Разорванная связь - Бри Джей - Страница 28

Я потрясена, когда Сойер также быстро обнимает меня, не обращая внимания на угрюмое ворчание Гейба позади нас, а затем выпроваживает Сейдж, Феликс кивает мне, а затем следует за ними.

Мне отчаянно хочется пойти на занятия вместе с ребятами, но, может быть, после обеда, когда я буду разрушать свое тело на всех этих пыточных машинах, мне действительно станет легче. Отлично, Вивиан и его программа тренировок каким-то образом привили мне любовь к ощущению того, как все мое тело горит и превращается в желе.

Мерзость.

Я выхожу из библиотеки на солнечную улицу, прежде чем Гейб бежит трусцой, чтобы догнать меня, припадая на шаг, а не на три шага позади, как он обычно делает. Я стискиваю зубы и игнорирую его, ускоряясь, чтобы спрятаться в раздевалке в центре TП до начала занятий, и Вивиан будет слишком глубоко в его заднице, чтобы он мог меня побеспокоить.

Проблема в том, что у Гейба сегодня явно  что-то засело в мозгу по поводу меня, и парень не собирается ничего упускать, поэтому он выныривает прямо передо мной, преграждая мне путь, и у меня не остается выбора, кроме как остановиться, чтобы не врезаться в него.

Мне нельзя сейчас снова оказаться прижатой к нему.

— Я не буду разбираться с тобой сегодня. Разве предупреждения Сейдж не достаточно, чтобы ты оставил это в покое?

— Я никогда этого не оставлю, Фоллоуз. Как я могу, когда ты должна была стать моей Связной, а вместо этого вешаешься на любого другого парня в кампусе? Что, блядь, с тобой случилось, что ты так себя ведешь?

Он сошел с ума. Мой голос срывается на возмущенный писк, и я звучу чертовски глупо: — Я?! Я только и делаю, что играю по твоим славным правилам, с тех пор как меня затащили в эту дыру. Вы что, надеялись, что я вернусь и просто прогнусь под всех вас? Что буду лежать и терпеть это, чтобы вы могли получить свою связь со мной и всю силу, которая приходит с ней? Я лучше умру. Серьезно, Гейб, посмотри мне в глаза прямо сейчас и прими это, потому что я скорее умру, чем сделаю это.

Его губы кривятся, и все его обычные вздрагивания исчезают, когда он наклоняется, чтобы оказаться прямо у моего лица. — И я скорее умру, чем буду сидеть и смотреть, как ты прокладываешь себе путь через первокурсников. Если твои Связные недостаточно хороши для тебя, то ты будешь одинокой и несчастной, я позабочусь об этом.

Я насмехаюсь над ним и поворачиваюсь, готовая бежать к тренировочному центру, если это то, что нужно, чтобы уйти от его сумасшествия сегодня, но Гейб хватает меня за руку и разворачивает к себе лицом, рыча: — Ты сбежала, ты сделала это, все дерьмо, с которым тебе приходится иметь дело сейчас, из-за того, что ты сделала. Ты ненавидишь нас, это нормально, разбирайся с последствиями.

Я закатываю глаза, глядя на него и отстраняюсь, но его рука крепко сжимает мою. — Отпусти меня…

— Что ты собираешься сделать, сломать мне руку? Как именно ты собираешься это сделать? Грифон думает, что ты сможешь нанести какой-то ущерб, если захочешь, но я этого не вижу.

Хм. Не думала, что Грифон обратил на меня достаточно внимания, чтобы понять, на что я способна, но, очевидно, я делаю что-то правильно на ТП, если он думает, что у меня получится подраться с футболистом и выжить.

Впрочем, мне не нужен мой дар или тренировки, чтобы победить Гейба, он слишком часто носит все свои чувства на рукаве, чтобы это не было легко.

Я делаю шаг к нему, прижимаюсь к его груди и смотрю, как он вздрагивает. Все, что раньше крутилось у него в голове, чтобы подавить его реакцию, теперь давно исчезло, и он напрягается от ощущения моего тела на своем.

— Убери от меня руку, пока я не доказала правоту Грифона. Возможно, пока что я играю по правилам, но если ты надавишь на меня, то поймешь, на что я способна.

*

— Сегодня мы отправляемся в подвал, так что планируйте свои тренировки соответственно.

Вся комната стонет, как будто нам только что сказали, что нас собираются отправить в ад для борьбы с самим дьяволом, но, как всегда, я понятия не имею, о чем говорит Вивиан. Все переходят к тренажерам, волоча ноги больше, чем обычно, а я остаюсь рядом с Вивианом, готовясь к любой схеме, на которую он собирается меня сегодня бросить.

Он не сразу переходит ко мне, как обычно делает, вместо этого он секунду наблюдает за другими учениками, словно примечая, что они собираются делать. Это смущает настолько, что я тоже поворачиваюсь и смотрю, но у меня не получается понять, что его так чертовски заинтересовало.

Они все выбирают более простые тренажеры, то, что им всем кажется самым легким. Я провела так много времени на беговой дорожке и эллиптических тренажерах, наблюдая за тем, как другие студенты занимаются, пытаясь забыть о боли, которую испытываю, что знаю, что Гейб и его приятели всегда оказываются на силовых тренажерах после особенно тяжелой игры в футбол. Обычно Вивиан кричит ребятам, чтобы они переходили к кардио и занимались дальше, но сейчас он просто стоит и наблюдает за ними.

Когда Вивиан, наконец, подходит ко мне, то кивает головой на беговую дорожку и говорит: — Сегодня полегче, это всего лишь разминка.

Я хмуро смотрю на него. — Что такого страшного в подвале? Если Бугимен там внизу, то мне хотелось бы узнать об этом сейчас, чтобы успеть покончить с собой, и не спускаться туда. Я уже планировала сброситься с моста, просто перенесу это на более ранний срок.

Он смотрит на меня тяжелым взглядом, его шрамы делают его еще более угрюмым, но я уже достаточно давно учусь в этом классе и работаю с ним, поэтому просто хлопаю ресницами в ответ.

— Я обязательный репортер для студентов в кризисной ситуации, не говори мне эту чушь, потому что я бы предпочел не заполнять все эти бумаги, девчонка, — ворчит Вивиан на меня.

Я ухмыляюсь ему и пожимаю плечами, изображая овечью покорность. — Есть преподаватели, которых ты ненавидишь? Я с радостью передам их им в качестве извинения.

Он качает головой, глядя на меня, ворча под нос о своей зарплате и о том, что ему приходится иметь дело с этим дерьмом, но в этом нет ничего необычного.

Я предпочитаю придерживаться своей обычной тренировки, потому что иногда бываю и упрямой, и глупой. Что бы ни пряталось в подвале, это не помешает мне доказать свою правоту Вивиану, а Норт не позволит мне умереть здесь, как бы сильно мне этого ни хотелось в некоторые дни.

Я не думаю, что умру, пока он одобрит это.

По истечении часа каждый мускул в моем теле кажется желе, а ноги едва держатся в вертикальное положении. Я уже настолько привыкла к этому, что почти не замечаю тряски, только вздрагиваю от разочарования, когда моя бутылка с водой трясется в руке слишком сильно, чтобы я могла нормально попить.

Вивиан дает нам всего минуту на то, чтобы утолить жажду, прежде чем начинает лаять и отдавать приказы, указывая на дверь в дальней стене, через которую мы никогда раньше не проходили, и я всегда считала, что это просто склад.

Похоже, я ошибалась.

— Ты еще пожалеешь, что тренировалась так усердно, отверженная, — фыркает Зоуи, проходя мимо меня и ударяясь о мое плечо с такой силой, что оно вздрагивает. Покалывание, пронизывающее меня до кончиков пальцев, предвещает неприятности, но я изо всех сил стараюсь не обращать на это внимания, потирая плечо и шею дрожащей рукой.

— Она не ошибается.

Я закатываю глаза при звуке голоса Гейба, но не отвечаю ему и не реагирую, у меня сейчас нет сил на него и его чушь.

Мне нужно понять, как выжить, что бы Вивиан для нас сегодня не подготовил.

— Ты вылетишь в первые три минуты, если не объединишься с кем-нибудь. Жаль, что в этом классе нет Сейдж или Сойера, ты могла бы выжить, если бы твоя девушка была рядом, чтобы спасти тебя.

Мы находимся в задней части группы, поэтому я чувствую себя достаточно комфортно, чтобы еще раз высказаться ему. — Твоя злобная ревность снова дает о себе знать. Знаешь, если бы ты перестал быть засранцем, мы могли бы быть друзьями. Если ты так сильно хочешь того, что есть у Сейдж и Сойера со мной, все, что тебе нужно сделать, это перестать подлизываться к Норту и просто быть моим другом.