Возрождение (СИ) - Воронин Дмитрий Анатольевич - Страница 21

Угу, я уже понял. Если подумать, когда я в последний раз мастера по имени называл? Если очень хорошо подумать — то в первый день. А потом так и пошло — то мастер, то учитель. А то и просто Потапыч. А он вона как — «Бэр».

— Кликуха у него с Афгана такая, — сообщил Рома. — Там и познакомились. Ладно, времени немного, давай, рассказывай, что тебе конкретно надо.

— Одежда…

— Это понятно, — хмыкнул хозяин, — ко мне за хлебом не ходят. Век, регион, социальный статус?

— А у тебя… у Вас всё есть?

— На «ты». Нет, конечно, у меня не совсем магазин, скорее лавка старьёвщика. Увлекался истфехом одно время, да и на ролёвки ходил. Потом надоело, а барахло осталось. Не в том суть, что выбросить жалко — а вдруг кому понадобится. Выставил на продажу, кое-что сразу ушло, кое-что потом. Ну и знакомые стали мне неликвид спихивать, что самим уже не нужно, а на помойку снести — с души воротит. И людям хоть какая-то копейка, и мне развлечение. Так что на многое не рассчитывай, но что-нибудь подберём.

Я задумался. Признаться, первоначально предполагалось, что я приду в этот магазинчик, ткну пальцем в пару-тройку шмоток, выслушаю цену, повздыхаю, получу скидку и уйду, довольный приобретением. О том, что персидский халат в Эллане будет смотреться столь же дико, как и до-мару[15], я как-то не подумал. А вот что там будет уместно?

О вооружении кельтов я кое-что знал от Потапыча, которому прочитать лекцию по вооружению любой страны и любого века — одно удовольствие. В принципе, ничего особо экстраординарного. Шлемы с назатыльниками, кольчуги, здоровенные щиты, копья и обоюдоострые мечи. Кстати, вроде как кольчугу как раз кельты и изобрели. Но переселенцы покинули Британию две тысячи лет назад, кто их знает, до чего дошел прогресс.

Об одежде я не знал ничего.

— Ну, что-нибудь английское, где-нибудь четырнадцатый-пятнадцатый век. Наёмник, искатель приключений… что-то в таком роде. Стеснённый в средствах. Не особо привлекающий внимание, но и не из тех, об кого вытирают ноги.

— Значит, йомен[16]. Бедный, но гордый. Знающий, как обращаться с мечом, но предпочитающий пускать его в ход не за так, а за деньги.

Я обратил внимание, что Рома сказанное воспринял спокойно, не стал задавать вопросы. То ли по природе был не слишком любопытен, то ли Потапыч ему намекнул, что помочь надо, а выуживать информацию не стоит.

— Ща посмотрим, что есть. Сам понимаешь, с размерчиками у меня туго. Кстати, ничего, что вещи не новые?

— Самое то.

Рома только многозначительно хмыкнул. Я и сам понимал, что веду себя, по меньшей мере, неадекватно, но тут уж ничего не поделаешь. Пусть думает что захочет, мне с ним водку не пить и задушевные беседы не вести.

На небольшой столик плюхнулись сапоги из светло-жёлтой кожи, порядком потёртые. За обувью последовала грязно-зелёная плотная куртка, такого же цвета штаны, коричневый широкий ремень, усыпанный металлическими бляшками. Рядом пристроился свёрток тёмно-серой ткани, видимо, плащ.

Я внимательно осмотрел одежду. Предыдущий хозяин относился к вещам без особого пиетета — несколько прорех, сейчас не слишком аккуратно заштопанных, свидетельствовали о том, что в этом наряде не только красиво дефилировали по лужайкам. Кое-где ткань была заляпана тёмными пятнами, что тоже не добавляло красоты, зато вполне удовлетворяло моим потребностям. В любом случае, мне лишь бы поначалу не привлечь к себе излишнего внимания — если поиски затянутся (стопудово), придётся переодеться во что-нибудь совсем местное.

— Размер твой, у меня глаз намётанный, — неверно истолковал мое молчание Роман. — Да и один хрен лучше ничего нет.

— Да нет, нормально всё. А насчёт кольчуги?

— Этого добра хватает, — пожал плечами Рома. — Тебе аутентичную[17] или современную?

— Что лучше?

— По качеству современная лучше. Сталь, плетение «восемь в двух», кольца внутренним диаметром шесть миллиметров, диаметр проволоки — один и восемь. И размер есть подходящий, как раз поверх вот этого, — он кивнул на зелёную куртку — налезет. Только рукав короткий. Но я наручи за так отдам, типа впридачу. Их помяли сильно, а рихтовать в лом. Ну, молоток тебе в руки, сам управишься, невелика хитрость. Если аутентичную брать, там металл похуже будет, а кольца покрупнее. Зато подешевле малость.

— Сколько просишь за всё?

Он помолчал, прикидывая. Затем усмехнулся.

— По-божески или по-дружески?

— А разница?

— Если по-божески, то цена, установленная владельцем, плюс мои комиссионные. Я немного беру, так, чтобы накладные расходы отбить. Если по-дружески, то отдам как есть, без навара.

Я мысленно прикинул остатки полученного от папы Друзова аванса и решил, что экономить не стоит. В конце концов, может, мне в первый же день башку оторвут.

— Давай по-божески.

— Угу… погодь, шлем-то тебе нужен? Есть неплохой сферический англо-саксонский шлем, почти не мятый. С подшлемником, его отдельно как шапку носить можно. Только без бармицы[18], уж извини.

Тут же вспомнилось, как ехидно постукивал пальцами мастер. Зуб даю, не преминул напомнить Роману, чтобы тот мне шлем предложил.

— Отлично, беру. Так сколько?

Роман достал из кармана маленький калькулятор и принялся что-то старательно высчитывать. Затем вздохнул, с сомнением посмотрел на меня и принялся вновь щёлкать по клавишам, явно определяя максимально возможную скидку. Наконец закончил, снова вздохнул и поднял на меня глаза.

— Пятнадцать штук потянешь? Кольчуга дорогая, но не только в ней дело. Барахло это, — он кивнул в сторону куртки, — тоже, знаешь ли… Ручная работа.

— Потяну, не вопрос, — торопливо кивнул я. Не хватало, чтобы Роман или, не приведи господь, Потапыч за свой счёт меня одевали.

— Ну и славно, а то ты скажи, что-нибудь придумаем.

Хороший, всё-таки, человек Роман. Явно понимает, что я не фанатею по средневековым шмоткам, и лишнего не запросил. Я цены-то примерно представляю, такая кольчуга минимум восемь штук стоит, если не слишком новая. Новая — так и вообще… Да и побитые ботфорты, за счет ручной работы, ничуть не дешевле вполне приличного зимнего Ralf'а. Брал бы новьё — вышло бы штук двадцать-двадцать пять, как пить дать. Ох, недешёвое это удовольствие — ролевые игры.

Я достал деньги.

— Да всё нормально.

Странно ощущение. В другое время меня бы конкретно задушила жаба — такие деньги выбросить непонятно на что. На поношенные сапоги, не слишком новую и местами драную одежду, в которой ни с девушкой в кино, ни вообще в приличное общество. Только в лес, дабы петь эльфийские песни под раскидистым мэллорном, будь он неладен. Да и кольчуга… нет, ну то, что я сказал Потапычу насчет нынешних неспокойных времён — это правда. Только, как бы сказать, не совсем вся правда. Так взрослый и серьёзный человек, первый раз в жизни покупая домой компьютер, может до посинения убеждать себя и окружающих, что собирается использовать сей прибор исключительно для просмотра биржевых новостей. Но мы-то знаем, что постепенно благие намерения будут вытеснены играми, фильмами, порнухой, социальными сетями и многим-многим другим. И ладно, если для первоначального замысла останется немного времени — а то ведь часто выдвигается лозунг «работать буду на работе, а дома надо отдыхать». Не хочу сказать, что исключений не бывает. Их много. Но они не перешибают общую тенденцию.

Вот и я так же… ну да, кольчуга и в самом деле может оказаться полезной просто в качестве последней линии обороны. Но, черт подери, и просто висящая на стене она будет мне душу греть. И меч эдак художественно пристроить рядом.

Только тут я сообразил, что Роман меня о чем-то спрашивает, а я тупо стою и лыблюсь на обновку.

— Э… прости, задумался.

— Говорю, ещё надо что-нибудь? А то я закроюсь на сегодня, дела, — голос Романа звучал немножко виновато. То ли оттого, что вытуривает меня из магазина, то ли из-за того опустошения, что я, с его помощью, устроил своему кошельку.