АмалиЯр (СИ) - Смольянцева Ольга - Страница 32

— Это не важно, — Амалия тяжело сглотнула, во рту пересохло. — Это был не наш косяк. В общем, когда мы всё выяснили, было уже довольно поздно, мы остались ночевать в гостинице. Власов приходил ко мне… — девушка заметила, как напрягся после этих слов Яр. — Ты не так понял, — быстро проговорила она. — Он сказал, что я нравлюсь ему. Пробовал убедить меня в том, что мы с тобой не пара, просил дать ему шанс… Я его послала…. На следующий день вернулась в город на такси, он приехал позже. В конце рабочего дня пригласил сходить с ним поужинать. Я снова отказалась, сказала, что если он не прекратит своих домогательств, обращусь к Илье с требованием уволить его.

От воспоминаний по телу прокатилась дрожь. Лучше бы она тогда не провоцировала Власова…

— На завтра он не пришел на работу. Я ему не звонила, подумала, что он взялся за ум и решил уйти сам. В офисе в тот день была допоздна, домой возвращалась ближе к девяти… — Мали замолчала, закусив щеку, уставилась в потолок. — В общем, он поджидал меня возле квартиры, — справившись с комом в горле, продолжила она. — Стоял ниже на площадке… Когда я открыла дверь, он набросился сзади и…

— Почему ты не вызвала потом полицию? Почему не позвонила мне? — Гилимханов встал и, подойдя к окну, крепко вцепился в деревянный подоконник.

Амалия молчала. Как легко спросить «почему»? Как легко осудить… Что на это ответить?.. Она толком и не помнила свое состояние, когда Власов тогда ушел… Наверное, не меньше часа стояла под душем, стараясь смыть с себя его следы… Затем, укутавшись в халат, долго сидела на лоджии, выкуривая сигарету за сигаретой… Внутри было пусто… А на утро пришли стыд, отвращение к собственному телу и понимание того, что она никому не сможет рассказать о том, что произошло… Для неё это было унизительно.

— Дальше рассказывай, — произнес Ярослав, когда понял, что ответа не услышит.

— Через день вернулся ты… Я, как могла, пыталась забыть всё… Но каждый раз, глядя на тебя, понимала, что не могу быть рядом… Пока не могу… Мне нужно было время… Я уехала в Москву, нашла хорошего специалиста, который реально смог мне помочь… Единственное, за что он так радел, но чего я так и не смогла сделать, это рассказать тебе всё… Мне не хотелось, чтобы ты об этом знал… К тому же я боялась, что если расскажу, что сделал Власов, ты его убьешь… Я боялась за тебя.

Ярослав цинично ухмыльнулся, но промолчал. Боялась она за него… Да лучше бы он действительно оказался в тюрьме, чем чувствовал себя сейчас таким идиотом.

— Дальше…

— Вернувшись из Москвы, я почувствовала, что смогу перешагнуть через всё и идти дальше… Так мне казалось вплоть до тех пор, пока я не узнала, что беременна. Именно тогда всё рухнуло… Срок такой, что это может быть и твой ребенок, и…

Очередная молчаливая пауза рвала нервы на части. Каждый из них, скованный крепкими цепями собственных переживаний и мучений, пытался понять, как жить дальше.

— Потом что было? На пристани?..

Этот вопрос был для Амалии самым тяжелым. Если до него она хоть как-то могла оправдать свои действия, то потом… Потом её рассудок словно помутился.

— Я приняла четкое решение расстаться с тобой. Этот ребенок — подарок небес для меня… Но я понимала, что для тебя он таковым не будет.

— Прежде чем делать какие-либо выводы, может, можно было и меня спросить, — Ярослав до сих пор стоял к Амалии спиной. Смотреть на неё было невыносимо.

— Как ты себе это представляешь? Ярослав, я беременна… Но есть велика вероятность того, что ребенок не твой?.. Или нужно было преднамеренно тебе солгать?..

— Не знаю… Я не знаю, как нужно было сделать… Наверное, изначально не надо было врать, — строго произнес Гилимханов. — Дальше.

— Я захотела, чтобы ты возненавидел меня… Никогда больше не стал искать встречи… Позвонила Власову и сказала, что если он не подыграет мне, напишу на него заявление… Не думаю, что он сильно испугался, просто обрадовался возможности утереть тебе нос… Потом ты всё видел сам…

— Знаешь, — спустя несколько минут, заметил Яр, — за свою жизнь я видел много фильмов, постановок в театре, балете… Но ты превзошла их все… — не глядя на девушку, Ярослав направился к выходу. — Пока я не буду уверен, что ребенок не мой, о том, чтобы уехать из города, даже не мечтай!

Глава 18.

— Привет, моя дорогая, — в палату бодро вошла Ангелина Максимовна, — как настроение, как самочувствие? — она присела возле Амалии и ласково пожала ее ладонь.

— Доброе утро, — Мали была искренне рада видеть маму Ярослава. В последние дни они стали очень близки. Амалия начистоту рассказала женщине о том, что произошло, и нисколько не пожалела об этом: Ангелина Максимовна проявила полное понимание и оказала так необходимую поддержку. — Прекрасное настроение, прекрасное самочувствие.

— Вот и замечательно. Значит, завтра будем выписываться?

Улыбка на лице девушки мгновенно потускнела. Вот и наступил момент, которого она так страшилась. Что теперь? Предупреждение Гилимханова о том, чтобы она не смела покидать город, нервировало до сих пор, хотя с того дня уже прошло больше недели. Что он имел в виду? Чтобы она просто не уезжала в Москву, или он надеется, что она позволит теперь контролировать каждый свой шаг?

— Ты не рада… — раскусила девушка Ангелина Максимовна. — И это странно… Если не сказать больше. Расскажешь в чем причина?

— А Вы не догадываетесь?

— Догадаться не сложно. Ярослав?

— Да. Сказал, чтобы я даже не думала о том, чтобы покинуть город, пока он не будет уверен, что ребенок не его.

— Это когда он так заявил? — удивленно вскинулась женщина. — Почему я ничего об этом не знаю?

— Я просто не говорила Вам. Это было на прошлой неделе. Вы же знаете, что после этого мы с ним не виделись.

— Но я же тебе говорила, что он звонит каждый день, интересуется состоянием твоего здоровья, — Ангелина Максимовна ободряюще улыбнулась. — Дорогая моя, поверь, он и сам переживает из-за всего… Наверняка, он, как и ты, в полной растерянности от непонимания того, что теперь делать…

— Наверняка? Разве Вы с ним не разговаривали об этом?

— Нет. Мы общаемся только по телефону и говорим в основном только о твоем здоровье. Ярослав даже меня с отцом пока держит на расстоянии. Так что не принимай близко к сердцу его такое поведение. Он впервые в жизни столкнулся с тем, что ситуация настолько вышла из-под его контроля. Его можно понять.

— Отношения не должны быть подконтрольны кому-то или чему-то… Это даже звучит неправильно.

— У вас с самого начала, — Ангелина Максимовна встала с кровати, — всё как-то неправильно. Ты не замечала?

— Возможно…

— Позвони ему. Будь мудрее… Ситуация непростая, вы должны поговорить. Сейчас не время проявлять свои характеры. Главное сейчас, — женщина легонько погладила прикрытый пледом живот Амалии, — вот здесь. Я, конечно, и сама могу позвонить ему и поговорить, но…

— Я сама. Спасибо.

— Это правильно. Так будет лучше… Я тогда побегу, зайду после обеда.

— До встречи.

Когда женщина ушла, Амалия потянулась к телефону. Однозначно нужно поговорить с Гилимхановым. Они совершили немало ошибок, особенно она… Но пришла пора расставить все точки над «и» и принять решение, устраивающее их обоих. После всего, что произошло, Мали понимала, что им с Яром уже не быть вместе. Он не простит её… Да, и она не простит себя… Однако если ребенок окажется его, она не станет препятствовать их общению. Яр будет замечательным отцом, девушка не сомневалась.

— Слушаю, — мужчина ответил быстро.

— Здравствуй, — Мали попыталась придать голосу уверенности. — Извини, если не вовремя… Нужно поговорить. Сможешь заехать в больницу сегодня?

— Конечно. Постараюсь до обеда успеть.

— Да, было бы замечательно, — закончив разговор, Мали попыталась унять колотящееся сердце. Всё будет хорошо…

Позавтракав и сходив на процедуры, девушка вернулась в палату и устроилась с книгой возле окна. За время, проведенное в больнице, она перечитала практически всю домашнюю библиотеку семейства Гилимхановых. Вот и теперь, погрузившись в фантазийный мир очередного творения Берроуза, Мали не услышала, как дверь её палаты тихонько отворилась и кто-то вошел.