Избавитель. Том 2 (СИ) - Соколов Макс - Страница 64

Воздушный демон знай ломился и верещал от ярости. Добыча была так близко и в то же время так далеко! Метки исправно отбрасывали подземника, но нужник сотрясало отдачей, и старое дерево протестующе стонало. Сколько оно еще выдержит?

Наконец подземник сдался. Ренна услышала шелест крыльев и удаляющиеся крики. Демон отправился на поиски более легкой добычи.

Но кошмар не закончился. Вскоре все подземники во дворе учуяли ее запах. Ренну слепили вспышки магии, когда огненные демоны скребли дерево, и она дрожала от порывов холодного ветра, в который метки превращали огненные плевки. Но страшнее всего были демоны лесные. Вскоре они отогнали соперников и принялись бросаться на метки так яростно, что нужник заходил ходуном. Каждая вспышка казалась Ренне ударом в живот. Девушка осела на пол, свернулась клубком и безудержно зарыдала.

Это длилось целую вечность. Создатель знает, через сколько часов Ренна обнаружила, что молится, чтобы метки подвели — должны же они подвести! — лишь бы ее мучения кончились. Найди она силы встать — сама открыла бы подземникам дверь.

Прошла еще одна вечность, и у Ренны не осталось сил даже плакать. Вспышки магии, крики в ночи, вонь выгребной ямы — все поблекло. Девушка все глубже погружалась в пучину первобытного страха — столь жуткого, что подробности больше не имели значения.

Она лежала, плотно свернувшись в клубок. Все мышцы были напряжены, слезы бесшумно струились по щекам, глаза невидяще таращились в темноту. Ренна дышала неровно и неглубоко; ее сердце трепетало, как воробьиное крылышко. Она пропахала ногтями глубокие борозды в деревянном полу, не обращая внимания на кровь и занозы.

Она даже не заметила, как крики и вспышки прекратились и демоны вернулись в Недра.

Снаружи загремели защелкой, но Ренна не шелохнулась, пока дверь не отворилась навстречу слепящему рассветному солнцу. Девушка столько часов глядела в темноту, что свет опалил глаза, вернув ее к реальности. Она глубоко вдохнула, рывком села, прикрылась от солнца рукой и с криком отползла к задней стене.

Харл обнял Ренну и погладил по голове.

— Тише, тише, девочка, — шептал он. — Мне тоже пришлось нелегко.

Он обнимал ее крепко, но нежно, и раскачивался вместе с ней, пока она всхлипывала.

— Все закончилось, дочка. Поплачь как следует. Не держи в себе.

Она цеплялась за него, покорно содрогаясь в рыданиях, пока наконец не успокоилась.

— Теперь будешь слушаться? — спросил Харл, когда она немного пришла в себя. — Мне бы не хотелось повторять.

— Честное слово, папа, — поспешно закивала Ренна.

Ее голос охрип от криков.

— Умница.

Харл поднял ее на руки и отнес в дом. Он положил Ренну на ее собственную кровать, сварил ей горячий бульон, принес на подносе обед и ужин в постель. Ренна впервые видела, чтобы отец сам готовил, но еда была горячей, вкусной и сытной.

— Тебе надо выспаться. Отдохни, и завтра вечером будешь как огурчик.

Назавтра Ренне и впрямь полегчало, а через день стало лучше. Харл не ходил к ней по ночам и не подгонял с работой днем. Время шло, и сделалось ясно, что Коби не вернется. Не беда, подумала Ренна.

Иногда за работой она вспоминала вспышки магии в ночи, но быстро прогоняла воспоминания. Все кончилось, теперь она будет хорошей дочерью, и можно не бояться, что кошмар повторится.

Глава 15. История Марика. 333 П. В., зима

Толпа собралась у домика Лиши в начале вечера, когда небо еще переливалось лиловым и оранжевым. Первыми пришли Дарси, Вайка и их ученицы, затем подтянулись Гаред и другие лесорубы с мечеными топорами на плечах, а также Эрни и другие метчики Лощины со своими подмастерьями. Следом явились Рожер и стеклодув Бенн. Зрители стекались во двор, Лиша уже и не надеялась разместить всех на ночь в доме. Кое-кто принес с собой палатку, чтобы выспаться после урока.

Многие нервно поежились, когда село солнце, но гости верили в Лишу и силу ее меток. Лампы освещали каменный стол посреди толпы.

В кромешной темноте из земли просочилось несколько струек тумана, но подземники пустились наутек, едва сгустившись. Они давно усвоили, что прорываться через метки Лиши — себе дороже.

Вскоре пришел Меченый с гигантским конем в поводу. Через спину жеребца были перекинуты трупы демонов.

Метчики поспешно убрали несколько меток, чтобы Меченый пронес тела подземников в круг. Лесорубы взвалили трупы на каменный стол, а метчики тем временем восстановили сеть.

— Быстро ты обернулся, — заметила Лиша, когда Меченый подошел к ней.

Тот пожал плечами.

— Ты просила принести по одному демону каждой породы. Дело нехитрое.

Лиша улыбнулась и взяла свои меченые скальпели.

— Внимание, дамы и господа! — громко произнесла она, приблизилась к лесному демону и приготовилась сделать первый разрез. — Занятие начинается.

Утром все, кто ночевал у Лиши, позавтракали за общим столом. Лесорубы ушли вскоре после урока вместе с Меченым, чтобы применить полученные знания на практике, но большинство предпочло дожидаться рассвета в безопасности меток травницы.

Ученицы Лиши сварили чан каши и котел чая. Они раздавали миски и кружки, пока гости выходили из палаток, протирая заспанные глаза.

Рожер держался особняком, настраивая скрипку на крыльце домика Лиши.

— Непохоже на тебя — сидеть в стороне. — Лиша протянула ему миску и села рядом.

— Я не голоден. — Рожер вяло поковырял ложкой.

— Кендалл быстро идет на поправку, — сообщила Лиша. — И никого не винит.

— А зря.

— У тебя уникальный талант. Ты не виноват, что такому трудно научить.

— Неужели?

Лиша с недоумением взглянула на него, но Рожер не стал ничего пояснять, а отвернулся и уставился во двор.

— Могла бы мне рассказать.

— О чем? — спросила Лиша, хотя прекрасно знала о чем.

— О вас с Арленом.

— Это не твое дело.

— Но любовное зелье для Кендалл — твое? — огрызнулся Рожер. — Может, я не так уж и плохо учу. Может, девчонка больше думала о сладком чае, чем о демонах.

— Это нечестно! Я хотела оказать тебе услугу.

Рожер оскалил зубы. Лиша никогда не видела его вне сцены таким.

— Нет, ты хотела спихнуть меня другой девушке, чтобы успокоить свою совесть. Ты похожа на мать больше, чем думаешь.

Лиша открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле. Рожер поставил миску и ушел, прижав подбородком скрипку и наигрывая яростную мелодию, которая заглушила все, что Лиша могла крикнуть вслед.

Когда Лиша и остальные вернулись в город, на Кладбище Подземников царил хаос. На площади собрались сотни чужаков. Многие были ранены. Все они были грязны, обтрепаны, истощены. Обессиленные, они корчились в муках на мерзлых камнях мостовой.

Рачитель Джона бегал взад и вперед и выкрикивал указания служкам, которые пытались облегчить их страдания. Лесорубы тащили на площадь бревна, чтобы люди хотя бы не сидели на голой земле, но это казалось непосильной задачей.

— Хвала Создателю! — воскликнул рачитель и бросился им навстречу. Вайка крепко обняла мужа.

— Что случилось? — спросила Лиша.

— Беженцы из Форта Райзона, — пояснил Джона. — Первые пришли нынче утром через пару часов после рассвета. Новые прибывают с каждой минутой.

— Где Избавитель? — крикнула женщина в толпе. — Нам сказали, что здесь Избавитель!

— Метки всего города подвели? — ужаснулась Лиша.

— Не может быть, — возразил Эрни. — В Райзоне больше сотни деревушек, и каждая защищена своими метками. Зачем тащиться в такую даль?

— Мы бежали не от подземников, — произнес знакомый голос. Лиша с удивлением обернулась.

— Марик! — воскликнула она. — Как ты здесь очутился?

Вестник Марик был красив, как всегда, но его длинные волосы и борода лишь отчасти прикрывали желтоватые кровоподтеки. Он направился к Лише, слегка припадая на одну ногу.

— Сдуру решил перезимовать в Райзоне. Обычно на юге не так холодно. — Он невесело засмеялся. — Но не в этом году.