Убивая любовь (СИ) - Князева Анастасия - Страница 53

Ругнувшись сквозь зубы, посмотрел вниз.

Она держала его за руку.

Не отпустила. Не отвернулась…

Тихо плакала, нервно покумывала нижнюю губу, но так и не отдёрнула ладони.

— Я всё знаю, — прошептала едва слышно, заставив его сердце замереть. — Догадалась почти сразу же… Ты постоянно оказывался рядом со мной. Особенно в моменты, когда я действительно нуждалась в помощи… Я понимала, что ты и есть источник всех этих бед, но так и не смогла возненавидеть тебя. Что-то постоянно останавливало меня. Какая-то неведомая сила заставляла влюбляться в своего мучителя… А потом я поняла, почему это произошло. Я узнала тебя, Майкл Фостер. Человека, которого никогда не переставала любить… Это произошло на приёме в честь начала вашего с Виктором сотрудничества. У ещё состоялся разговор на балконе, после того как ты узнал о моей болезни… Помнишь?

Майкл утвердительно кивнул, вспоминая тот вечер.

— Тогда ты произнес слова, которые расставили всё по местам…

— Больше никому не позволяй причинять себе боль, — медленно произнёс Майкл, оживляя в памяти события прошлого. — Никто не достоин этих слез…

— Ты однажды уже говорил мне это, — Мелоди улыбнулась, и лицо ее озарилось ярким светом, который согрел и растопил весь лед в его собственном сердце. — В лифте, когда мы встретились впервые. Это было на дне рождении Эмили…

— Это была ты! — воскликнул Майкл, притянув девушку к груди и крепко обняв. — Так вот откуда у тебя кулон! Но, Мелоди… почему ты сохранила его?

Чуть отстранившись, подняла голову, чтобы заглянуть в глаза любимого. Её тёплое дыхание защекотало подбородок, отозвалось лёгким покалыванием в мышцах.

— Он был единственным напоминанием о том дне, — просто ответила она. — Этот кулон — свидетель нашей встречи. Доказательство того, что ты реальный, и я тебя не придумала. Когда ты обронил его там, я побежала за тобой, чтобы вернуть пропажу, но не успела. Ты уехал так быстро, что я даже не поняла как это произошло.

— Мне тогда позвонила Анжелика, — нахмурившись от воспоминаний, произнес мужчина. — Маме было плохо, вот я и помчался домой… Как много раз судьба пыталась свести нас с тобой, но постоянно вмешивались обстоятельства. Если бы я тогда не успел уехать, все было бы по-другому…

— Значит, судьбе было угодно воссоедить нас именно сейчас? — простодушно спросила Мелоди, вновь уронив голову ему на плечо. — Мы бы не были теми, кто мы есть без всех этих испытаний и трудностей. Это была проверка для наших чувств, и мы преодолели её. Давай смотреть на произошедшее именно так?

Он ничего не ответил.

Подцепил пальцами аккуратный подборок и впился в её губы нежным поцелуем. Обвел кончиком языка контур рта девушки и углубил поцелуй.

Майкл целовал её с нежностью дикого зверя. Ласкал и впитывал, подчинял и дарил.

— В тебе живет вся моя жизнь, Мелоди, — прошептал, обхватив руками голову любимой и прижавшись к ней лбом. — Я дышу только, когда ты рядом. Мне ничего больше не нужно в этом мире, лишь ты одна!

Этой ночью они так и не сомкнули глаз. Долгие, полные нежности и терпения ласки сменялись страстными поцелуями и воссоединением любящих сердец.

На теле девушки не осталось таких мест, которые не знали прикосновений его рук или губ.

Майкл еще никогда не был таким нежным и терпеливым любовником. Рядом с Мелоди в нем менялось абсолютно все. Он будто становился другим человеком. Не оставалось ничего, что могло бы напомнить ему о прошлом. Было только здесь и сейчас. Существовала лишь она одна. Та самая, в которой сосредоточилась вся Вселенная.

Убедившись, что изнуренная ласками, Мелоди уснула, он крепче обнял ее за талию. Притянув к себе, прижал спину любимой к своей груди.

Аромат ее кожи наполнил его легкие, проникая в каждую клеточку тела и оставляя в них частичку себя. Длинные золотистый локоны разметались по подушке и приятно щекотали кожу.

Он с упоением смотрел на то, как в них отражаются первые лучи зимнего солнца, не в силах предствить своей жизни без этих образов и запахов. Майкл вдруг понял, что уже никогда не сможет не то чтобы коснуться, даже взглянуть на других женщин. Отныне и навсегда он будет принадлежать только ей.

Она — хозяйка и смысл всей его жизни.

— Вместе мы преодолем все испытания, милая, — прошептал мужчина, запечатлев легкий поцелуй на белоснежном виске девушки. — Ради тебя я готов пойти против всего мира и сразиться с самой смертью. Больше никто и ничто не разлучит нас, любовь моя.

Эта ночь стала для одной из самых тяжелых в его жизни.

Ему никак не удавалось сомкнуть глаз, а мысли снова и снова возвращались к небольшому детскому рисунку, оставленному Хеленой, на стене рядом с другими.

Казалось бы, что может быть особенного в изображении счастливой семьи возле рождественской ели?

Но ребенок, которому он принадлежал… Его имя…

Почему оно кажется таким знакомым?

Кто этот мальчик, и как он может быть связан с ним?

Боже, дай сил понять эту тайну!

Мужчина заставил себя присесть на край кровати, превозмогая невыносимую боль во всем теле.

— Кто ты, Маркус Беррингтон?! И какое отношение имеешь ко мне?!

Глава 13

Пробуждение, когда тебя обнимают руки любимого человека, а кожу щекочет его теплое дыхание, наверное, по-праву можно считать самым приятным в мире.

После бурной, насыщенной ласками и страстью, ночи все тело будто налилось свинцом и отказывалось подчиняться. Сладкая нега окутывала сознание, заставляя снова и снова вспоминать моменты эйфории и отдаваться во власть эмоций.

Мелоди с трудом заставила себя разлепить веки и сладко потянулась, пытаясь размять затекшие мышцы.

Ее обнаженная спина была крепко прижата к груди мужа. Она всем телом чувствовала каждый его вздох и самые малейшие движения мышц. Как бы ей хотелось обладать магическими способностями и сделать этот миг вечным!

— Проснулась, соня? — ласково прошептал он, покрывая висок девушки легкими поцелуями. — Ты так сладко спала, что я боялся даже пошевелиться…

Она повернулась на бок, чтобы оказаться с мужем лицом к лицу, и, протянув руку, коснулась ладонью его небритой щеки.

Утренняя щетина приятно покалывала кожу, пальцы ее задвигались по его скулам, замерев в миллиметре от чувственных губ, способных подарить невероятное наслаждение. В этом она убеждалась уже ни раз.

— Ты такой красивый, — призналась девушка, вложив в этот комплимент всю силу своих чувств к нему. — Мой идеальный мужчина… Мой любимый муж…

— Боже, Мелоди! — почти закричал он, произнося ее имя так, будто от этого зависела вся его жизнь.

Мужчина толкнул ее на спину и, опустившись сверху, поцеловал, попутно лаская руками плечи и грудь любимой.

И снова чувства взяли верх над разумом. Сопротивляться их силе и мощи было невозможно. Они слишком долго мечтали друг о друге, чтобы так легко утолить свою страсть. Каждого раза им было недостаточно. Ночь казалась слишком короткой для этого.

— Я люблю тебя, ветер! — шептал он, даже когда был на самом пике и говорить не оставалось сил. — Люблю больше жизни… Моя душа… Мой сладкий сон…

А она лишь слушала эти признания, отвечая на них долгими, полными нежности и любви поцелуями.

Наконец, их мир был целостен и един.

Больше не было двух одиноких потерянных половин. Отныне и навсегда они были одним целым.

Их судьбы навсегда сплелись воедино, а сердца бились в унисон.

Анжелика медленно шла на поправку.

Каждый новый день, проведенный в компании своего названного сына и любимой невестки, приносили ей все больше сил и энергии для борьбы с коварным недугом.

Болезненная слабость уже давно отошла на второй план, уступив место привычному жизнелюбию.

Майкл мог часами сидеть в углу палаты, наблюдая как две его самые любимые женщины обсуждают очередной просмотренный фильм или прочитанную книгу.