Избавитель. Том 2 (СИ) - Соколов Макс - Страница 60

— По слухам, ты не особо рыбачил, — заметила Ренна.

Коби засмеялся:

— Точняк! Мы с Гартом и Виллумом все больше груши околачивали, но потом парней сговорили, и они взялись за ум. На лодке не повеселишься. Всю рыбу распугаешь.

— А тебя почему до сих пор не сговорили? — спросила Ренна.

Коби пожал плечами:

— Отец говорит, это потому, что папаши не верят, будто я могу остепениться и прокормить жену с детьми. Может, он и прав. Мне всегда больше нравилось подпирать стену лавки, чем работать. Я рыбачил, когда прижимало, но кредитов все равно не хватало, чтобы заплатить за выпивку. Твой отец прав, Старый Хряк взял меня на посылки, чтобы рассчитаться с долгами. Но потом гласная попросила Хряка, чтобы я разносил вести, и тогда он поселил меня в каморке за лавкой, чтобы был под рукой. Теперь меня уважают, ведь я работаю на город. Кормят и пускают ночевать, если не успеваю вернуться в Торг засветло.

— Наверное, это здорово — путешествовать по всему Бруку и видеть разных людей. Я вот никого не вижу.

Коби кивнул:

— Теперь я получаю больше, чем пропиваю. Вот накоплю кредитов, куплю лошадь и сменю имя на Коби-вестника. Может, даже построю дом в Торге и заведу сыновей, чтобы передать им дело.

— То есть теперь ты уже можешь остепениться и прокормить жену? — спросила Ренна. Коби не отличался большой красотой, но был славным, крепким и небезнадежным. Ренна начинала догадываться, что Арлен может и не вернуться за ней, а жить как-то надо.

Коби кивнул, глядя ей в глаза:

— Могу, если девчонка не против рискнуть.

Ренна наклонилась и поцеловала его в губы. Коби удивленно вытаращился, но ответил тем же и крепко обнял.

— Я знаю все женские штучки, — прошептала Ренна и стянула сорочку. — Я много раз видела, как Бени и Люцик этим занимаются. Из меня получится хорошая жена.

Коби застонал, уткнулся носом ей в грудь, провел руками по бедрам.

Шум за спиной застал обоих врасплох.

— Это что здесь творится?! — Харл схватил Ренну за волосы и оттащил от Коби. В другой руке он держал длинный охотничий нож — острый как бритва. Харл отшвырнул Ренну и приставил лезвие к горлу Коби.

— Мы… мы просто… — заикаясь, Коби попытался отодвинуться, но помешала перегородка.

— Я не дурак, парень, и прекрасно знаю, что вы «просто»! Думаешь, раз я пустил тебя переночевать, так можно обращаться с моей дочерью как с энджирской шлюхой? Я выпущу тебе кишки!

— Не надо! — молил Коби. — Вы все неправильно поняли! Мне очень нравится Ренна! Я прошу ее руки!

— Ты ее тут не за руки хватал, — прорычал Харл и надавил сильнее. На шее Коби выступила кровь. — По-твоему, так надо делать? Сперва засадить девчонке, потом просить ее руки?

Коби запрокинул голову что было сил. Лицо его блестело от слез и пота.

— Довольно! — крикнул Люцик, схватил Харла за руку и выдернул нож. Харл вскочил и повернулся к зятю. Они смерили друг друга взглядом.

— Будь это твоя дочь, ты бы иначе запел, — прохрипел Харл.

— Возможно. Но я не позволю тебе прикончить человека на глазах у моих сыновей!

Харл обернулся. Кэл и Джейс стояли у двери и смотрели вовсю. Ренна плакала в объятиях Бени. Харл немного успокоился и сгорбился.

— Ладно. Ренна, сегодня спишь у меня, чтобы я за тобою приглядывал. А ты, — он снова указал ножом на Коби, и парень оцепенел от страха, — еще раз посмотришь на мою дочку, и я отрежу тебе яйца и скормлю их подземникам.

Харл схватил Ренну за руку и потащил в дом.

Она еще тряслась, когда Харл швырнул ее на кровать. Девушка натянула сорочку, но проку от нее было немного, и Ренна чувствовала на себе отцовский взгляд.

— Вот чем ты занимаешься, когда в сарае гости? — рыкнул Харл. — Верно, надо мной полгорода потешается!

— Я никогда!..

— Ты думаешь, я теперь поверю? — фыркнул он. — Ты весь вечер выставлялась перед ним полуголая! Похоже, в сарае хрюкали не только свиньи, когда у нас гостил мальчишка-вестник.

Ренна не ответила, только шмыгнула носом и натянула на голые плечи одеяло.

— Прикрываешься, скромница? Поздно!

Харл снял комбинезон, повесил на столбик кровати, схватил край одеяла и скользнул под бок к дочери. Ренна содрогнулась.

— Хватит хныкать, поспи. Еще одна твоя сестрица нас бросила. Теперь у нас обоих прибавится дел.

Ренна проснулась рано утром. Отец прижимался к ней, положив сверху руку. Девушка задрожала от отвращения, высвободилась и выбежала из спальни, оставив отца храпеть.

По совету Бени Ренна оторвала от простыни длинный лоскут и плотно перевязала грудь. Закончив, она посмотрела вниз и вздохнула. Даже со сплющенной грудью она ничуть не напоминала мальчишку.

Ренна быстро оделась, свободно зашнуровала корсет, чтобы не подчеркивать формы, и скрепила каштановые волосы в неряшливый пучок.

Она сварила кашу, выставила миски на стол. Мальчики протирали глаза. К рассвету дом заходил ходуном, и Люцик отправил сыновей в последний раз поработать на ферме.

Коби уехал до завтрака. Пожалуй, оно и к лучшему. Харл не выгнал парня в ночь, но за стол бы его не пустил. Ренна жалела, что не смогла извиниться за случившееся. Она все испортила.

Покончив с утренними делами, Харл запряг телегу и отвез домочадцев через Торг в Хмельной Холм на кремацию. Когда они прибыли, солнце стояло уже высоко и на холме собралась большая толпа. Почти все в Тиббетс-Бруке пили хмельной эль, и многие явились отдать дань уважения Фернану Хмелю.

На холме возвышался Праведный дом, и рачитель Харрал тепло приветствовал каждого прибывшего. Высокому широкоплечему священнику еще не исполнилось и пятидесяти, из-под закатанных рукавов коричневой рясы виднелись могучие руки.

— Твой отец был добрым другом и хорошим человеком. — Рачитель крепко обнял Люцика. — Нам всем будет его не хватать.

Харрал указал на высокие двери.

— Садись на переднюю скамью рядом с мамой.

Священник почему-то подмигнул Ренне, когда она проходила мимо.

— Смотри-ка, неблагодарная свинья вылезла, — пробормотал Харл, когда они сели на скамью за Люциком, Бени и мальчиками.

Ренна проследила за его взглядом и увидела в нескольких рядах позади Илэйн. Сестра стояла с Джефом, их детьми и Норин Лесоруб. Ребятишки так выросли!

— Даже не думай, — пробормотал Харл, схватил дочь за руку и крепко стиснул, когда она собралась подойти к сестре и поздороваться. Хотя прошло почти пятнадцать лет, Харл так и не простил Илэйн побег и не был знаком с ее детьми, своими внуками.

— Вот же наглый сукин сын, что явился сюда, — пробормотал Харл, злобно глянув на Джефа. — Еще один проклятущий вор! Думают, раз я пустил их под крышу, так можно сбежать с моей дочкой! Повезло, что ты не вышла за его никчемное отродье.

— Арлен не никчемный, — горестно возразила Ренна, вспоминая, как Арлен поцеловал ее в детстве. Она заочно восхищалась им много лет и была на седьмом небе от счастья, когда их сговорили. Она до сих пор не верила, что его сгубили демоны. Но если он жив, то почему не вернулся за ней?

— Что ты сказала? — рассеянно переспросил Харл.

— Ничего.

Церемония продолжалась. Харрал превозносил добродетели Фернана Хмеля, рисуя метки на холсте, в который было завернуто тело, чтобы защитить дух Фернана на пути к Создателю.

Когда он закончил, тело отнесли на погребальный костер, который сложил Харрал, и предали огню. Ренна вместе со всеми рисовала метки в воздухе и молила Создателя, чтобы душа Фернана благополучно покинула кишащий демонами мир.

Илэйн печально смотрела на сестру с другой стороны костра. Она подняла руку и помахала. Ренна заплакала.

Костер догорел, люди начали расходиться. Одни держали путь на поминки в доме Миды Хмель, другие — домой. Многие прибыли издалека, а в траурные дни подземники встают не позднее, чем в обычные.

— Пора домой, дочка. — Харл схватил Ренну за руку.

— Харл Таннер! — окликнул рачитель Харрал. — Задержись на минутку!