На грани замужества (СИ) - Онежина Мира - Страница 31

— Хочешь посмотреть, что получилось? — спросил Артём, прежде чем они двинулись в обратный путь.

— Очень.

Гордеев встал рядом и включил камеру на просмотр.

— Неужели это я? — не могла поверить Юля. — Я здесь какая-то красивая. Артём, вы волшебник.

— Главное — поймать настроение, — улыбнулся он и посмотрел как-то по-особенному.

Он держал камеру, она нажимала на кнопку смены кадров. Они стояли друг к другу близко-близко. Она слышала его дыхание и то, как громко и часто бьётся его сердце. И ей было хорошо и тепло от этой близости. Рядом с ним всё вокруг расцвечивалось в яркие краски. Она уже не видела экран, перематывала кадры автоматически, прислушивалась к себе и своим ощущениям. Повернула голову, подняла на него глаза и поняла, что он давно смотрит только на неё.

Это как вспышка!

Страсть? Или нечто большее?

Об этом не думалось. Отчаянно до слёз хотелось, чтобы он сейчас её поцеловал.

И он поцеловал.

Оказалось, что за внешней брутальностью и кипучей энергией спрятаны нежность и деликатность. Он не пугал напором своей страсти, он себя сдерживал и завоёвывал по сантиметру.

И было здорово. Просто дух захватывало, как на каруселях.

Но, наверное, слишком рано.

Надо разобраться в отношениях с Кедровым. Две проведённые вместе ночи ещё не считаются отношениями, но и свободной она себя не чувствовала.

Артём не заслуживает девушки с непонятной личной жизнью. Он ведь такой классный.

Она отстранилась. Он не понял, нахмурился.

— Это неправильно, — неуверенно произнесла она, продолжая его обнимать.

— Почему? У тебя кто-то есть? — догадался он.

— И да, и нет. Мне надо время, чтобы навести порядок в своей жизни.

— И сколько тебе надо времени? — он расцепил руки и выпустил её из объятий.

— Не знаю, — пожала она плечами.

— Юль, это жестоко! Заставлять меня ждать и не говорить сколько, — он уже смотрел не на неё, а куда-то вдаль.

— Пусть будет месяц, — сдалась Юля.

— Два дня.

— Нет, Артём. Это несерьёзно.

— До конца недели, — строго сказал он, будто они решали рабочие вопросы. — И это будет самое сложное испытание для меня. Надеюсь, ты оценишь.

Юля кивнула в ответ.

Но Гордеев провалил испытание уже в машине. Как только они оказались в салоне, он вновь привлёк её к себе и поцеловал. И этот поцелуй был совсем не похож на предыдущий. В нём чувствовались сила и напор.

— Артём, так нечестно, — Юля попыталась высвободиться из его крепких рук. — Ты обещал дать мне время.

— Понял, виноват, — он резко убрал руки и поднял их вверх. — Сдаюсь.

И, конечно, уже на следующем светофоре не выдержал. Взял её руку и поцеловал кончики пальцев.

— Артём! Мы едем на работу, там никто не должен знать.

— Как хочешь. Но я не понимаю, почему мы должны скрываться.

И в студии он вёл себя, как влюблённый мальчишка. Их сразу рассекретили.

С работы они ушли вместе. Артём купил билеты в кино на последний сеанс и на последний ряд. Они целовались и хихикали, как подростки, весь фильм. Потом долго прощались у подъезда. Но подняться в квартиру Юля не предложила. Держала оборону.

Следующее утро у неё опять наступило с цветов, доставленных курьером. Днём Артём тайком увёз её на пикник. Они обедали вдвоём в парке на траве. Невероятно вкусный лаваш, свежие овощи и фрукты, куриное филе, запечённое на гриле, несколько сортов сыра и, конечно, красное вино. Он позаботился об этом заранее, заказав в одном из лучших ресторанов. Весело светило ещё тёплое солнышко, пели птицы, вкусно пахло скошенной травой.

А вечером они ужинали в «Caramel», где по счастливой случайности выступал Сергей Ивашов. Юля просто обожала его песни.

Артём подарил ей-то самое платье «Мелания» и бриллиантовую подвеску к нему. В пятницу утром на совещании он объявил, что новая линейка уходовой косметики для женщин, которую они планируют выпустить к зиме, будет называться «Юлия».

Она чувствовала себя красивой от его комплиментов и уже не смущалась, как раньше. А он не уставал ей восхищаться. Отведённое для раздумий время подходило к концу. Ответ был очевиден, ведь в Артёма нельзя не влюбиться. С каждым днём ей всё сложнее было оставаться разумной.

Но Юля боялась ошибиться. Сейчас — больше, чем раньше. Ведь на кону не только личная жизнь, но и любимая работа. Поэтому она решила сделать паузу и выходные провести одна. Она должна отдалиться от него, чтобы принять правильное решение.

Артём расстроился.

— Юль, моё сердце не выдержит, и утром в понедельник ты найдёшь меня бездыханным.

— Не преувеличивай, — спокойно ответила она.

— Мир потеряет великого художника, и виновата в этом будешь ты.

— Я уверена, ты справишься, — она осталась непреклонна.

30

Юля звонила Андрею. И в пятницу, и утром в субботу.

«Абонент находится вне зоны действия сети».

Потом она позвонила Кристине и договорилась с ней поужинать. Юля опоздала. Когда вошла в зал ресторана, Кристина уже сидела за столиком у окна. В красном брючном костюме она опять была самой яркой посетительницей, и её нельзя было не заметить.

— Привет! Как же я рада тебя видеть, — Кристина встала и обняла Юлю. — Я не отпущу тебя, пока ты мне всё не расскажешь.

— О чём?

— Правильнее спросить «о ком?». Об Артёме, конечно. Он в жизни такой же милый?

— Даже лучше.

— Ой, как я тебе завидую. Нет, мой начальник, Павел Викторович, тоже симпатичный мужчина, но зануда ещё тот. Одним словом — финансист. А Гордеев такой харизматичный. Кстати, ему финансовый директор не требуется?

— Нет, — улыбнулась Юля.

— Жаль.

Они сделали заказ.

— Юль, ты его помощница и должна знать: с кем он сейчас? — спросила Кристина. Она достала из сумки косметичку и поправила макияж.

— Он один, — ответила Юля, потом осеклась и добавила, — то есть не совсем.

— Красивая? Опять певица? Или актриса? Нет?

— Там ещё всё непонятно.

— Ты же знаешь, я не проболтаюсь. Хоть намекни.

Если бы это была другая девушка, Юля ни за что не сказала бы Кристине. Сплетни о начальнике она разводить не собиралась. Но так как Артём оказывал знаки внимания ей самой, она решила признаться. Ведь если Кристина узнает об этом от других (а она узнает), сильно обидится.

— Это я, — ответила Юля и отвернулась к окну, пытаясь скрыть охватившее её смущение.

— Как ты? — раскрыла от удивления рот Кристина.

— Артём сейчас за мной ухаживает. И я обещала дать ему ответ в понедельник.

— Юль, ты в своём уме? Зачем ждать до понедельника? Звони немедленно и соглашайся. Вдруг передумает.

— Я пока не разобралась в своих чувствах.

— Потапова! Дура, что ли? Ты выиграла главный приз, и надо скорее брать его в охапку и бежать. А она не разобралась, видите ли. Артём, он же просто котик. И, кстати, богатый.

— Всё не так просто, — водила Юля пальцем по скатерти, рисуя невидимые узоры.

— Ты чего-то не договариваешь? У тебя кто-то есть?

— Не совсем.

— Только не говори, что это Кедров, — догадалась Кристина.

— Не буду, — опустила глаза Юля, не в силах выдержать упрекающий взгляд подруги.

— Я же тебя просила, — уголки губ Кристины опустились, черты лица заострились, и она в один миг стала совсем некрасивой. — Как же ты могла?

— Не знаю. Так получилось.

Вот сейчас их дружба дала трещину. Они расползаются в разные стороны, как льдины в ледоход, и, возможно, уже никогда не будут вместе.

— Потапова, мы же договорились, — тихо сказала Кристина.

— Я знаю. Мне от этого плохо. Веришь?

— Зачем тебе Андрей, если у тебя намечается роман с Гордеевым?

— У нас нет отношений с Кедровым. Это была минутная слабость, — Юля говорила и сама себе удивлялась. Неужели всё так ужасно, как она сейчас описывает? А ведь на самом деле Кедров не клялся ей в любви и ничего не обещал. Он просто воспользовался её уступчивостью.