Простые слова (СИ) - Гордеева Алиса - Страница 7

— Бум! — издевается Ветров, стоит мне упереться спиной в стену. — Вот и пришло время отвечать за свои слова, да, Марьяна?

Сава так близко, что его горячее дыхание смешивается с моим неровным. От волнения облизываю губы и тут же ловлю на них взгляд Ветрова. Он не шутит! Ещё немного и парень без спроса возьмёт то, что я пообещала!

— Иди к чёрту, Ветров! Это была шутка! — со всей дури колочу его в грудь, наивно полагая, что это поможет мне убежать. Да только Сава даже не шелохнётся. Мои потуги — детский лепет по сравнению с его мощью. — Никогда я тебя не поцелую, слышишь?

Ветров снисходительно улыбается и бесцеремонно подцепляет указательным пальцем мой подбородок.

— Это я никогда не позволю себя поцеловать такой, как ты, — цедит сквозь зубы, царапая взглядом, настолько холодным и безразличным, что мороз пробирает по коже. И пока я растерянно хлопаю глазами, Сава меня отпускает и, развернувшись на пятках, идёт прочь.

— Тебя Мать к ужину звала, — бросает он у порога, не обернувшись, и скрывается из вида. Тихо сползаю по стене на корточки и, обняв руками колени, пытаюсь унять дрожь, а за одним уложить в голове поганую новость: отныне Савелий Ветров неотъемлемый кошмар моей жизни.

Вот только показывать свою слабость не собираюсь! В конце концов, это Ветров ураганом ворвался в мою жизнь! Я его не звала. В сердце огнём пылает желание сделать всё, чтобы Сава пожалел о своих словах и вернулся восвояси! Его место там, среди таких же неотёсанных грубиянов, как и он сам! Цель выжить беспризорника из дома теперь остра как никогда! Не знаю, отчего сознание родителей помутилось, и вместо малыша они притащили в дом это великовозрастное чудовище, но я решительно настроена открыть им глаза на Ветрова во что бы то ни стало!

Поднимаюсь с пола и подлетаю к зеркалу. Волосы приглаживаю расчёской, на губы капаю немного блеска. Домашний костюм меняю на очаровательное платье с воротником под горло и улыбаюсь своему отражению: красивая и примерная — идеальная дочь!

— Нана, ты в своём репертуаре! — не глядя в мою сторону, фыркает мама, когда спустя десять минут я всё же спускаюсь к ужину.

Вместе с Ветровым родители сидят за столом и не смеют приступить к еде, ожидая меня.

— Простите за опоздание, — произношу елейным голоском и, чмокнув отца в щеку, сажусь на своё место, которое теперь в аккурат напротив Ветрова.

— Наконец-то мы собрались за столом всей семьёй! — отец довольным взглядом окидывает собравшихся. — Надеюсь, отныне это станет нашей традицией!

— И я, дорого́й, надеюсь! — кивает мама и смотрит на нас с Ветровым по очереди. — А вы что скажете, дети? Даёшь новую семейную традицию?!

— Чудесная идея, мамочка! — расплываюсь в притворной улыбке и с брезгливостью смотрю, как парень лениво накручивает на вилку спагетти. На лице Ветрова не единой эмоции. Этому засранцу невдомёк, что весь это цирк с ужинами только ради него! Бесчувственный чурбан! Раньше я отца видела исключительно по выходным или за завтраком, да и мама никогда так не суетилась для меня. Да только Ветрову наплевать! Всем своим видом он даёт понять, что делает нам одолжение, сидя с нами за одним столом.

— Что с лицом, Марьяна? — уточняет отец, делая глоток воды. — Случилось что?

— Случилось? — переспрашиваю слегка нервно. Я даже не заметила, как уголки моих губ опустились в презрительной гримасе. Тут же беру себя в руки и поднимаю взгляд на отца. — Нет, папочка! Просто устала. Я же с дороги.

— Как дела в школе? — прожевав кусочек говядины, интересуется мужчина.

— Всё замечательно! Учебники получила, все пропущенные записи с уроков восстановила. Я даже не думала, что так соскучилась по школе.

— Это хорошо, — соглашается отец и смотрит на Ветрова. — А у тебя, Савелий, как дела?

— Нормально, — рявкает парень и продолжает ковыряться в тарелке.

— С алгеброй разобрался?

— Да!

— Ребята больше не лезут?

— Нет!

— Отлично! — подводит черту папа.

— А между собой как? Поладили? — осторожно уточняет мама. — А то я переживаю за вас. Мало ли… Всё-таки первая встреча… По уму, конечно, тебе, Марьяна, стоило вернуться до начала учебного года и как следует узнать Савелия.

— Ну что ты, мамуль! Всё нормально! Никаких проблем. Я как прилежная сестрёнка сразу заняла место за одной партой с братом и всегда готова ему помочь! Жаль, правда, что Сава с уроков сбега́ет. — Строю из себя наивную овечку и, закинув в рот оливку, обращаюсь к Ветрову: — Родители же в курсе, что сегодня ты посетил только физику и то опоздал на полчаса?

— Сава! Мы же с тобой договаривались! — грозно выдыхает отец, качая головой. По его выражению лица становится ясно, что я наступила на любимую мозоль. Отлично! То ли ещё будет!

— Всё хорошо, милый, — мама поспешно кладёт свою ладонь поверх папиной. — Это моя вина́! Сегодня у психолога состоялся очень сложный для нас с Савелием разговор. Уверена, мальчику было просто тяжело настроиться на рабочий лад. Правда, Сава?

— Да, — скрипит парень, продолжая вилкой гонять еду по тарелке.

— Вот и хорошо! — кудахчет мама и моментально переводит тему. — Милый, расскажи лучше, как прошли переговоры с немцами!

Папа сию минуту переключается и битый час рассказывает нам о непростых буднях директора завода. Только я его не слушаю. Мне обидно, что прогулы Ветрова остаются безнаказанными! А ещё до горечи во рту неприятно, что никого не интересует, как прошло моё лето вдали от дома. Никому не важно, что я на самом деле чувствую и чем живу. В этом вылизанном подобии семьи я в очередной раз остаюсь один на один со своими проблемами и страхами.

Украдкой наблюдаю за Ветровым. Голова парня опущена, взгляд неподвижно сверлит содержимое тарелки. За весь ужин он ни крошки не положил в рот и не проронил больше ни слова. Впрочем, сей факт тоже мало волнует родителей.

— Спасибо, — спустя несколько минут Сава отодвигает от себя тарелку, полную еды, и встаёт.

Отец кивает, а парень спокойно начинает подниматься на второй этаж.

— Он всегда такой? — спрашиваю задумчиво, не ожидая ответа от родителей, продолжающих и дальше беседовать между собой.

— Какой такой? — мама встаёт следом за Ветровым и начинает убирать со стола.

— Угрюмый, злой, нелюдимый, — пожимаю плечами, а сама мысленно жду, когда с характе́рным хлопком закроется дверь в комнату парня. Да только Ветров не спешит: либо намеренно подслушивает, либо оставил дверь нараспашку. — Такое ощущение, что этот парень не из детдома, а из зверинца сбежал.

— Он хороший малый, — вступается отец. — Просто ему тяжело перестроиться. Погоди немного, дочка, и увидишь, какой Савелий на самом деле.

— Ага, — скептически киваю. Уже увидела! — А вообще, пап, неужели в приюте не нашлось кого помладше и посимпатичнее? Обязательно этого было брать?

— В каком смысле? — непонимающе смотрит на меня отец, а мама недовольно фыркает.

— Ну, мне кажется, что лепить из этого оборванца нормального человека уже поздно! Не находишь?

— Господи, дочка! — качает головой отец. — Что за мысли?

— Разве я неправа? — краем глаза замечаю Ветрова. Он стоит между этажами и внимательно впитывает каждое моё слово. Что ж, любитель погреть уши, слушай! — Посмотри на него, пап! Взгляд безумный! Всё тело в татуировках! Двух слов нормально связать не может! Уроки прогуливает, да и в школе от него все шарахаются! Лично меня пугает соседство с таким парнем! Кто знает, что у него на уме? А вдруг он наркоман? А что если он…

— Марьяна! — папа тяжело вздыхает и начинает растирать ладонями виски. Отец явно собирается мне что-то сказать, но шум шагов на лестнице вынуждает того замолчать на полуслове.

— Сава, ты куда? — беспокоится мама, но парень не особо настроен на разговоры. Он молча врывается в прихожую, наспех шнурует кроссовки и, накинув джинсовку, хватает ключи.

— Всё нормально, Ирина! — отвечает отец за Ветрова. — Я разрешил.

— Ты отпустил его к Вите? Да? Тогда я тоже пойду! — моментально вылетаю из-за стола, но тут же замираю, уловив на себе недобрый взгляд приёмыша.