Верю! Надеюсь! Люблю! (СИ) - Мове Фелиска - Страница 38

— Да вот и я думаю, что ты тут делаешь. Ты же должна быть на отдыхе с Верой и Любой, — сузив глаза поинтересовалась моя родительница.

— Эм…, - растерялась я.

— А мы приехали недавно. Я настоял на знакомстве с родителями, — вмешался Никита.

— Так вот оно что. Значит все серьезно? — опять выдохнула мама.

— Более чем серьезно, — ответил Никита.

— Ну что молодежь, а папка то на даче, — поднимаясь с дивана, опять растерялась мама.

— Так может мы все вместе, и прокатимся на дачу? — предложил Никита.

— Ой, так электричка теперь только утром будет. Вы же не торопитесь? — спросила мама, бросая взгляды на меня и Никиту.

— Так-то торопимся, но думаю, пару дней у нас есть. На счет электрички не думайте, мы возьмем машину, — предложил Никита, — У вас ведь есть в городе каршеринговая компания? — посмотрел он на маму.

— Наверное, есть, — пожав плечами, ответила мама.

— Так дамы, вы идите пока чайник поставьте, а я сейчас решу этот вопрос, — предложил Никита.

Мы с мамой встали и пошли на кухню, я оглянулась на Никиту, а он мне подмигнул и улыбнулся как-то по-мальчишески. Зайдя на кухню, мама закрыла за собой дверь.

— Ну что дочка, рассказывай. Почему мы ни сном, ни духом, что у тебя жених есть? — задала мама вопрос, наливая воду в чайник.

Что сегодня за день? Почему все ждут от меня объяснений? Вот и что я должна сказать? Я понимала, что мама не успокоится, пока не вытянет из меня правду. Но я не могу ей рассказать всю правду. Потому решила немного приврать.

— Понимаешь мам, я не знала, серьезно у нас или нет. Мы не так давно начали встречаться, — говорила я медленно и пока честно.

— Ты в нем не уверенна? — спросила мама, обнимая меня за плечи.

На секунду задумалась и прислушалась к себе.

— Не, ты что, уверенна, как ни в ком другом, — разворачиваясь к маме лицом, снова сказала правду. Да, а ведь я действительно уверенна в Никите.

— Тогда в чем проблема или ты в себе не уверена? Ты его не любишь? — снова спросила мама.

А я вновь задумалась и прислушалась к себе. Да я уже и не представляю рядом кого-то другого, и, кажется, я люблю его, да.

— Очень люблю, — ответила шепотом и опустила глаза.

— Вот ты моя глупенькая, — обняв меня, сказала мама.

— А может, ты беременна? — просила мама, отстраняясь, и опустила взгляд на мой живот.

— Нее, ты чего, — возмутилась я, ложа руку себе на живот.

— Не обращай внимания, не могла не спросить, — отмахнулась мама.

Тут дверь в кухню приоткрылась, и зашел Никита, его лицо просто светилось как начищенный самовар, а губы растянулись в довольной улыбке.

— Дамы, я вас оставлю ненадолго. Я за машиной и обратно, а вы пока собирайтесь, — подошел он к нам и, поцеловав меня в щеку, направился на выход.

— Никита, — окликнула его мама, — Может, заскочишь в магазин по пути?

— Вы пока накидайте список, что нужно купить, а после мы заедем, и я все куплю, — отозвался он и входная дверь хлопнула.

Мы с мамой пили чай, она рассказывала мне последние новости про Катю, про соседей по даче, про своих учеников и то, что у папы больная спина. После мы прошли в мою комнату, и я собрала вещи на пару тройку дней. Убедившись, что все выключили, прошли на кухню, и мама стала составлять список покупок.

— Ну что, готовы? — зашел Никита, — Это все вещи? — спросил он, стоя в прихожей.

— Да, осталось в магазин заехать, — выйдя к нему, сказала я.

— Хорошо, жду вас внизу, — сказал Никита и, взяв мою сумку, вышел из квартиры.

— Кажется, все записала, — подошла мама сзади. Обувшись, мы еще раз осмотрелись и вышли из квартиры. Мама заскочила к бабе Нюре, оставить ключи на всякий случай, а я направилась на улицу. Никита стоял возле машины. Подойдя к нему, я все-таки сказала.

— Значит муж?

Никита провел рукой по укусу, сказал, — Да, это не просто укус. По моим законам ты уже моя самка, а это брачная метка.

— Самка? — расширила я глаза, стараясь игнорировать, как волна возбуждения прокатилась по моему телу.

— Самка, пара, жена, это все одно и то же. Ты моя единственная, — сказал Никита и невесомо коснулся губами моей шее, — Детка я чувствую твое возбуждение.

— Подожди, — уперла я ладошку ему в грудь, — Почему я все время теку, когда ты так делаешь? — шепотом возмутилась я.

— Как делаю, — с хулиганской улыбкой спросил Никита, — Так? — он лизнул эту, как он назвал метку, — Или так, — он нежно прикусил ее, прижимая меня к себе за талию.

У меня вырвался стон, трусики уже были мокрые насквозь, — Никита, — простонала я.

— В нашу первую ночь, я запустил в твою кровь свой яд, настраивая твое тело, твой организм под себя. Ты будешь течь, от каждого моего прикосновения, пока не понесешь, — прошептал он мне в губы и обрушился на них голодным поцелуем.

Никита, сжимал меня в объятьях, крышесносно терзая мои губы, пока мы не услышали покашливание.

— Потерпите до свадьбы, молодые люди, — хитро улыбаясь, сказала мама. Меня кинуло в жар, краска стыда моментально прилипла к моему лицу.

— Простите Анна Владимировна! Ни чего с собой поделать не можем, — улыбнувшись, ответил ей Никита и открыл заднюю дверь, приглашая маму.

Как только мама села, Никита захлопнул дверь, взял меня за руку повел к другой двери, мы обогнули машину, и Никита открыл дверь, и только я опустилась, как Никита тут же нырнул и, пристегнув меня ремнем безопасности, невесомо скользнул губами по моему носу и быстро закрыл дверь.

Мы выехали со двора и поехали сначала по магазинам, потратили много времени, долго стояли в пробке. Приехали уже ближе к вечеру. Нас вышел встречать папа. Его брови медленно ползли вверх.

— Папа, — выскочила я из машины и бросилась на шею родителю.

— Дочка? А ты чего это…рано так? — растеряно обнял меня папа в ответ и чмокнул в висок.

— Добрый вечер, Алексей Семенович! — протянул Никита руку отцу.

— Папа, это Никита, — сказала я.

— Жених твоей дочери, — добавила мама, а я покраснела.

Мне было непривычно и немного неудобно. Но Никита сказал, что по их законам я уже его жена, а по нашим получается он жених. Бред какой-то. Хотя я и про оборотней раньше так же думала и смеялась над Верунчиком, когда та после прочтения очередного романа томно вздыхала и мечтательно закатывала глаза говоря: "Девочки, хочу стать истинной для оборотня. Такая страсть, а любовь…охх… как хочу», а мы с Любашей прикалывались и, посмеивались над, как тогда казалось, детскими сказками и всегда называли Верунчика, нашим малым ребенком.

— Вот как? — удивился папа и посмотрел на улыбающуюся маму.

— Ну, раз жених, то будем знакомы, — протянул руку папа и они крепко пожали руки, — Проходите в дом, — после сказал папа, и Никита, взяв сумку с моими вещами и пакеты с продуктами, пошел за нами.

— Это вам Алексей Семенович, коллекционный, — протянул Никита папе, бутылку какого-то спиртного, — А это вам Анна Владимировна, — цветы и конфеты перекочевали в мамины руки.

— Спасибо! — поблагодарил его папа и еще раз пожал руку.

— Ой, не стоило, — раскраснелась мама, — Спасибо Никита!

— Пока девчонки хозяйничают, ты зятек подсоби мне, — сказал папа, когда мы зашли на кухню.

— Конечно, без проблем, — отозвался Никита и пошел за папой.

— Ой, а папка уже и рыбку поймать успел, — сказала мама, заглядывая в ведерко.

— Пожарим? — облизываясь, спросила я, смотря на огромную щуку.

— Никита ест рыбу? — уточнила мама.

— Ну, он в основном мясо больше предпочитает, — пожав плечами, сказала я.

— Тогда сделаем и то и другое, праздник же, — улыбнувшись, сказала мама и потрепала меня по волосам.

— Что за праздник? — спросила ее, перебирая календарные даты в голове.

— Знакомство с родителями милая, — засмеялась мама.

Мне дали задание чистить, рыбу, потом картошку, потом я делала салаты. В четыре руки мы справились быстро, мама еще успела пирожков налепить, она с вечера тесто поставила.