Падшая девственница (СИ) - Диева Полина - Страница 21

— Привет, у тебя есть нормальные бокалы? — в каждой руке у неё было по бутылке вина.

— Привет. Люсь, а не рановато для алкоголя?

— Нормально. Мы же столько времени не виделись.

— Две недели всего…

— Вот. Целых две недели! — она, не разуваясь, прошла на кухню.

— Вы давно приехали?

— Вчера. Не ругайся, я хотела сразу к тебе пойти, но сама понимаешь — в Питере так много всего интересного. Пока заселились, пока город посмотрели, поужинали. Серёжка такой классный отель в Петергофе снял — офигеешь. Ты уже была в Петергофе?

— Нет, только собиралась.

— Вот и отлично. Завтра вместе съездим. Меня Миша три раза в Питер возил, а до Петергофа так и не довёз. Даже не представляешь, как там красиво!

— Давай съездим. Только без Серёжи, хорошо? Надеюсь, он не обидится?

— Он не обидчивый, ты же знаешь. Сегодня у тебя ночую, а завтра вместе поедем на Метеоре. Всегда мечтала на нём покататься. И ты просто обязана посмотреть наш отель, там такие номера! Всё под старину сделано. Будто не в гостинице живёшь, а во дворце. А у Димы вообще люкс для новобрачных. Прям императорские хоромы! Там…

— Дима с вами приехал? — моё сердце бешено забилось.

— Да. Он просил не говорить тебе, — Люся выглядела смущённой.

— Хорошо, что сказала. Я завтра никуда не поеду. Давай выпьем, мы же аристократки всё- таки. Нам можно, — я протянула ей штопор.

***

Номер для новобрачных… Петергоф… Дима… Всю ночь я металась по кровати, боясь закрыть глаза и уснуть. Почему то я была уверена, что во сне увижу его и утром поддамся уговорам Люси, забыв о своём решении не усугублять ситуацию. Мы расстались. Расстались друзьями. Друзья могут общаться… Но не в номере для новобрачных. И письма Димы были далеко не дружескими. Нет, нельзя поддаваться соблазну — нужно держать дистанцию.

Следующим вечером я пошла выносить мусор и увидела Диму. Он сидел за рулём своей машины и выглядел таким несчастным. С трудом я сдержала порыв подойти к нему, сесть в машину, посмотреть в его глаза. Хорошо, что у меня в руках был пакет с мусором, а на лице ноль косметики. В таком виде соседям то неудобно показываться, а любимому мужчине и подавно. Я быстро зашагала в сторону подъезда.

***

Время шло. В конце октября выпал снег. Дима продолжал звонить и писать мне каждый день. Особенно настойчиво в ночь с 28 по 29 октября. Мне пришлось выключить телефон в три часа ночи. А первого ноября приехала Люська и рассказала, что он женился. 29 октября. Финита ля комедиа.

Глава XXV

— Красавица, собирайся — сегодня идём ресторан. Это платье надень!

— Кость, я не голодна. Да и на улице минус двадцать. Давай в другой раз?

Костя вломился в мою квартиру около шести часов вечера и впервые за почти три месяца моей жизни в Санкт-Петербурге предложил куда-то сходить вместе. Вот только общаться с ним мне не очень хотелось. После женитьбы Димы мной завладела дикая апатия — почти не выходила на улицу и целыми днями смотрела телевизор.

— Так! Не обсуждается. Иди, переодевайся. Я тебя в машине подожду, — он протянул мне огромный пакет с каким-то известным лейблом.

Ресторан, так ресторан. Спорить с Костей совсем не хотелось. В конце концов, он оплачивает мои счета и имеет право распоряжаться моей жизнью.

***

Я лениво перелистывала страницы меню, разглядывая соблазнительные фотографии блюд высокой кухни. Есть совсем не хотелось, но нужно что-то выбрать. В этот момент кто-то подошёл к нашему столику. Я подняла глаза, чтобы сделать заказ и вместо официанта увидела…

— Не хочешь поздороваться с нашим общим знакомым?

— Здравствуй, Елена, давно не виделись. Официант! — Андрей поднял руку и щёлкнул пальцами, — Принесите бутылочку Вдовы Клико.

Ну всё. Приехали. Костя всё-таки меня сдал.

— Андрей, иди, погуляй. Не видишь, ты пугаешь девушку, — он по-отечески взял меня за руку.

Удивительно, но Андрей послушно встал со стула, на который он уже успел присесть, взял своё портмоне и направился в сторону гардероба.

— Лен, ты вся дрожишь. И руки ледяные. Может, тебе, что покрепче заказать?

Я замотала головой.

— Хорошо. Тогда просто слушай меня, постараюсь быть с тобой максимально откровенным. Ты же понимаешь, что рано или поздно они бы всё равно тебя нашли. Не обижайся, я с самого начала собирался сдать тебя Мише — я не могу с ним ссориться. Но и с тобой хочу сохранить тёплые отношения. Надеюсь, ты поймёшь и простишь меня.

— К чему тебе моё прощение? Я — девочка для секса, игрушка для богатых мужчин, ничего незначащая единица в Мишиной паутине. В лучшем случае, мне промоют мозги. В худшем… — я не смогла закончить свою мысль. Даже думать было страшно о том, что со мной сделают в Ордене.

— А вот здесь ты сильно заблуждаешься. Ты — самый важный винтик в построенной Мишелем организации. Прошлое, настоящее и, самое главное, будущее нашего Ордена. Они могут посадить своих людей в Думу, Правительство. Контролировать все бизнес-процессы в стране. Уже сейчас большая часть России принадлежит им, но… — Костя сделал многозначительную паузу. — Ты была на их ферме по выращиванию наследников?

Я вспомнила это жуткое место и ту маленькую девочку, которая мечтала лишь об одном — выйти замуж и продолжить начатую Мишей селекцию. Действительно, ферма по выращиванию людей.

— Все эти малыши уже совсем скоро пополнят ряды элиты государства Российского и со временем вытеснят детей плебейского олигархата. Ты же их видела и прекрасно понимаешь, что дети Ордена радикально отличаются от других представителей «золотой молодёжи». Они усердны, старательны, нацелены на результат и с младенчества преданы Мишелю и, в первую очередь, будущему сюзерену.

— Сюзерен? Кто это? — я думала Миша главный в Ордене и ни разу не слышала, чтобы он кому-то подчинялся.

— А этого ещё никто не знает, потому что сюзерен ещё не родился. Или не родилась. Ты не возражаешь, если я позову Андрея? Он, наверное, совсем замёрз — ветер сегодня адский.

***

— Лен, я хочу извиниться перед тобой, — Андрей выглядел смущённым и очень растерянным. Казалось, он с трудом подбирает слова. — Миша предлагал мне освободить тебя от участия в ритуалах, но я убедил его, что ты не должна знать правду. Не должна выделяться среди других фавориток, для твоего же блага. Если хочешь, я встану на колени.

— Не надо, — я с недоумением смотрела на него.

— Вот и замечательно. Давай тогда отпустим Константина и поговорим как взрослые люди. Ты же моя девочка, всегда была и будешь.

Костя встал из-за стола, наклонился, чтобы поцеловать меня в щёку на прощание и прошептал: «Не говори им о Диме. Никогда».

***

— Я очень рад, что ты нашлась. Знаешь, ты поступила очень плохо — украла драгоценности, деньги и сбежала жить в какую-то деревню. Столько уважаемых людей заставила искать себя по всей стране. Стоило бы выпороть тебя как следует, но Миша запретил тебя трогать, — Андрей забрал у официанта бутылку шампанского и сам разлил его по бокалам. — Выпей за наше общее здоровье и качественную контрацепцию. Пей, я сказал!

Вот теперь я узнаю старого доброго Андрея. Он и пяти минут не может терпеть неподчинение.

— Умница. Надеюсь, впредь ты будешь хорошей девочкой и не заставишь меня нервничать. И, да, потренируй перед зеркалом влюблённый взгляд. Тот самый, которым ты охмурила меня тогда, в гостевом домике.

— Зачем?

— Видишь ли, когда ты пропала, Мишель хотел выгнать меня из Ордена или даже убить — пришлось убедить его, что ты влюблена в меня по уши, и жить без меня не сможешь. Сбежала, исключительно чтобы не изменять мне пятничными вечерами. Уж больно тебя совесть мучила. Так что теперь мы с тобой две любящие друг друга половинки, воссоединившиеся после долгой разлуки. В ближайшую пятницу поедем на ритуал, готовь извинительную речь и приведи себя в порядок, — он брезгливо посмотрел на мои руки без маникюра. Выглядишь, как дворовая девка.