Последняя из рода Гррой. Зелье старика Эдди (СИ) - Делаверн Хельга - Страница 17

—У отца было ещё двое детей,—добавила Амальтея,— от другой женщины.

Дженифер оскалилась.

—Нет, не было.

—Алан сказал, что…

—Алан не знал.—отрезала она.—Никто не знал. Мистер Гррой познакомился с Марией на восточных землях и привёз её с детьми в город, потому что хотел, чтобы все думали, будто он за те двенадцать лет, что отсутствовал в столице, завёл другую семью. Мария овдовела незадолго до встречи с Дэниелом Грроем, потому и согласилась притвориться его женой; ей было жаль своих детей.

Амальтея спустилась в бассейн. Вода, от которой ранее исходил густой пар, немного остыла, хотя всё ещё обжигала нежную кожу, непривыкшую к столь высокой температуре. На Огненных Землях вода была горячей только в том случае, если жаркая погода стояла на протяжении нескольких дней. Изысков в виде хотя бы примитивной ванной в хижине тоже не было, её заменял чан с сырым, прогнившим дном и торчащими по бокам острыми щепками.

Мельком взглянув на чёрную розу, девушка опустила руку в воду.

—Для чего отцу понадобились такие хитрости?

—Полагаю, таким образом он хотел обмануть короля, показать ему, что он счастлив в новом браке.

—Я не понимаю, какое отношение имеет король к этой истории. Какое ему было дело до личной жизни моего отца?

—Король выслал Дэниела Грроя из города, потому что тот поднял восстание, когда Влад занял престол. Двенадцать лет он скитался по землям Эндельстана и изучал чёрную магию, чтобы однажды вернуться и отомстить. Мария и её дети были всего лишь прикрытием. Мол, смотрите, Ваше Величество, я женат, у меня двое маленьких детей, поэтому мне не до бунтов.

—И король поверил?

—Король до сих пор наивен как дитя, поэтому уверен, что если волка загнать к овцам, то через пару десятков лет волк сам превратится в овцу.

Амальтея прижалась подбородком к коленям. Влад сказал, что Дэниел Гррой зашифровал в пророчестве место, где спрятал драконов. Драконы нужны Алану Дигеренсу и его друзьям, чтобы продолжить войну, начатую их покровителем. Драконы нужны семье Уинсли по той же причине. По словам Влада, драконы нужны всем, кто хочет потеснить его на престоле. «Не перестаю восхищаться Богами: они создали животных, которые убивают, чтобы выжить, и людей, которые идут с мечом друг на друга, чтобы утолить свою жажду власти. Братство и династии драконорожденных словно забыли, сколько горя принесли королевству магия и древние чудища в войне Трёх Роз. Вы же знаете, почему её назвали войной Трёх Роз?».

—Не думай о нём плохо. Он поступал так, как считал правильным.

Амальтея хотела уточнить, о ком именно говорит Дженифер — о Дэниеле Гррое, Алане Дигеренсе или короле,—но запах благовоний, которыми женщина окурила комнату, как жаркий ветер, поднимающий пыль на южных землях, разгонял и путал мысли. От него без конца слезились глаза, от чего девушке приходилось чаще моргать и промывать глаза грязной водой. А ещё он нагонял дремоту.

—Почему отец любил Алана больше собственных детей? Чем он заслужил отцовскую благосклонность?

—Если бы я или Роман были отпрысками белой волшебницы, будь уверена, нас любили бы не меньше.—сухо ответила Дженифер.—Ты не представляешь, на что способен потомок белых колдунов, когда выбирает тёмную сторону. Его магия становится настолько сильной, что он может не только выступить против короля, но и бросить вызов самим Богам.

Амальтея слушала, но не слышала, что говорит Дженифер; она будто бы находилась под стеклянным колпаком, поэтому нотки возмущения и зависти, которые иногда проскакивали в голосе женщины, доходили до неё в форме неразборчивых звуков.

—Дэниел Гррой любил Алана за магию и преданность.

Амальтея сидела в бассейне, прижавшись затылком к холодному парапету. С уродливого, каменного потолка капала невесть откуда там взявшаяся вода, и увернуться от неё не представлялось возможным по той причине, что девушка не хотела передвигаться по болоту, в которое она с трудом уговорила себя спуститься. Но вместе с тем Амальтея отметила, что падающие капли раздражают меньше, а голос Дженифер становится глуше, когда она закрывает глаза.

—…И преданность!

Руки и ноги девушки судорожно забили по воде, но Дженифер продолжала крепко держать её за плечи и погружать вниз. Дважды Амальтее удавалось схватить ртом воздух, которого хватало на пару вдохов, но не хватало ни на один крик. Она чувствовала боль в барабанных перепонках и шум в голове; чувствовала, как лёгкие заполняются мутной водой, и, казалось бы, слышала собственное неровное сердцебиение в то время, как Дженифер с равнодушием раз за разом опускала её плечи в воду, точно полоскала бельё: вытащила — опустила, вытащила — опустила.

Сопротивляться было бесполезно и глупо: Дженифер, женщина не крупная, но на редкость сильная, поначалу прерывала все попытки Амальтеи схватить себя за руки, чтобы затащить в бассейн, а после и вовсе перестала на них реагировать. Пылающие факелы на стене интересовали её куда больше задыхающейся жертвы.

—Похоже, это бумажное безобразие никогда не закончится. Но у меня в глазах уже летают птички, поэтому я с чистой совестью отправляюсь спать. Я не стал гасить свечи на кухне и в гостиной, но имейте в виду, что через полчаса от них и так ничего не останется, так что вам, дамы, лучше поторопиться. Доброй ночи.

Роман принёс из замка две огромных кипы королевских бумаг, которые Влад заботливо перевязал верёвочкой. Стараясь не использовать грубых выражений, мужчина сообщил после ужина, что собирается просидеть за изучением старых указов всю ночь, и в доказательство своих слов заперся на кухне. Роман не слыл серьёзным и ответственным человеком, поэтому Алан счёл уместным пошутить и предложил приятелю сжечь ненужные записи, на что Роман огрызнулся, посоветовав Дигеренсу пораньше отправиться в постель, чтобы не проспать утреннее совещание Братства. Удивлённые реакцией Романа на безобидную шутку, Алан и Грей поднялись в западное крыло, а Амальтея и Дженифер спустились в купальню.

Женщина разжала пальцы. Лень Романа взяла верх, и он бросил работу, как всегда, не доделав её до конца.

—Роман!

Вымученный крик Амальтеи мог разрушить стены не только купальни, но и всего поместья. За долю секунды девушка очутилась на противоположной стороне бассейна, не решаясь из него вылезти. Так она будет находиться лицом к Дженифер, да и к тому же перемещаться в воде проще, чем на скользких камнях.

Однако ответа от Романа не последовало. Испугавшись, что мужчина ушёл до того, как она закричала, Амальтея сказала:

—Только тронь меня ещё раз, и я закричу так громко, что к нашим воротам сбежится весь город.

Дженифер выпрямилась. Рукава её платья были по локоть мокрыми.

—Я не…

—Что у вас случилось?—спросил Роман.

—Она пыталась меня утопить!

—Я вовсе не пыталась тебя утопить, маленькая дурочка.—прошипела Дженифер, направляясь к Амальтее.

—Не подходи ко мне!

Роман дёрнул ручку двери, не зная, что Дженифер заперла её изнутри. «Не хочу, чтобы Грей пробрался в купальню.—пояснила она.—Мы не разрешаем ему спускаться сюда. Алан жалуется, что потом полдня вылавливает в бассейне кошачью шерсть».

—Дженифер?

—Во имя всех Богов, Роман! Неужели ты поверил, что я привела её в купальню, чтобы утопить?

—Она лжёт, Роман!

Мужчина постучал.

—Дженифер, открой.

Женщина со злостью дёрнула дверь.

—У неё припадки, понимаешь?

—Я понимаю.—спокойным голосом ответил Роман.—Иди к себе, я провожу мисс Гррой.

Он терпеливо ждал Амальтею на лестнице в гостиной, и когда она, наконец, вышла из купальни, молча провёл её по коридору западного крыла.

—Это комната Алана.—он указал на центральную дверь.—В неё нельзя заходить, когда тебе вздумается. Только, если Алан сам тебя пригласит.

—Что такого он в ней прячет, если к нему можно приходить только по приглашению?

—Свою свободу.—Амальтея посмотрела на Романа.—То, что для нас одиночество, Алан называет свободой…Твоя спальня справа. Можешь не переживать, мы её подготовили.—мужчина кивнул в сторону угловой комнаты.