Танец для ледяного мага (СИ) - Шарэль Ти - Страница 5

Наверное, постановка была хороша. Наверное. Бросив взгляд на столики, я ревностно отметил, что все присутствующие действительно не отрываются от сцены. И мне казалось, что все эти похотливые жадные взгляды устремлены именно на девушку в черном, что бесстыже ласкала себя, изгибаясь так, будто в ее теле совсем не было костей.

Медленную невыносимо тягучую мелодию сменила резкая, отрывистая музыка, буквально раскидавшая танцовщиц в разные части сцены. Неожиданно я обнаружил себя внизу, вцепившегося в поручни барьера. Все это время, как мне казалось, я не отрывал взгляда от беснующейся на сцене фигурки в чертовски короткой одежде. Я видел ее перед собой, когда бежал по лестнице, когда лавировал между столиками, пробираясь к сцене. Казалось, что даже закрой я глаза, она все равно будет извиваться передо мной.

Я смотрел, надеясь хоть на мгновение поймать ее взгляд, и, за секунду до конца танца, мне это удалось. Потом свет погас, и мне осталось лишь гадать — действительно ли глаза ее удивлённо распахнулись, встретившись с моими, или мне это только показалось.

Ещё несколько минут я стоял у барьера, приходя в себя. Для начала, с некоторым трудом, отцепил пальцы от ледяного поручня. Эта новость неприятно поразила меня — я думал, что покончил с неконтролируемыми выбросами магии больше двадцати лет назад. Потом пришла мысль, что неплохо было бы также охладить голову и ту часть тела, что никак не желала успокаиваться, напоминая о себе болезненной пульсацией.

Однако, когда девчонки не было поблизости, думалось всё-таки лучше. Для начала нужно узнать кто она. Просматривая личные дела персонала, я ничего особенного не заметил. По крайней мере, внимания не обратил. Идти сейчас к менеджеру и засветиться — верх глупости. Гораздо проще добраться до компьютера и пересмотреть личные дела ещё раз.

Я взял себе двойной виски в баре и вернулся в приват-зону с тонированным стеклом. Когда девчонка вышла на разогрев на платформу, простоял все это время у стекла, кажется, забыв, как дышать. Я знал, что впереди у нее ещё индивидуальная программа и ждал ее со смесью жгучего нетерпения и внезапно вспыхнувшего собственнического инстинкта.

Глянул на расписание. Танец с волками. Звучит многообещающе.

Она вышла на сцену совсем другой. Более естественной и намного более манящей. Хрупкая, чистая, невинная. В очень лёгком светлом платье и с вьющимися темными волосами. В сердце кольнуло.

Подавил острое желание включить экстренную эвакуацию клуба и мрачно уставился на сцену. Происходящее в самом зале меня больше не интересовало.

Когда выступление закончилось, я откинулся на спинку кресла, сжимая в руках замороженный алкоголь.

Самым сильным чувством из той ядерной смеси, что бушевала во мне, была злость. На нее. За то, что выставляет напоказ свое совершенное тело. За то, что вообще выбрала такую работу. Одаренные не нуждаются в деньгах, они застрахованы от нужды накопленными веками состояниями. Значит, это ее прихоть, желание пощекотать нервы.

Я злился и на себя. За то, что реагирую как зверь в период гона, до потери контроля, до боли в чреслах. И все из-за какой-то незнакомой танцульки? Чертова девка.

Тут меня озарило. Она — суккубка. Не настоящая, конечно, просто название, но о существовании такого дара я знал. Энергия, выделяемая этими одаренными, вызывает сильное сексуальное влечение. Вот и ответ. Сейчас, когда я не видел девчонку, это казалось очевидным.

Но всю информацию о ней я раздобуду. Одаренная, не связанная обязательствами? Развлекающаяся сама и развлекающая публику? Посмотрим, что ты за птичка.

Глава 3 Инга

По воскресеньям я всегда звонила родителям. Безумно по ним скучала, но вернуться не была готова. Если не сломалась в самые сложные первые месяцы, то теперь, когда до вожделенной цели осталось так немного, тем более справлюсь.

На всякий случай запустила блокировку отслеживания, одела шлем и зашла в чатрум. Родители уже были там, ожидая меня. Порывисто обняла их обоих.

— Котенок, как ты? — сказала мама, заглядывая в глаза. Как будто можно что-то увидеть на лице анимированного персонажа. Но мама, пожалуй, могла.

— Все отлично! Учусь, работаю. Отдыхать не забываю тоже. В общем, настоящая студенческая жизнь, — бодро отчиталась я.

Я старалась не обманывать родителей больше необходимого. Даже если они смогут выяснить место учебы, это ничего не даст. Никто не знал, как сейчас выглядит Инга Воронич. Иногда мне казалось, что что ее и вовсе не существует. Есть только Александра Еремеева, синеглазая брюнетка двадцати двух лет от роду.

Я так привыкла контролировать свою внешность, что делала это легко и не задумываясь. Представьте, что вы должны (неважно по какой причине) поджать пальцы ног и постоянно удерживать их в таком положении. Это сложно поначалу, потому что приходится контролировать себя каждую минуту, но потом становится нормой. Только есть опасность навсегда остаться калекой со скрюченными пальцами. В моем случае — никогда не вернуть себе прежний вид.

Никто не знал об этой моей способности. Она проявилась совершенно случайно, под влиянием стресса, когда я сбегала от мужчины, которого боготворила с самого детства.

Изменить имя и фамилию мне помог Станислав. С одной стороны, он мой дальний родственник и крестный, так что отказать не смог, с другой — ни папа, ни Мэтт к нему не обратились бы. Да если и обратились, не те у них отношения, чтобы Стан с лёгкостью ответил хоть на какие-то вопросы. Да и жил он теперь в Германии в новом витке и под новым именем Стэнфорд.

Благодаря Стану, взявшему на себя все расходы по оформлению новых документов, большая часть денег осталась при мне. Стечением обстоятельств на руках у меня на тот момент оказалась достаточно приличная сумма. Ещё больше наличных я сняла со своего счета в ближайшем банкомате.

Так что денег хватило, чтобы оплатить весь курс выбранного факультета, и на первое время снять комнату. Все остальное я отложила на студию.

Экзамены за первые три курса педагогического факультета я сдала экстерном. Что-то пересекалось с первым высшим, что-то просто выучила, благодаря практически фотографической памяти, доставшейся от мамы.

— Ммм? — я поняла, что задумалась и пропустила папин вопрос. Оказалось, что не вопрос, а напоминание.

— Помни, малыш, что всегда можешь воспользоваться своим счётом. Я по-прежнему перевожу туда деньги. Это ни к чему тебя не обязывает. Мы не будем искать тебя, раз ты не хочешь этого.

— Я вас очень люблю. Но мне нужно время. Я хочу найти себя. Попробовать что-то своё. Доказать, что я тоже чего-то стою. Что я не приложение к родителям. Или мужу.

— Мы понимаем, котенок. У нас вся жизнь впереди. Будем ждать столько, сколько нужно.

И даже не слова не сказали, что из-за меня всячески оттягивают новый виток, запланированный сразу после моего совершеннолетия. Мои родители — святые, думала я, выключая компьютер. Я и в детстве была неугомонным ребенком, и сейчас продолжаю мотать нервы. Правда, их деньгами я пользоваться не планировала. Сумму, достаточную для покупки собственного помещения, я практически скопила, спасибо работе в "Эксклюзиве". Платили в клубе действительно хорошо. За такое же количество часов преподавателем танцев, я получала раз в десять меньше. К тому же, не буду лукавить, работа мне нравилась. И разработка номера, и репетиции, и, конечно, бешеный выброс адреналина при самом выступлении. Но, как только встану на ноги, с клубом завяжу. Ничего аморального я не делала, но танцующий в нижнем белье преподаватель — это как-то не комильфо.

В холодильнике оставалось всего несколько контейнеров с зелёными и желтыми маркировками. Ну, правильно, ужин я ем крайне редко, поэтому красных и накопилось. Достала все зелёные. Каша рисовая, каша амарантовая и омлет. Поставила разогреваться последний, сделав в голове пометку сразу после завтрака заказать доставку готового рациона к Томиному приезду.