке, а она проглотила его и зажмурилась:

— Вкусненько.

— Еще бы не вкусненько, — не удержался я.

— Геля, — протянула ладошку. — Временно безработная и твоя соседка.

— Денис, бармен, — на автомате пожал, представляясь, и тут же одернул руку, будто обжегся. — В смысле, моя соседка?

— В прямом, — задумчиво побарабанила пальцем по губе и добила. — До восьмого июня. Ты есть-то будешь, Денис, или я выкидываю?

Отобрав у девчонки шот, наполнил его самбукой, выпил. Снова наполнил и проглотил, отказываясь верить услышанному.

"Это ж что получается? Лука всерьез? И мне терпеть три месяца рядом с собой Это? Чтобы доказать ему, что я не филофоб?"

Ещё раз окинув соседку с головы до ног критичным взглядом, повторил шот самбуки и помассировал гудящие виски:

— За-е-бись.

— Мне тоже квартира нравится, — весело кивнула девчонка. — И ты.

— Как там тебя…

— Геля, — подсказала она.

— Короче, Геля, — поморщился, будто не самбуку, а косторку из горла хлестал, — Я сразу предупреждаю, что был против. Мне даром не усралось твое соседство и тем более присутствие в моей квартире.

— Эй-эй, за буйки не заплывай! Я так-то деньги заплатила!

— Пять тысяч!? — вспыхнул я. — Ты не охренела? Да у меня квиток на шесть приходит!

Хлопнул себя по карманам, ища бумажник и обречённо вздохнул — Лука только этого и ждет. Устроил, сволота, эксперимент. Взял на слабо, а я повелся. И сейчас, выгоню эту Гелю, самолично распишусь в филофобии и ещё какой-нибудь мути из области психологии. Три месяца? Хрен с тобой, золотая рыбка! Хрен тебе, Лукашик!

Отодвинув девчонку в сторону, я подошёл к холодильнику, маркером обвел на магнитном календаре, прилепленным на дверцу, восьмое июня и добавил к кругляшу фейерверк. Корявенький, но похрен. Вот он мой праздник. Повернулся и елейно произнес:

— Добро пожаловать, Геля. Надеюсь, эти три месяца пролетят максимально быстро.

— И незабываемо, — добавила девчонка. Щёлкнула ноготком по бутылке и хихикнула, доводя меня до бесячки. — Отмечать новоселье будем?

— Обойдешься! Это, — показал на самбуку и остальное спиртное. — тренировка. Моя тренировка. Ясно?

— Ясно, — кивнула она. — Ясно, что ты жмот, а не бармен.

Фыркнула, задрала нос, и потопала в мою, тьфу, свою комнату, поманив за собой Текилу.

— Это моя собака! — крикнул ей в догонку, на что в ответ прилетело уже слышанное:

— Жмот!

14. Упс!!!

POV. Денис

Зевнув до хруста челюстей, но не проснувшись до конца, поднимаюсь с кровати и иду в туалет в какой-то тающей полудреме или прострации. И только положив ладонь на ручку двери и дернув ее на себя без особого успеха, просыпаюсь окончательно. В мозгу, размахивая красной тряпкой, вспыхивает злость, а кулак, вымещая ее, впечатывается в полотно:

— Давай быстрее! Не тебе одной приперло!

— Не могу!

— А ты как-нибудь надави! — с утра я и без внешних раздражителей завожусь с полоборота, а тут сам бог велел.

— Сам надави! — раздалось не менее раздраженное из-за двери, а следом едкое. — В ванной раковина есть, если что.