Иди и не греши. Сборник (СИ) - Винниченко Игорь Александрович - Страница 73

— И для этого надо выбегать из дома? — спросил я.

— Конечно! Ведь она знает, что телефон Марины прослушивается!..

Ему удалось внушить сомнение присутствующим, но я остался непоколебим. В тот момент, когда послышался звук открываемой двери, теперь это точно возвращалась Света, я сказал:

— Теперь молчите все. Режиссировать постановкой буду я.

Я взял с полки лежавший там диктофон, в котором еще оставалась моя маленькая кассета из автоответчика, и положил его на стол. Я чувствовал себя звездой на премьере.

Света вошла с сумками.

— Я взяла ветчины, — сообщила она, — и хлеба. Могу сделать классную яичницу.

Ей никто ничего не ответил, и она насторожилась.

— В чем дело? — спросила она.

— Возьмите у нее сумки, Вадим, — сказал я.

Вадим послушно взял сумки, и Света осталась стоять в дверях гостиной с разведенными руками. Она еще даже не успела раздеться, и с ее сапог стекали струйки грязной воды от тающего снега.

— Куда ты звонила, Света? — спросил я вкрадчиво.

— Когда? — спросила она с выразительным спокойствием.

— Когда ты вышла из дома, — сказал я. — Остановив машину за углом, ты позвонила из автомата. Кому?

Она смотрела на меня холодно.

— Я звонила подруге, — сказала она. — Думала заехать к ней по дороге.

— Заехала?

— Ее не оказалось дома, — отвечала она, словно заранее была готова к этим вопросам.

— С кем же ты разговаривала?

— С ее матерью, — сказала Света. — А что?

В воздухе повисло напряженное молчание.

Я поднял диктофон и покачал им.

— Ты попалась, Света. Мы ждали, что кто-то должен предупредить Алекса, и не прогадали.

Она смотрела на меня с ненавистью.

— Что за чушь вы несете, Павел Николаевич? — произнесла она сквозь зубы. — Что за спектакль вы играете?..

— Светочка, — сказал я. — Ты грязная тварь!..

Я в отчаянии нажал кнопку воспроизведения на диктофоне, и все услышали глухой голос Алекса. Если бы в этот момент Света выдержала свою игру и вслушалась бы в запись разговора, у меня бы не было аргументов для того, чтобы разоблачить ее. Но я услышал ее нервный смех за спиной, и понял, что мы выиграли.

— Козлы, — проговорила она сквозь смех. — Вонючие козлы!.. Вы думаете, это вы меня поймали?.. Это вы сами попались!..

Вадим шагнул к ней, и она отскочила к стене.

— Не смейте меня трогать, подонки!.. Иначе вашего Мишеньку придется по частям собирать!..

Тут я услышал шипение и увидел, как Марина стрелой метнулась к ней.

— Тварь! — рычала она, одной рукой впившись ей в волосы, а другой принявшись хлестать ее по лицу. — Гадина ползучая!.. Сучка подзаборная!..

Кремнев с Вадимом с трудом оттащили ее, усадили в кресло, и Вадим остался с ней. Света сидела на полу с окровавленной губой и нервно посмеивалась. Кремнев взял телефонную трубку и вызвал оперативную машину.

— Не торопись, мусор, — сказала Света. — Я ведь не шучу… Если я не позвоню сегодня до десяти часов, он примет меры. Сами знаете, какие.

— Куда ты должна звонить? — склонился я к ней.

— Туда, — она засмеялась.

— Не будь идиоткой, — посоветовал я. — Ты вляпалась в убийство, и я бы на твоем месте постарался бы оказать всяческое содействие следствию.

— А сколько очков я за это получу? — спросила она.

— Мы сами с ней поговорим, Павел Николаевич, — остановил меня Кремнев. — Она все скажет, не сомневайтесь.

— Ты, мусор, дурак, — сказала Света. — Ничего я тебе не скажу, и не надейся. Вы же должны понять, что Алекс просто взбесится, если узнает про мой арест. Вам придется вернуть меня к нему и заплатить большие деньги, не считая самолета и прочих мелочей. Вы не захотели кончить дело миром, так получите войну.

— Как ты могла, Света? — вдруг, словно спохватившись после драки, недоуменно спросила Марина. — Что я тебе сделала, что ты так со мной поступила? Неужели же ты и Мишу ненавидишь?..

Света глянула на нее, облизывая окровавленную губу.

— Плевать мне на твоего Мишу, — фыркнула она. — А сама ты, Машка, просто сволочь неблагодарная. Я тебе не кошка домашняя…

— Ты просто сумасшедшая, — сказала Марина. — Свихнулась от зависти…

— Чему завидовать? — усмехнулась Света. — Это ты поклонников своих можешь дурить, а я-то знаю, что ты уже два года новых песен не пишешь!.. Кончилась ты, Маша…

— Где находится сейчас Колобродов? — спросил сурово Кремнев.

— И как сильно это вас интересует? — насмешливо осведомилась Света.

— Где он прячет Мишу?

— Там же, — сказала Света, улыбаясь в ответ.

— Вам лучше все рассказать, — произнес Кремнев с холодной яростью.

— Да? — переспросила она. — В самом деле?

Он поднял ее на ноги и прижал к стене.

— Послушайте, девушка, — свирепо прорычал он. — Если вы думаете, что в тюрьме вас ждут комфорт и теплые отношения, то вы сильно ошибаетесь.

— А мне плевать на твою тюрьму, — бросила Света ему в лицо и внезапно закричала: — Отвали от меня, падлюга!..

Она ударила его коленкой в пах, так что Кремнев согнулся пополам, и бросилась к двери. Я успел ухватить ее за руку и отбросить внутрь комнаты, где Вадим Симонян просто ударил ее кулаком в лицо, так что она упала на пол, опрокинув стул.

— Отставить! — буркнул Кремнев, поднимаясь.

Света то ли смеялась, то ли плакала.

— Вадим, сука, — всхлипывала она. — Бить женщину!..

— Прости, — сказал Вадим, нервничая, — но ты сама напросилась.

Тут зазвонил дверной звонок, и это уже оказались милиционеры. Кремнев приказал им забирать Свету, на нее надели наручники и увели. Кремнев ушел с ними, и в гостиной повисла тишина. В этой тишине Марина жалобно всхлипнула и заплакала.

— Что ты, Маша, — подсел к ней Вадим. — Не надо плакать!..

— Боже мой, Сима, — плакала Марина. — Я же любила ее…

— Любимые нас чаще всего и предают, — буркнул Вадим.

Я глянул на часы, шел уже шестой час воскресного дня.

— Он будет звонить, — сказал я задумчиво.

Марина подняла голову.

— А как же теперь?.. — спросила она. — Ведь она сказала…

— Спокойно, — я ободряюще улыбнулся ей. — Не надо нервничать. Она сказала, что должна позвонить до десяти. Только после этого он будет звонить мне. У нас есть время.

— На что? — отчаянно вскрикнула Марина.

— Чтобы найти его, — сказал я. — Мы установили, что Мишу содержат где-то за городом, в деревянном доме или сарае. Звонит Алекс из города. Значит, чтобы добраться до мальчика, ему понадобится еще не меньше часа.

— А как нам искать? — спросил недоверчиво Вадим.

Я глянул на него.

— Хороший вопрос, — сказал я. — Об этом мы и должны подумать.

Я напрасно на них надеялся, Марина к конструктивным решениям была неспособна, а Вадим явно не принадлежал к числу аналитиков. Тикали большие стенные часы, уходило время, а ничего путного нам в голову не приходило.

— У него есть в городе точка, — говорил я, размышляя вслух. — Зверь — баба. Именно там он ждет звонка Светы.

— Я не знаю никакой зверь — бабы, — угрюмо произнесла Марина.

— Я тоже, — сказал Вадим. — Баб знаю много, но звери среди них попадаются редко.

— Почему не звонит Кремнев? — нервничал я. — Добился он чего-нибудь от Светы?

— Ничего он не добьется, — сказала убежденно Марина. — Я-то ее немножко знаю. Может, это она и есть пресловутая зверь — баба?

Я вздохнул.

— Будем надеяться, — сказал я, — что это не так.

Я оставил их вдвоем, а сам поехал на автобусе к Валере, адрес которого выяснил по телефону у Леры Веневитиной. Он был ее соседом по улице. Валера жил с матерью, и она встретила меня не слишком дружелюбно.

— Спит он, — сказала она. — Что это у вас за задание такое, дома не ночевать?

— Это он вам про задание сказал? — спросил я.

— А как же, — сказала мать. — Наплел с три короба… А от самого винищем разит, как из бочки…

— Он не должен был этого говорить, — сказал я строго. — Разбудите его, он мне срочно нужен.