Альфа и Омега. Книга 3 (СИ) - Сейд Анна - Страница 57

— Наверное, — помолчав, согласилась она, и ее лицо скривилось словно бы от досады на саму себя. — В голове все вертятся мысли о том, что я сама давно этого хотела… В смысле хотела хотеть… В смысле…

— Я поняла, — кивнула я, мягко сжав ее руку. — Ты была влюблена в его личность и в ту… часть его биологии, которая не противоречила твоей собственной.

— Да, точно, — уцепилась за мои слова она. — Я все еще… Я просто не понимаю, почему все должно быть так. — Ее голос стал глуше, и она уронила лицо на ладони. — Я набросилась на Дани, как голодный на кусок мяса. У меня просто мозги отказали. А разве Горацио в итоге сделал не то же самое? И если бы… если бы я была омегой, мне бы… понравилось, да?

— Возможно, — тактично ответила я. — Это… зависит от многих обстоятельств. Альфы способны вызывать нужные физические реакции у наших тел, но мы, в конце концов, не животные и… В общем иногда даже удовольствие постфактум воспринимается совсем иначе.

На мгновение у меня перед глазами взметнулись пятна от цветных прожекторов в полутемном зале. Оказавшись в центре своры разгоряченных альф, я испытала несколько самых ярких оргазмов в своей жизни, но ни о чем другом мне не было вспоминать настолько стыдно и отвратительно.

— Я не хочу… винить себя, — меж тем с усилием произнесла Джен. — Но кого мне тогда винить? Дани? Нашу клятую биологию? Горацио? Мне не стоило садиться с ним в одну машину, но откуда я могла знать, что это на него так подействовало? Что он…

— Вам нужно было обсудить все это намного раньше, — помолчав, признала я. — Не доводить до… крайностей. Но теперь уже ничего не поделаешь, так? Значит нужно разбираться с тем, что есть. Но — не сегодня и не пока ты в таком состоянии. Ты ведь сообщила ему, что переезжаешь?

— Оставила письмо на ресепшене внизу, — вяло отмахнулась альфа. Потом, чуть помолчав, добавила со смутной тревогой: — Ты же не думаешь, что он явится сюда?

— Надеюсь, что нет, — покачала головой я. — В любом случае охрана внизу надежная, Йон их сам отбирал, так что ни о чем не волнуйся. Вы поговорите, когда оба будете к этому готовы.

— Да, хорошо, — как-то отстраненно пробормотала Джен, и мне, возможно, впервые за все время нашего знакомства захотелось самой о ней позаботиться, а не наоборот. Поэтому я без всяких задних мыслей обняла ее, прижав ее голову к своей груди, и подруга податливо позволила мне это.

— Ты так вкусно пахнешь, Хани, — сонно пробормотала она. — С тобой мне всегда так спокойно.

— Да, мне с тобой тоже, — подтвердила я, гладя ее по волосам. — Не волнуйся, все образуется. Вы оба натворили дел, но это не конец света. Просто надо… выдохнуть и прийти в себя. И не принимать решений на скорую руку, да?

— Да, — согласилась альфа, вздыхая. — Спасибо тебе за помощь.

— Просто возвращаю старые долги, — улыбнулась я, качнув головой. — Пойдем-ка, уложу тебя в постельку, красавица.

Джен заснула быстрее, чем я могла ожидать, но я не смогла заставить себя сразу уйти. Какое-то время сидела возле альфы, глядя на ее расслабившееся во сне лицо и отчего-то вспоминая всю нашу с ней недолгую историю, начиная со встречи на пороге ее квартиры и заканчивая этим самым утром. Не считая отдельных пикантных моментов наших отношений, она была для меня той самой старшей сестрой, о которой я мечтала в детстве. И если остальные девочки, с которыми я была близко знакома — Поппи, Нора и прочие, — были просто моими хорошими друзьями, то вот Джен была моей семьей. Мне было жаль, что я по сути ничем не могу ей помочь или как-то облегчить ее ситуацию. Мы все были заложниками собственной природы — и мне ли было этого не знать.

С того момента, как нас с Йоном связала красная лента судьбы, у меня, кажется, не было ни единого шанса выбраться из этой передряги целой и невредимой. Сейчас было уже бесполезно рассуждать, легче ли мне стало от того, что выбор судьба сделала за меня, или тяжелее — ведь я никогда не могла быть уверена, что мой альфа со мной добровольно. Что он бы так же выбрал меня, не принуди его Великий Зверь к этому. Почему-то у меня никак не получалось мысленно развернуть нашу с ним ситуацию и взглянуть на нее его глазами. Да, я могла ощущать его эмоции, я порой буквально читала его мысли, но этого все еще было недостаточно. Недостаточно, чтобы поверить, что, оставив меня уже дважды по одинаково надуманным поводам, он не сделает этого снова. И я знала, что третьего раза я просто уже не вынесу. Просто физически с этим не справлюсь. Может быть, поэтому мой разум, так отчаянно пытался уберечь меня, изыскивая изъяны в наших отношениях, чтобы я могла удрать первой?

Завибрировал отложенный мною на столик телефон и, коротко посмотрев на экран, я осторожно вышла из спальни и взяла трубку.

— А я как раз думала о тебе, — негромко проговорила я.

— Правда? — кажется, почти удивился Йон. — А я не почувствовал.

— Я думала про себя, — неловко пробормотала я, решив не уточнять, что он уже давно знает далеко не все, что происходит у меня в голове. — Что-то случилось?

— Помнишь, о чем мы вчера говорили? — спросил он. — О моей маме?

— Конечно, помню, — кивнула я.

— Я нашел ту больницу, о которой ты говорила — «Эсперанса». И, поскольку у меня сегодня появилось время, хочу туда съездить. Боюсь, что если не сделаю этого сразу, то завтра уже передумаю. Потому что уже и сейчас сомневаюсь. Но мне кажется… это нужно сделать, да?

— Только если ты готов, — осторожно ответила я.

— Я думаю, что, если ты будешь со мной, то все будет нормально, — преувеличенно бодро проговорил альфа. — Я напишу Кадо, куда тебя привезти. Сможешь спуститься через десять минут?

— Если ты не против того, что твоя мама увидит меня без макияжа, укладки и в первой попавшейся одежде, то могу, — добродушно усмехнулась я.

— Я вижу тебя такой каждое утро и могу тебя заверить, что идеальнее, чем ты есть, тебя уже никакой макияж не сделает, — отозвался он.

— Дурак, — смущенно пробормотала я, краснея. — Хорошо, я спущусь. Люблю тебя.

— И я тебя, маленькая омега.

Йон отключился, а я какое-то время стояла на одном месте, бессмысленно улыбаясь. Да, все всегда сводилось именно к этому. Я могла десять раз сомневаться в себе, в нем, в нашей связи, в осмысленности всего этого, но правда была в том, что никто на целом свете не мог сделать меня счастливее, чем делал он просто одним своим существованием, звуком своего голоса и тем, как всегда умудрялся подобрать не самые романтичные, но самые нужные мне здесь и сейчас слова. И что бы там ни было дальше, я выбирала его. Я всегда, снова и снова, выбирала его.

К моему удивлению, Кадо увез меня совсем не далеко — мы даже, кажется, не выехали из города. Но я даже не успела задать ему вопрос, потому что почти в тот же самый момент увидела своего альфу, ожидающего меня снаружи в весьма неожиданной и примечательной компании.

— Ты нас представишь? — уточнила я, выходя из машины и не сумев скрыть улыбку, растягивающую мне губы.

— Харлей, это Хана. Хана, это Харлей, — небрежно отозвался Йон, но от моих глаз не укрылось, каким довольством светилось его гордое лицо.

— Настоящий Харлей-Дэвидсон? — присвистнула я, подходя ближе и с детским любопытством оглядывая черно-стального двухколесного красавца, отливающего металлическим блеском в солнечных лучах. — Я не знала, что ты умеешь водить мотоцикл.

— Просто у меня никогда не было своего, — пожал плечами он. — А вот об этом парне я мечтал с детства — еще до того, как узнал, что бывают еще другие производители, фирмы и модели. Его привезли пару дней назад, и я решил, что сегодня — отличный повод его выгулять. Ты когда-нибудь каталась на мотоцикле?

— Нет, — честно ответила я. — Но мне всегда хотелось попробовать. Только не за рулем, а чтобы…

— Чтобы красиво сидеть сзади и обнимать за талию симпатичного парня? — фыркнул альфа, застегивая на руках мотоциклетные перчатки.

— Надо полагать, ты всегда мечтал покатать симпатичную девушку, которая бы так приятно обнимала тебя сзади, — не осталась в долгу я.