Писательница для оборотня (СИ) - Мирова Ева - Страница 32

《Ты должна! Это полезно для волчат!》— продолжила наставать волчица, преследуя меня и практически наступая на пятки.

— Детьми манипулировать нельзя! Это запрещённый приём! Мне нужно книгу писать, нужно начинать ещё одну, иначе это последний поросёнок, которого я смогу тебе позволить с такими тратами. Твоё содержание влетает в копеечку, а на подходе ещё трое! — не без сожаления заметила я, ещё сильней начав ценить свои книги и возможность заработать на них.

Если бы ни мои романы, что люди хватали как горячие пирожки, а издательства дрались за право печати и озвучки, нам пришлось бы туго.

《Ты должна охотиться со мной и есть мясо. Пока ты находишься в моём теле, твоя человеческая оболочка восстанавливается. Выносить троих оборотней нелегко.》— волчица продолжила меня убалтывать с резоном.

— Хорошо, хорошо, — согласилась я, заходя в дом и ловко захлопнула дверь перед самым носом волчицы.

— После моего завтрака обсудим! — крикнула ей.

Волчица недовольно мотнула головой и сев перед дверью завыла.

— Опять?! — охнула тётушка, выронив от неожиданного волчьего соло из рук коробку молока.

— Привыкай, мне досталась волчица-стерва, — развела я руками, держа курс в столовую, когда до меня донеслось:

《Сама такая!》— фыркнула в ответ моя волчья половина и что-то ещё там подумала, только я отошла далеко и уже не слышала её ворчания. 

Раскачивалась я аж до вечера. Всё это время моя волчица терпеливо ждала, пока я заберу её себе и позволю взять над собой верх. Прежде чем обернуться, я разделась догола и аккуратно сложив вещи на кровати, встала у зеркала. Чувствовала толчки малышей, любуясь прилично большим животом, и по сей день не верила, что это я. Лишь наглядевшись на свои раздувшиеся телеса, я отдала волю волчице. 

Уже привычно было выпускать свою звериную половину на волю, только каждое полное обращение было для меня до сих пор словно прыжок в воду без запаса кислорода. Волнение ударяло в кровь мощнейшей дозой адреналина, я на секунды задыхалась и, лишь полностью встав на четыре лапы, успокаивалась. 

《 Тебе понравится,》 — с довольной ухмылкой произнесла волчица, поглотив человеческое тело своим звериным. 

А ведь и правда, будучи единой с волчицей в её теле, я лишь питалась покупным мясом. Охота зверя оказалась для меня совсем иным и неизведанным миром. Только мысли про это отпали, когда ещё три жизни под сердцем ворвались в моё сознание яркими картинками. Будучи волчицей, я ощущала своих малышей совсем иначе, чувствовала их ярко и видела маленькие ручки и ножки, точно зная, что это девочки, хотя по УЗИ пол так и не смогли определить. 

《 Это девочки! У нас будут дочки!》 — радостно закричала я. 

《 Я знаю, 》 — нежно ответила волчица, а вся та любовь, что она питала к нашим малышкам донеслась и до меня, окутав безграничным ощущением тепла и уюта. 

Звук биения их маленьких сердец довёл меня до слёз и пока я плакала, умиляясь тему, что поняла, моя звериная половина вышла из дома, спустилась с крыльца и понеслась вглубь леса, начав охоту. 

Я в этот процесс включилась лишь тогда, когда волчица взяла след кролика. Она петляла по его следам, делая лишние круги, строго отслеживала все кроличьи зигзаги, делая изредка паузы. Зарываясь носом в землю и ловя самые неуловимые тонкие как леска нити запахов, она уточняла нужное направление. Резкий звук треснувшей ветки словно хлыстом ударил по слуху, заставив испугаться. Огромное сердце забилось бешено и гулко, волчица резко развернулась и стремглав понеслась по лесу, глубоко дыша. Запах, доносившийся до моего сознания, был вовсе не предыдущий и не имел к кролику никакого отношения. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Волчица бежала всё быстрей, сбивая лапы о свежевыпавшие шишки, ветви попадающихся на пути невысоких молодых деревьев ломались о морду. А я перестала разбирать, где я, где моя звериная половина. Казалось, что это я несусь по лесу в жажде настигнуть добычу, я вглядываюсь вглубь леса в желании не потерять из вида дикое животное. И несомненно, мы обе с волчицей ликовали, когда добыча была настигнута. 

Предсмертный крик погибающего оленя, на шее которого сомкнулись мощные челюсти волчицы, пронзил мой слух. Только разум был затуманен восхищением и радостью от удачной охоты, вкусом и ароматом парного мяса и желанием насладиться добычей. 

Лишь уже утром следующего дня я сидела в столовой и смотря в одну точку, светлое пятно на обоях, где когда-то, вероятно, висела фотография семьи Аристовых и думала о том, о чём мне думать не хотелось, ибо страшно. 

— Чего ты такая? — спросила тётушка, зашедшая в столовую с завтраком и чаем на подносе. 

— Это был олень. Откуда здесь олень? — задалась я вопросом, на который здесь ни у кого не было ответа. 

Вопрос появления оленя на территории, обнесённой забором, не покидал меня ни на минуту. Прихватив кружку чая с подноса, я обошла опешившую тётушку и пошла на террасу. Там, уже по обычаю, под лучами солнца грелась моя звериная половинка. Сытая и очень довольна жизнью, после вчерашней охоты на оленя... 

— Я хочу тебя спросить, — вслух обратилась я к волчице, вышагивая вдоль красивых перил, покрытых тёмным лаком. 

«Ты о том, что я не сказала тебе что у нас девочки?» — уточнила волчица насторожившись. 

— Нет. А, кстати, почему ты мне об этом не сказала? 

Одно удивление сменилось другим, хотя ещё вчера я про это вовсе не думала. Теперь же это был весьма факт любопытный. К тому же стало очевидно, что у моей волчицы от меня могут быть секреты. 

«Думала, что ты захочешь узнать это своим человеческим способом в той клинике, куда ты так упорно таскаешь всех нас,» — ответила волчица с некой обидой в голосе и меня её объяснение вполне устроило. 

— Ладно, опустим этот момент. Послушай, когда мы сюда переехали, ты устроила охоту на мышей и не говорила мне, что здесь водятся олени, — начала говорить я, проходя один и тот же путь уже раз десятый. 

Туда. Обратно. Туда. Обратно. 

Волчица поднялась с ленцой и неохотой и села на свой пушистый зад, верным взглядом глядя на меня. С ответом она не спешила. 

«Верно, здесь не водилось и не водится оленей, лишь мыши и белки, ещё иногда прилетают голуби,» — подтвердила волчица. 

— Так, откуда же здесь взялся олень? — спросила я, остановившись прямо напротив своей пушистой красавицы. 

«Не знаю. Может быть, нам его подкинули?» — предположила волчица, облизнувшись при воспоминании о вчерашней добыче. 

— Подкинули? Что за глупость! 

«Да! Как тот труп женщины,» — волчица, отвечая на мои вопросы, выглядела словно честный ребёнок. 

Прямо вылитая я первоклассница, врущая родительнице что потеряла дневник.  

— Подкинули, это понятно, но вопрос зачем? Кому это было нужно? Ты себя хорошо чувствуешь? — спросила я с волнением у волчицы. 

Подкинутый олень, был поводом для волнения, а после моего недолгого мозгового штурма стал поводом для нового страха. 

— Вдруг нас пытались отравить? — предположила я, разглядывая здоровый розовый язык волчицы и её ясные глаза. 

«Глупости! Это был прекрасны, здоровый и очень вкусный олень!» — говоря про убитое и съеденное животное, волчица чуть ли не урчала от удовольствия. 

От неё невозможно было чего-то добиться и я, психанув, ринулась обратно в дом. Теперь в качестве собеседника была моя тётушка. 

— Позавчера труп проститутки под забор подбросили, вчера уже за забор подкинули оленя! Интересно, чего ждать от сегодняшнего дня?! Наркотики в дом?! — возмутилась я, начиная волноваться всё сильней, а заодно и злиться из-за того, что не понимаю, чего ожидать от каждого нового дня.  

— Ох! Дорогая, может быть, не всё так страшно? Забрёл, наверное, на наш участок из соседнего леса, — предположила тётя, приобняв и погладив меня по спине. 

— Наш участок окружён трёхметровым забором, — отчеканила я, снова уставившись на светлое пятно на стене.