Altera pars (СИ) - Аувэст Дания - Страница 36

— И в освобождении хаоса вы тоже заинтересованы? Или наоборот?

Пусть мне хоть как-нибудь ответит. Хоть притчей, хоть балладой, хоть поэмой, ей богу.

— Заинтересован, — неожиданно понятно сказал иврит, но тут же, видимо осознав, что что— то тут не так, добавил:

— Как и ты, Лисá, — мужчина сказал моё имя прямо так, как Хаос совсем недавно, и от этого у меня побежали мурашки по коже, а желание и дальше с ним вести словесные игры пропало окончательно.

Я вмиг стала сама серьёзность.

— Зачем вам это?

Мужчина остановился, поняв, что изменилось моё настроение, и вперил в меня взгляд своих золотых глаз. Даже улыбаться перестал.

Главный иврит молчал и смотрел. Он как будто бы задумал тут теперь сыграть со мной в другую игру — гляделки которая называется. Или в молчанку, может?

Я тяжко вздохнула и заговорила первая:

— Вы ведь видите будущее, все его возможные версии? Я уже и не надеюсь, что вы мне поможете, но скажите хотя бы: мы обречены, и мне пора составлять завещание?

Благо, наследства у меня теперь имеется в большом количестве, хотя я и раньше не очень-то и бедной была.

Мариз почти не изменился лицом, только глаза чуть прищурил.

— Ты хочешь знать будущее?

Почему этот вопрос звучал так, словно он меня спрашивал, хочу ли я душу продать?

— Я хочу знать, выживу я и дорогие мне люди во всей этой масштабной игре Богов.

Вот теперь мужчина изменился лицом. Вновь вернулась лукавая улыбка, глазки довольно заблестели.

— Хаос вернётся в этот мир в любом случае, — выдал мужчина и разве что не вприпрыжку поскакал по дорожке.

Блин, теперь понятно, как бабулька та так проворно от меня сбежала.

Пока я стояла и хлопала ресницами, Бог уже достаточно далеко ушёл, пришлось резко сорваться с места.

— Мирок-то этот и так уже трещит по швам. Одна ошибка и вот какой финал… — Бог чуть призадумался, а потом со смешком выдал:

— Точнее не финал, а поворот событий. Но, к счастью, не перевелись ещё герои, да, Лиса?

Это он меня спрашивает? Откуда мне знать?! Я вообще его чего-то понимать перестала. Опять. И вот никак не могу докумекать — я и моя тормознулось в этом повинна или Бог этот, не способный долго говорить понятными фразами. И нечего на меня так загадочно глазками сверкать!

— Какие герои? — тупо переспросила я, чувствуя подставу.

Пусть уж лучше он говорит о богатырях. Или на крайний случай об античных героях, но только, ради бога, не обо мне и ещё каких несчастных иноземцах в столь завуалированной форме.

— Герои историй, — загадочно сказал мужчина, продолжая подозрительно коситься на меня. — У всех вас они такие интересные, в некоторых местах даже непредсказуемые. Части единого целого, способные изменить целый мир.

Эх, узнаю ивритские повадки. А я тут уж понадеялась на адекватный диалог, глупая.

— Значит придётся самой решать, — вздохнула я и приняла очень унылый вид.

Не знаю уж, то ли меня так хотело взбодрить мироздание, то ли добить — но мне вдруг прилетело в лоб веткой.

Пока я шипела, потирая ушибленный лоб, иврит тем временем разболтался:

— Конечно, только ты можешь решить, как поступить. И ошибиться тебе нельзя, ведь пока ты основное действующее лицо. Но, Лиса, право, я не понимаю, почему в тебе столько сомнений. Я тебе и так уже надавал столько подсказок, как тебе лучше поступить, а ты все сомневаешься.

— Я человек, мне свойственно сомневаться, — буркнула я раздражённо.

Надавал он мне подсказок, конечно.

Этот иврит явно путает два слова: подсказки и загадки. Но ничего, я его сейчас просвещу.

— Не знаю уж, то ли вы по природе такой тролль, то ли издеваетесь вы надо мной, то ли действительно мы с вами говорим на разных языках, но я абсолютно не уловила никаких подсказок в ваших странных речах.

Мужчина тяжко вздохнул, покачал головой, достаточно громко цыкая.

— Иногда, Лиса, стоит пойти по пути, который тебе известен хоть как-то, чем идти напролом по неизвестной тропе. Тебе ведь хорошо известны последствия такого предприятия.

И по чьей вине, спрашивается?

— Хотите сказать, что мне нужно принять предложение Хаоса? — я глянула на Бога, как на дурака, хотя эта роль явно была изначально возложена одним противным болтуном на меня.

Мужчина снова тяжко вздохнул и с трагичной миной кивнул.

Кажется, я его достала. Или доконала. Ну ничего, пусть привыкает, я ведь ещё в раж не вошла.

— А какие тогда будут последствия? Для меня положительные? Я не буду в опасности? А Дэрия? И люди? Мир в целом? Этот буйный тут все не разрушит?

Вот, теперь я вошла во вкус. Путь страдает. Отыграюсь на Боге этом залетном за тот прошлый раз, когда он меня бросил в лесу. В тот раз за него Лиан отдувался.

— Кто ещё тут буйный? — пробурчал иврит, явно впечатленный моей речью.

— Кстати, о буйных! — воскликнул следом Мариз, что-то вспомнив. — Пора мне за одной такой отправляться, а то завеса ещё из-за неё рухнет.

Мужчина явно куда-то намылился, вон вокруг него даже воронка из золотого света начала скручиваться.

Это он таким изящным способом решил смыться от моих вопросов? Ну хоть бы тогда как-нибудь пространно ответил, что ли!

Я, вопреки своим воинственным мыслям, неожиданно испугалась и шарахнулась назад, однако при этом умудрилась выкрикнуть:

— Вы мне не ответили на вопросы!

Мужчина удивлённо моргнул и сфокусировал на мне свой взгляд. Он как будто уже и забыл обо мне. Ну точно залетный какой-то!

— Хочешь спасти Дэрию? Жертва. Вот ответ. Объяснять мне некогда, а у тебя нет времени, чтобы ждать.

Почему это нет времени?!

Кажется, этот вопрос так явно отразился на моем лице, что Бог приостановил свое исчезновение, тяжко вздохнул и сказал:

— У Дэрии его нет.

И чего вот он раньше болтал всякую фигню, а не говорил по делу. Умеет же нормально изъясняться! Зараза!

— И что мне делать?! — рявкнула я, видя, как Бог начал исчезать.

Удивительно, но Мариз вновь остановил свой побег и спросил меня:

— До барьера подкинуть?

У меня дернулся глаз.

— Время дорого, Лиса, — выдал он, постучав по запястью.

Я непроизвольно скрипнула зубами, мысленно чертыхнувшись, кивнула и сделала один роковой шаг.

Золотой вихрь скрутился вокруг меня. Я услышала почему-то тиканье часов, но оно достаточно быстро сменилось довольным голосом с хитринкой:

— Мой тебе совет, Лиса, не верь местным Богам, ну и до скорой встречи.

Это было последнее, что я услышала от Бога Ивритов.

Портал доставил меня максимально близко к барьеру, спасибо хоть, что носом в него не вписал.

По лицу хлестнуло холодным ветром, послышалось какое-то подозрительное рычание откуда-то сбоку, и я достаточно громко сглотнула.

— И вот что делать? — пробурчала я, топчась на одном месте.

Где щупальце, когда оно так нужно?

Боюсь, если я продолжу тут стоять, уткнувшись носом в барьер, меня заметят патрульные, которые тут точно имеются, и либо примут меня за психа, головой подпирающего барьер, либо за — и того хуже — предателя-смертника, решившего, опять-таки, лбом прошибить барьер и впустить хаос в этот мир. Последняя версия, кстати, была не далека от правды.

В общем, решив не отвлекать защитников мира сего от их очень важных дел, я подняла руку и… постучалась.

Ну а что, может Хаоса впечатлит такое моё культурное поведение, его как проймет, и он решит оставить Дэрию, меня и заодно мир в покое?

Слишком наивно, да?

Глава 18

Не знаю уж, проникся Хаос моей тактичностью, но в этот раз никаких щупальцев не было.

Завеса на моих глазах начала расходиться в стороны, словно кто-то с той стороны разрезал её ножом.

Я сглотнула и быстро сделала шаг. Ждать нельзя было по нескольким причинам: во-первых, военные — их внимания мне явно на пользу не пойдет, во-вторых, моя решительность — она может в любую секунду лопнуть, как мыльный пузырь, и неизвестно, как долго он будет надуваться вновь (если будет).