История третья. Так не бывает (СИ) - Сергеева Женя - Страница 41

Глава 24. И снова о Глебе

Когда кофе в чашках благополучно закончился, парень, представленный мне Сашей, как "Никита — человек с золотыми руками и платиновыми мозгами", утроился поспать в смежном с кабинетом помещении, которое и в самом деле оказалась чем-то вроде комнаты отдыха.

Я с удивлением посмотрела, как за темноволосым молчаливым и неулыбчивым молодым мужчиной закрылась дверь.

— Вы что, уже разобрались с письмом? — Поинтересовалась у Саши с некоторым недоверием.

— Давно уже… А вас с Борисом все не было и не было… — Саша с интересом посмотрел на меня. — Чем занимались? На кухне были?

— Не совсем… Борис Максимович зачем-то потащил меня в лабораторию, крови захотел. — Отозвалась с нервным смешком. Почему-то эта часть похода за поздним ужином вызывала внутреннее напряжение.

— Вооот как… — Задумчиво протянул Саша, не сводя с меня тяжелого, несколько хмурого взгляда. Сейчас он, как никогда в последнее время, напоминал того самого Красавчика, знакомого мне по первым встречам. — И?

— Что “и”?

— Он что-то сообщил по поводу результатов?

— Нет, не успел. Тим с Демоном перехватили нас раньше. Что случилось? — Саша сам дал мне возможность перескочить на нужную тему и слезать с нее я не собиралась.

— Когда? — Он потянулся за печенькой, отводя взгляд. Тянул время.

— Не притворяйся дурачком. Пока мы отсутствовали, что случилось?

Саша, уже было потянувший печеньку к себе, тяжело вздохнул и положил ее обратно в тарелку. Правильно, нечего лопать во время серьезного разговора.

— Сначала мы с Ником нашли откуда именно было отправлено сообщение, в том числе и физический адрес. И это точно не адрес недвижимости Белого… У него в том районе вообще ничего не может быть…

— Почему? Он что обо всем перед вами отчитывается? — Со скепсисом приподняла бровь.

— Ты примерно знаешь, чем занимается Глеб? — С очередным вздохом пустился в объяснения Александр.

— Примерно знаю. Очень примерно.

— Так вот, есть негласное правило, в чужих районах не селиться, не иметь бизнеса. Не соваться в общем, на чужую территорию.

— Почти как у животных. — Сравнение более, чем подходило. Да и вел себя порой Глеб…

— Почти… — Многозначительно подтвердил Саша и все-таки взял печенюшку.

— Но ведь можно купить недвижимость на подставное лицо…

Саша расхохотался, и посмотрел на меня, как на неразумное дитя, ляпнувшее нелепицу. Со смесью умиления и веселья.

— Лена, ты даже не представляешь насколько, во-первых, тесен мир, во-вторых, сколько людей готовы продать нужную информацию за энную сумму денег. Надежные люди только в ближайшем окружении, и то не всегда. А если ближайшее окружение начнет внезапно скупать недвижимость или перехватывать бизнес, то это будет выглядеть несколько подозрительно.

— Но агентство Тима и твоя фирма принимают заказы по всему городу… — Я все равно не совсем понимала правила подчинения и географию распределения.

— Это уже другое. Агентство работает с другой стороны закона, с легальной. Как и мой бизнес. Так что тут ни ко мне, ни к Белому, ни к Змею никаких претензий.

— Ты так спокойно рассуждаешь о том, что легально, что нет. Так… — Я не сразу смогла подобрать нужное слово. — Прозаично.

— Это моя жизнь и я ее воспринимаю обыденно.

— Что с Глебом? — Саша еще раз напомнил о том, что собственно я и хотела узнать. А он все никак не желал выдавать нужную информацию.

На несколько мгновений на лице мужчины отобразились внутреннее волнение, досада, паника. Он не хотел говорить. Видимо, считал, что "заговорил", оттягивая время.

— Я еще раз спрашиваю, что с Глебом? Саша, не нервируй меня, сам знаешь, мне нельзя нервничать.

Саша посмотрел на меня опять тяжело, а я даже не дышала, боялась спугнуть принятое им решение, отобразившееся во всей позе: выпрямленной спине, нарочито спокойных руках, сжавшейся челюсти. Наконец, он произнес:

— Она до него добралась.

Инстинктивно, стараясь скинуть нервное напряжение, охватившее меня, вцепилась в обивку дивана.

— Что с ним? — Голос звучал спокойно, но видимое спокойствие давалось тяжело. Так и хотелось встряхнуть Сашу, дать понять, что мне надо знать. Что они мне не безразличны. Никто. Чтобы они не сделали и как бы не поступили. Я могу обижаться, уходить, отрицать, но когда кому-то из них понадобится моя поддержка, я в ней не откажу. Никогда.

— Он напал сначала на своего секретаря, потом на пытавшуюся урезонить его охрану, на кого-то из посетителей. Демону администратор позвонила, попросила приехать срочно, поскольку в клубе из всего управления почему-то оказалась только сестра Глеба и она якобы вызвала психиатричку. Во всяком случае Вера именно так услышала часть разговора по телефону.

Я судорожно выдохнула еще при первых словах и поднесла руку ко рту, стараясь подавить вырывающийся крик.

Я думала, что все это — мое больное воображение, накрутила при психотропы, но в реальности такое не может случиться. Но вот она — реальность. Вылезла во всей свое облезлой красе. Чувство опасности и безысходного отчаяния. Теперь хотелось только одного: чтобы они успели, чтобы приехали раньше.

Неизвестно, кого именно в качестве психиатрички вызвала эта женщина. И найдем ли мы Глеба вообще. Я понимала, что, ни Демон, ни Тим этого так не оставят. Но они тоже люди, и тоже могут опоздать.

— А эта Вера не могла что-то перепутать или солгать?

— Эта Вера — любовница Демона, более того, любит его без памяти практически со времени работы у нас, а это уже почти четыре года. И за что некоторым так везет? — Как-то горько продолжил, что мне стало не по себе. Как ножом провел. Словно ему не хватает того, что сейчас есть в его жизни. Словно… Словно я временная замена чему-то настоящему, что только еще ожидает впереди.

— И давно она его любовница? — Тихо спросила.

— Месяца два… Добилась все-таки своего. Он как-то на других и смотреть перестал. Хотя раньше моногамии никогда не придерживался.

И опять эта кривая ухмылка, знакомая по "тому" Саше… Я никогда не отличалась особым терпением, а сейчас тревога нарастала снежным комом.

И дело было не только в Глебе, в его сестре, в Иринке. Я понимала, каким-то шестым чувством, что “нас” тех “нас”, что уже почти состоялись, как союз, уже нет.

Первым вышел Глеб, вышел вполне осознанно, поверив в ложь близкого человека. Теперь пришло время Саши, он пусть и не специально, на каком-то подсознательном уровне, — отдалялся. Я понимала, видела, как он меняется. Буквально за последние сутки.

Что за мысли бродят в его бесшабашной голове? Почему он приходит именно к тем выводам, какие заставляют отталкивать, отрицать? Я не знала, более того, не понимала. Возможно — это мои заблуждения. Я считала, что он изменился, но яд проник куда глубже и отравил организм так, что не выведешь. И пока я беспечно наслаждалась их обществом, этот яд разъедал моих мужчин. И у каждого свой яд.

“Мои мужчины”… Я впервые так их назвала, дала определение отношениям… Которых уже нет.

— Саша, что тебя беспокоит? Ты за эти сутки изменился… Еще немного и опять начнешь курить в подъезде. — Я криво улыбнулась, пытаясь показать, что это всего лишь шутка. Но все мы знаем: в каждой шутке только доля шутки.

— Все хорошо, вот разберемся с Глебом и будем дальше… Решать поступающие проблемы.

Проблемы? Значит, кроме Глеба у нас есть еще проблемы? А я и не знала, вот неожиданность-то!

Я молча "варилась" в "собственном соку".

Саша молчал, в соседнем помещении равномерно похрапывал Никита.

Звонок раздался внезапно. Он прорезал навязчивую, тяжелую тишину кабинета, заставив встрепенуться меня и почти подпрыгнуть в своем кресле Сашу.

— Тим, слушаю! — Хрипло прокаркал он от долгого молчания в микрофон. — Ждем.

Я с тревогой и вопросом в глазах смотрела на Александра, он с явным облегчением произнес только одно слово: