Охота на землянку (СИ) - Снежинская Лия - Страница 31

Какое-то время они слушали тишину. Обе девушки устали, но вот так просто заснуть посреди инопланетного леса было довольно сложно. Амелия всматривалась вниз, глазами выискивая диких зверей или разумных, которые могли представлять угрозу, а Эйлин разглядывала ветви соседних деревьев.

До сюда тень Черных гор не добиралась, поэтому округа предстала во всем великолепии сине-фиолетовых оттенков. Здесь деревья не были столь высоки, за ветвями можно было разглядеть небо с мелкой россыпью далеких звезд.

— Удивительно, как хорошо все видно, — прошептала Амелия. — Понятно, почему ночь тут зовут Темным днем.

— Помню, мы посмеивались над этим на занятиях миссис Госкин, — улыбнулась Эйлин. — Мы тогда вообще много над чем смеялись, не верили, считали записи участников первой экспедиции приукрашенными.

— Над нами тоже будут смеяться.

— Я не планирую распространяться о том, что покидала Землю.

— Кит собирается книгу написать.

Эйлин недоверчиво поморщилась и приподняла голову, посмотрев на Амелию. Та пожала плечами.

— Конечно, он со мной этим не делился, я подслушала.

— Кому бы он мог рассказать об этом? Аманде на язык жука положи, и она его проглотит, а Рози слишком открытый, чтобы доверять ему что-то личное.

— Он с матерью говорил.

Эйлин вздохнула.

— Не зови ее так. Она ему не мать. Ни у одного из нас нет родителей.

— Знаю. Но Кит ее любит, нравится нам это или нет. И, честно говоря, пожалуй, единственный порок Грейс в том, что она много пьет. Так она вроде добрая. Хотя бы не била его.

Эйлин стиснула зубы, когда вспомнилось лицо Ланы — ее собственной приемной матери. Лана тоже не била Эйлин, но от этого вовсе не становилась доброй или даже отдаленно хорошей.

Усилием воли Эйлин отогнала мысли о прошлом. Здесь, на другой планете, воспоминания о тогдашней жизни казались жалкими и грязными, недостойными того, чего она достигла.

— Так что за книга? Если он напишет все как есть, то его точно засмеют.

— Говорил, что так и напишет. Только выставив это в виде научной фантастики.

— Умно.

— Ага. Он такой. Потому меня и раздражает.

— Неужели аж на двух планетах не найдется никого, кто бы нравился тебе?

— Аманда вполне меня устраивает, когда ведет себя тихо. Постой-ка…

Амелия выпрямилась и наклонила голову, вслушиваясь во что-то. Спустя пару секунд Эйлин услышала тоже. Где-то над их головами раздавался легкий скрип. Вдруг тишина. Будто нечто замерло, тоже прислушиваясь… И вновь хруст, хруст, хруст…

Девушки переглянулись и встали, не издав ни единого звука. Они внимательно всматривались в листву, но мир вокруг будто замер, и только сверху по-прежнему слышался скрип.

Амелия сжала пистолет в кабуре, Эйлин достала нож каттера, но даже вес этого оружия не придал ей больше уверенности. С невидимым врагом ей биться еще не приходилось.

А может это был и не враг вовсе? Эйлин лихорадочно рассуждала, понимая, что лишние мысли могут отвлечь в самый опасный момент, однако вдруг тревога ложная?

Не хватало, чтобы сейчас из тени выпрыгнул кто-нибудь безобидный и священный для одной из рас. Тогда труп придется надежно закопать, чтобы никто не мог обвинить землян в святотатстве.

— Эйлин.

Тело Амелии словно окаменело, в глазах готовность…

Эйлин обернулась, прослеживая взгляд подруги, и увидела прямо перед собой голову змеи, свесившуюся откуда-то сверху.

В последний миг Эйлин удалось сдержать себя и не ударить ножом. Змея находилась слишком близко, чтобы она успела ей навредить, зато сама бы точно поплатилась бы жизнью. Здесь этого хищника звали готудой.

Миссис Госкин показывала зарисовки готуд с треугольной головой и характерной градиентной окраской чешуи. Одноцветные готуды считались спокойными, как удавы, а вот двухцветные и больше…

Эта явно не относилась к миролюбивым. Готуда перед Эйлин свесилась еще чуть ниже и оказалась на уровне ее глаз. В скудных лучах Эла ее чешуя переливалась двумя цветами: индиго с одного бока и белым с другого.

Длинный раздвоенный язык выпорхнул из пасти и неожиданно коснулся кончика носа Эйлин. Она вздрогнула, мысленно умоляя Амелию скорее что-то придумать.

Готуды душили и проглатывали жертв целиком только когда никуда не торопились, а если им надо было неожиданно напасть, то их длиннющие клыки без проблем могли оторвать лапу зеленому тигру, потом вторую… и так далее, пока вся добыча по кускам не отправится в желудок.

Амелия едва двинулась, надеясь достать пистолет, но голова готуды моментально дернулась в ее сторону. Эйлин беззвучно сглотнула, понимая, что, если шелохнется, то снова окажется под прицелом.

Неожиданно готуда всколыхнулась, раскрыла пасть и бросилась на Эйлин. Та успела сдавленно выругаться и прикрыться рукой, чтобы потерять хотя бы ее, а не горло, но нога неожиданно съехала с ветки и Эйлин, потеряв опору, полетела вниз.

И пусть она билась о каждую ветку и собирала собой каждый листок, ей все равно виделось, как готуда ее преследует, и стоит ей упасть на землю, как животное вцепится ей в глотку. Почему же Амелия хотя бы не пыталась ее пристрелить?!

Последний удар пришелся на бок Эйлин и выбил из нее остатки воздуха. Она грохнулась на землю, подозревая, что каждый житель леса от мала до велика слышал это.

На спину свалилось что-то тяжелое и Эйлин попыталась вскрикнуть, чтобы позвать Амелию на помощь. Ее же сейчас сдавят и сожрут! Но из горла вырвался непонятный хрип, заставив Эйлин закашляться.

Она перебирала руками и ползла вперед, надеясь выбраться, не собираясь вот так просто сдаваться и помирать в чьем-то желудке… Но вот под чужой тяжестью остались лишь ноги, последний рывок… и Эйлин, шатаясь, поднялась.

Она все еще тяжело дышала, когда в недоумении обернулась. На земле лежало тело готуды длиной не меньше шести метров. Голова на боку, пасть раскрыта.

Эйлин подняла глаза и увидела, как Амелия шустро спрыгивает с ветки на ветку.

— Не припомню, чтобы слышала выстрел. Но спасибо.

Амелия в мгновение ока приземлилась рядом с ней.

— Ты что-то промямлила? Как ты умудрилась укокошить ее в полете?

— Я? Разве не ты ее убила?

Амелия удивленно выгнула брови. Потом девушки посмотрели на труп, пытаясь понять, что вообще произошло. И тут тело готуды шевельнулось, но как-то… неуверенно. Потом еще раз и еще, только в разных местах.

— У нее что-то… внутри? — предположила Амелия, поморщившись.

Эйлин толкнула труп ногой и вдруг из тела змеи прогрызлась вакри. Девушки дружно ахнули.

— Черт бы меня побрал! А эти змейки те еще убийцы!

Эйлин нахмурилась, когда ее посетила странная догадка. Она посмотрела на руку и… не обнаружила там рисунка вакри.

— Это твоя?! — удивилась Амелия.

— Похоже на то, — вздохнула Эйлин. — Вполне в духе Касса. Видимо, за мной будут не только следить, но и защищать, чтобы все самое интересное он смог провернуть сам.

— О, да он джентльмен.

— Он придурок. Эй, и не вздумай… черт!

Вакри не послушалась ее угроз и заползла обратно, слившись с кожей прежней бирюзовой татуировкой на запястье. Только вот кровь готуды осталась поверх кожи Эйлин и та поспешила ее стереть.

— Гадость…

Амелия усмехнулась.

— Нельзя не признать, что гадюка спас тебе жизнь.

— От меня вас точно никто не спасет, девочки.

Эйлин и Амелия подскочили от неожиданности и развернулись, обнаружив за спинами незваного гостя.

Глава 26

Последние несколько дней в племени неспокойно. Рэдгар, конечно, держит ситуацию под контролем, но многие волнуются. Не так давно стали приходить слухи о том, что появился особенно жестокий вождь-талиинец. Сначала он затиранил свое племя, а потом переключился и на соседние, захватив их и убив неподчинившихся с особой безжалостностью. Сейчас племя Рэдгара приютило пару десятков беженцев, но ситуация накаляется. Кажется, брат Танди скоро потеряет терпение и сам отправится на войну…