Четыре фигурки на свадебном торте (СИ) - Лемармот Соня - Страница 11

— Нет еще. — Любовница сверлила его злым взглядом, понимая, что ей отказали.

— И не надо. Давай оставим все как есть. Я позвоню, — пообещал Стив и направился к выходу, стараясь не ускорять шаг. Он боялся, что она кинет ему в спину что-нибудь тяжелое, а то и острое, и из вредности не промажет. Но обошлось — ничего подходящего у Мелиссы под рукой не оказалось.

Глава 13. Скука, которую он развеял

Эллис протянула будущей невестке очередную фотографию из объемной пачки. На столе лежали уже просмотренные альбомы. Энджи успела ознакомиться со всем семейством Нортонов и выяснить для себя, что близнецы были точной копией отца, а их сестра пошла в мать.

— А вот это мальчики, — сказала Эллис.

С выцветшей черно-белой фотографии из коляски смотрели два карапуза: один в чепчике, второй сверкал лысой головой, припорошенной легким пушком.

— У Шона такая густая шевелюра сразу выросла, а Стиву не повезло, но его так интересовали волосы брата, что он их постоянно выдергивал. Приходилось одевать на Шона чепчик, — пояснила Эллис, с легкой улыбкой рассматривая снимок.

— Завидовал, наверное, — хмыкнула Энджи, рассматривая лысого Стива и давя в себе нервный смех. Она и сама не могла понять, что ее так развеселило, но хотелось тыкать пальцем в фото и хохотать до упаду. Малыш Стив казался до невозможности комичным с торчащими ушами и удивленно вытаращенными глазенками; его брат, весь преисполненный важности, серьезно взирал на фотографа, сжимая в кулачке погремушку, точно скипетр.

Энджи радовалась про себя, что Эллис предложила ей посмотреть фотографии. И еще она очень надеялась, что за рассказами, женщина поведает ей, почему Стива выгнали из семьи. Тайна не давала покоя.

Но надеждам девушки не суждено было сбыться: Эллис позвали к телефону, и она убрала фотокарточки, пообещав показать их позже.

Посидев в душной гостиной, Энджи заскучала и, так и не дождавшись Эллис, отправилась в сад. «Клон» покинул виллу после вчерашнего скандального завтрака, поэтому она могла свободно гулять, не опасаясь новой встречи.

Жених тоже отправился в свою драгоценную компанию с утра пораньше. От предложения матери приезжать к ним после рабочего дня, Шон в восторг не пришел. Он ничего так и не пообещал, отговорившись безумно важным для него собранием акционеров, к которому ему нужно готовиться.

— Ты слишком много работаешь, дорогой, — сетовала Эллис, недовольно качая головой. — Я волнуюсь за тебя. В последнее время ты стал таким нервным.

— Собрание акционеров через пару дней, — бубнил в ответ Шон. Кажется, ни о чем другом он и думать не мог.

— Тебе нужно успокоительное. У меня есть очень хорошие таблетки, — заботливо предложила Эллис.

Но Шон не оценил ее заботы и наотрез отказался пить успокоительное, и потом долго возмущался, что его приняли за психа.

— Зачем тебе вообще эти таблетки? — ворчал он.

— Но я ведь воспитывала таких дружных сыновей, — пожала плечами Эллис, и Шон не нашелся, что на это ответить, лишь стыдливо отвел взгляд.

***

День тянулся бесконечно. Энджи не знала, куда себя деть. Мама и Эллис осматривали виллу и обсуждали дизайн. Эта тема неожиданно увлекла обеих женщин настолько, что они, казалось, не замечали ничего вокруг. А вот о приготовлениях к свадьбе никто так и не вспомнил. Энджи не могла долго с ними находиться, их заунывные разговоры сводили ее с ума. Полдня она слонялась по саду в поисках хорошей натуры, но ей ничего не нравилось; потом долго рылась на полке с книгами, но так же не нашла для себя подходящую.

Мысли вертелись вокруг жениха. Она надеялась провести с Шоном целую неделю, а ей выпал всего один день, большую часть которого они гуляли в саду. Шон показал ей уютную беседку, увитую плющом, а рядом на дереве висели качели.

Энджи нравилось, что жених такой заботливый, предусмотрительный: он принес для нее фруктов и воды, расспрашивал о ее жизни и увлечениях. Правда, пару раз ей показалось, что Шон отвлекся и занят своими мыслями. Да и теме искусства он оказался не силен, мог говорить лишь о работе: рассказал ей, как удачно провернул какую-то суперважную сделку со своими партнерами. Девушка на всякий случай похвалила жениха, но ей стыдно было признаться, что она совершенно ничего не поняла.

Энджи попыталась выведать у Шона хоть что-нибудь о его брате. Вопросы не давали покоя: почему они так не любят друг друга; почему Стива выгнали из семьи; и почему, в таком случае, он спокойно живет здесь, на вилле. Хотя на последний вопрос она, кажется, знала ответ — Эллис так и не смогла отказаться от сына. Но Шон упрямо не хотел ничего рассказывать, он даже разозлился на нее, и Энджи решила оставить свои попытки разузнать хоть что-то у жениха.

Оказалось, что у них не так много общих тем для разговоров, что вызывало неловкость.

Они никогда не оставались наедине надолго. Отец был строг в этом вопросе. Мать же, видимо, не считала, что с дочерью может случиться что-то плохое рядом с женихом, и спокойно болтала с Эллис на террасе, оставив дочь без присмотра.

Конечно, они и раньше оставались одни, но им в любую минуту могли помешать, поэтому Шон никогда не заходил далеко, довольствуясь нежными поцелуями.

Теперь Энджи мучил один вопрос (если бы не Стив, вопрос бы ее не мучил):

«Что же Шона останавливало? Почему он не захотел поцеловать меня так, как целовал его брат? А вдруг он, правда, гей?!»

Энджи пыталась прогнать плохие мысли, которые посеял в ее бедной голове этот… гад.

«Шон галантный и воспитанный человек, — придумала она оправдание своему жениху. — Он не станет кидаться на беззащитную девушку, в отличие от этого …» — Она не знала, как помягче назвать Стива, на языке вертелись только бранные слова. — «И зачем только я о нем думаю? Нашла, кого слушать!»

Энджи твердо решила не думать о Стиве, но это плохо ей удавалось. В мыслях то всплывала ухмыляющаяся физиономии купидона, а в ушах звучал непривычно низкий голос, высмеивающий ее, то она снова и снова хватала чашку Стива и сыпала в нее соль, а еще она постоянно целовалась с ним, снова и снова.

***

Уже темнело, когда Энджи из окна увидела, как к дому идет Шон. Он все-таки приехал к ней! И, видимо, сразу после работы, потому как даже не сменил строгий деловой костюм на более простую одежду.

Энджи вихрем слетела по лестнице вниз и выскочила из парадных дверей навстречу жениху со счастливым криком:

— Ты вернулся!

И в последнюю секунду, перед тем, как он подхватил ее на руки, Энджи заметила поднятые вверх волосы, пусть и немного приглаженные на бок — столь нетипичную прическу для Шона.

— Да! — радостно гаркнул Стив и закружил ее вокруг себя.

От такой встречи дух захватывало. Но кружил он ее недолго, и вскоре Энджи оказалась на ногах. Хотя поначалу ее «штормило», к тому же она была здорово напугана.

Проклятье! Как же так получилось? Она увидела деловой костюм и сразу решила, что это Шон. Когда близнецы стояли рядом, сразу становилось видно, что они не так уж и похожи. Но по отдельности их не так-то легко было различить. Если бы не прическа, Энджи, наверное, так и не поняла, что перед ней Стив.

— Клянусь, меня еще никто и никогда так не встречал! — сказал он, осторожно поддерживая шатающуюся девушку за талию.

— И снова прекрасно понял, что я не тебя встречала! — огрызнулась она, отходя от него и поправляя платье.

— Ты уверена, что тебе за Шона замуж нужно? Ты же путаешь его с другими мужчинами, — ухмыльнулся Стив, пытаясь приблизиться к ней, но она старалась держать дистанцию.

Энджи не смеялась, она смотрела на него с подозрением.

— Где ты взял костюм? — А вдруг этот ненормальный стащил одежду у брата, чтобы снова над ней подшутить? О! Она почти не сомневалась в правильности своей догадки, потому что зачем этому неандертальцу деловой костюм?

— А какие есть варианты? — поинтересовался Стив, и видно было, что он с трудом сдерживает смех.