Легко ли сбежать от принца... (СИ) - Андреева Августа - Страница 23

— Каюсь. Позвонил сотрудник. И я спрятался от дождя в машину, чтобы поговорить по мобильнику. Но ждать вас собирался хоть до морозов.

Через десять минут мы сидели в кафе за квадратным столиком возле окна. Подошла официантка. Николай заказал себе сладкий чай с мятой и кусок пирога с мясом. Вопросительно посмотрел на меня. Я не стала смотреть меню. Сладкого не хотелось.

— Мне тоже самое.

Официантка ушла. Возникла неловкая пауза. Впрочем, наверное, неловкой она казалась только мне. Мужчина напротив меня сидел расслабленно и слегка улыбался, рассматривая мое лицо. На входе в кафе мы оставили свою верхнюю одежду. Николай остался в серых брюках с черными ботинками и темно-сером вязаном джемпере. На руке часы в черном корпусе, на черном же кожаном ремешке. Все консервативно-классическое и монохромное. Но он продолжал выглядеть как супермодель. Стильно и дорого. Я была в черных джинсах и новом темно-сером джемпере. На ногах недавно купленные полусапожки на каблучке. Цвет наших джемперов оказался почти одинаковым. Только у Николая джемпер был машинной вязки, а мой — трикотажного полотна. Но выглядела я привлекательно. Дома, покрутившись перед зеркалом, осталась довольна.

— Настя, вы такая красивая!

— Спасибо.

— Вы любите дождь, пирог с мясом. А что еще?

Хм. Так я тебе и сказала, что я люблю через пять минут знакомства. Тем более что я люблю магию и свою артефакторику. Интересно, каким взглядом посмотрит на меня Николай, если я ему это скажу. Внезапно я вспомнила принца Калина.

— Я люблю драгоценности с розовым александритом и цветы прихваченные морозом во время цветения.

Брови Николая полезли на лоб, он буквально вытаращил на меня глаза и смотрел молча, и как то изучающе. Как будто пытался что-то понять. Я усмехнулась. Забавно. Наверное, мои тряпочки не очень стыкуются с любовью к драгоценностям.

— В следующий раз я приду с цветами. Даже попробую заморозить их в морозильнике.

— Не стоит. Морозильник не подойдет. Цветы должны встретиться с настоящим морозом неожиданно. Вот представьте клумбу, а на ней прекрасные, только что распустившиеся ирисы, а тут раз, заморозки. И утром цветы стоят как будто в хрустальной упаковке. И кристаллики инея сверкают на солнце.

— Да, красиво. Я представил. А почему именно ирисы? Ваш любимый цветок?

— Нет. Так просто. К слову пришлось.

— А какой любимый?

— Все цветы прекрасны.

— И все же.

— Гладиолусы, астры, георгины, герберы, пионы и еще тысяча и одно наименование.

— Я понял. Хорошо. Тогда вместо букета в следующий раз принесу александрит.

— Вы очень решительный мужчина. Но александрит не приносите. Я не возьму.

— Почему?

В этот момент подошла официантка, принесшая поднос с чашками, небольшим керамическим чайничком и тарелками с пирогом. Она расставляла заказ и я решила, что это позволяет мне проигнорировать вопрос. Он слишком похож на риторический. Ведь ответ очевиден.

Мы принялись за пирог под легкую болтовню о погоде, дожде, осени и наступающей зиме.

Совсем недавно, в прошедшие выходные я посмотрела фильм «Приключения принца Флоризеля», который мне очень понравился. Ироничный, необычный, с прекрасными актерами. В этом фильме была сцена диалога мужчины и женщины на корабле.

«— Погода стоит прекрасная, — говорила худенькая барышня с кружевным зонтиком в руках.

— Прелестно, — отвечал ей красивый молодой мужчина, нависая над ней и заинтересованно разглядывая.

— Вчера погода была ужасная.

— Прелестно.

— Вообще этим летом погода часто меняется.

— Прелестно…»

Вот наш разговор с Николаем чем-то напоминал этот диалог. Мне хотелось вырваться из погодной темы. Но больше ничего в голову не приходило. Не об Эдельвейсе же с ним разговаривать. Этот мир как то разом уничтожил мою светскость. Но Николая ничего не

смущало. Он с удовольствием ел пирог. Ласково смотрел на меня. Вставлял свои реплики, полностью поддерживая меня во всех моих погодных настроениях, ожиданиях и отношениях типа «люблю-не люблю».

Но пару раз, когда разговор затихал, я ловила на себе его какой то испытующий взгляд. Как будто он что-то не понимал обо мне… Хотелось в лоб у него спросить, — Что-то не так?

Но я не решилась. Может быть, мне все кажется. Все же это наша первая встреча.

А в целом свидание удалось. Оно было милым, Николай мне понравился и ничем не вызвал раздражения или неловкости, которое часто присутствует при первых встречах с незнакомым человеком. Поэтому, когда мы вышли из кафе и, дойдя до моего дома, начали прощаться, и Николай попросил о новой встрече, я согласилась.

Мы договорились созвониться.

Через пару часов я сидела за своим рабочим столом в «Эдельвейсе». У Аделаиды был клиент. Татьяна в одиночестве что-то ела на кухне. Мы с Вадимом сидели в нашем кабинете. Вадим смотрел спортивный канал по телевизору, убрав звук. Я сидела на своем рабочем месте, включив компьютер и открыв интернет. Но работа не начиналась. Звонков не было. Никто и ничто мне не мешало помечтать. Ну и я начала вспоминать свое недавнее свидание. Наш пустой, но такой милый разговор. Удивление Николая на мою реплику о драгоценностях. И как разглаживалась глубокая морщинка между его бровей, и начинали улыбаться его глаза, когда он смотрел на меня. Я ему точно нравлюсь. И он мне тоже понравился. Я вдруг поняла, что сижу, улыбаясь. В этот момент брякнул мобильник. Я взяла его в руки. Оказывается, пришло сообщение на вайбер от Николая. Быстро открыла страничку. Он прислал мне картинку с букетом гладиолусов. Мило. Я стала улыбаться еще шире. Артефакты связи моего мира не умели передавать картинки. А оказывается это так приятно получить букет от мужчины, который тебе нравится. Пусть это только картинка, но эффект почти как от настоящего. Виртуальный букет, конечно, нельзя поставить в вазу, насладиться свежестью цветов. Но главный посыл — ты мне нравишься, прямо сейчас я думаю о тебе — все это картинка прекрасно донесла.

20

Я держала в руках мобильник, с улыбкой разглядывая гладиолусы, когда в нашу дверь кто- то громко забарабанил. Вадим удивленно задрал брови и пошел открывать. Сразу же наша прихожая наполнилась взволнованным женским голосом, всхлипами.

Я вышла из-за стола и выглянула в арку. Возле дверей стояла миловидная молодая женщина с ребенком немного младше Вани. Женщина, сдерживая слезы, сбивчиво рассказывала о каком-то коте, больном, с катетером в вене и с повязкой на лапе. Ее, наверное, сын еле сдерживал себя, чтобы не расплакаться. К нам вышла из кухни Татьяна и увела женщину к себе в кабинет. Меня попросила успокоить мальчика. Я усадила его на наш диван, Вадим сунул ему в руки принесённый из кухни стакан с кока-колой. Ребенок заплакал, и время от времени повторял, что все из-за него. Когда он стал пить колу, вцепившись в стакан двумя руками, его зубы стучали о стекло, так сильно он всхлипывал.

— Как тебя зовут?

— Лёня.

— У вас потерялся кот?

— Да. Все из-за меня. Я пить просил. Мама остановила машину, а он тут и выскочил, и убежал. Мы его искали-искали, а его нет нигде. А он больной. Мы к врачу ехали. Ему операцию недавно сделали. И теперь он умрет из-за меня.

— Не плачь. Мы найдем твоего кота. Как его зовут?

Ребенок мгновенно перестал плакать и с надеждой посмотрел на меня заплаканными, широко распахнутыми глазами. Боги! И так его ужасно жалко было, а этот его взгляд из-под ресниц, слипшихся от слез, с мгновенно вспыхнувшей бешеной надеждой… Просто сердце защемило от сострадания и к нему, и к его больному коту.

— Его Толстый звать. Мы его на улице нашли. Его кто-то потерял, а мы нашли. Он очень толстый. Вот мы его с мамой и назвали Толстый.

Я засмеялась. Так это было мило и трогательно. А кот тот еще колобок. От одних хозяев сбежал и от других сбежал.

В этот момент Татьяна вывела из кабинета маму Лени. Женщина ели-ели сдерживалась, чтобы не расплакаться. Татьяна сочувственно, но твердо объясняла ей, — Мы не можем искать животных. У них аура другая, мы не улавливаем ее след. Простите нас, но мы ничем не можем вам помочь. Дайте объявления в социальных сетях, еще надо развесить его портреты на ближайших домах, там, где он потерялся. Уверена, все будет хорошо. Кто-нибудь его найдет.