Тварь (СИ) - Красовская Алефтина - Страница 52

Айрея яростно посмотрела на меня. Во взгляде её было столько ненависти, что меня слегка передёрнуло. Но я была собой довольна — лжецу да по деяниям его. Сойлари вдруг схватилась за лоб, театрально охнула и тихо произнесла:

— Пожалуйста, не распространяйтесь о моей болезни, лорны. Я бы хотела, чтобы о ней знало как можно меньше вайров.

Лорны заохали, заахали и вразнобой согласились, что об этом лучше молчать. Сойлари же ещё тише произнесла:

— Что-то мне нехорошо. Пожалуй, я покину вас на время.

— Тебя проводить, Сиодай? — издевательски улыбаясь, спросил сойлар.

— Нет, муж мой. Я сама дойду.

Сойлари печально улыбнулась и растворилась в толпе. А мне захотелось расхохотаться в голос, но образ благовоспитанной вайрини не позволил.

— Шьямалан, извини, я всё-таки опоздала, — раздался мягкий женский голос. Я обернулась и посмотрела на подошедшую девушку. И открыла от удивления рот. Она была такая же высокая, как и император, выше меня сантиметров на сорок. Её кожа была антрацитово-белой с россыпью серых пятнышек, ресницы и брови имели светло-серый цвет, и только глаза, яркие как среднеземноморское море, манили своей глубиной. На нежно-розовых губах девушки гуляла мягкая улыбка, длинные распущенные волосы белее снега были собраны в высокий хвост, а простое палевое платье до пола обтягивало стройную фигуру и удлиняло силуэт.

— Сойлар Кайрана, — поклонилась девушка, — простите, я не смогла присутствовать на схождении огня из-за сложной политической обстановки на границе с Зандоратом.

— Всё хорошо, Данея. Шая предупредил меня. Я рад видеть тебя.

— Благодарю, сойлар, — девушка по имени Данея снова поклонилась и взяла под руку императора.

Наверно, эта девушка — айамиа, и она супруга Шьямалана. Данея посмотрела на меня и улыбнулась. И я будто утонула в материнской любви и заботе. Непередаваемое ощущение тепла, ласки и нужности, которое сложно описать словами, его можно только почувствовать.

— Какая интересная, — произнесла Данея, обратившись к императору, — кто это?

— Это Саша, Данея, она человек. Помнишь, я рассказывал тебе о небольшой планете, которую курировал последние несколько сотен лет?

— Помню, — просто ответила девушка и обратилась уже ко не, — рада с тобой познакомиться, Саша.

Я глупо улыбнулась, и словно опьянённая, медленно вымолвила:

— И я.

— Дани, люди очень чувствительны к нашей ауре. Закройся от Саши, — попросил император.

— Хорошо, — спокойно согласилась девушка.

И как только Данея произнесла это слово, чувство материнского тепла тут же исчезло, и мир посерел. Но я не расстроилась.

— Это же вальс, Шая, — радостно воскликнула айамиа, услышав первые аккорды музыки, — потанцуем?

Она потянула императора в центр зала, а за ними, разбившись на пары, последовали остальные вайры. У стены оставались только я и сойлар Кайрана. Прислушавшись к музыке, я так же радостно, как Данея до меня, воскликнула:

— Это же вальс! Человеческий вальс!

Причём очень красивый. В Военном я часто танцевала вальсы — мне нравились неспешные движения, повороты, кружения и ощущение близости тёплого человеческого тела.

— Ты знаешь движения, Саша? — спросил сойлар.

— Конечно. Мы раньше часто танцевали под такую музыку.

Кайрана улыбнулся и посмотрел на танцующих. А мне до невозможного захотелось влиться в строй танцующих. Я посмотрела на сойлара и решительно произнесла:

— Сойлар Кайрана, примите моё приглашение, — и протянула руку.

Вайр сомневался недолго, а потом произнёс:

— Нет, уважаемая лорнесса, это делается не так.

Я успела мысленно поругать себя за поспешные действия, но сойлар неожиданно поклонился и спросил, протянув руку:

— Не подарите мне танец, лорнесса?

Сердце моё радостно запело, и я медленно протянула вайру вспотевшую от переживаний ладонь. Сойлар осторожно взял мою руку, и ладонь моя утонула в его. Кайрана повёл меня в центр зала к танцующим Шьямалану и Данее. Встав напротив, сойлар поклонился и положил прохладную ладонь мне на спину. И мы закружились в тягучем вальсе по всему залу. Кайрана открыто смотрел на меня и улыбался, а я не могла заставить себя отвести взгляд от его серых бездонных глаз. Иногда мне казалось, что где-то в их глубине сверкают золотые искорки, вытанцовывая замысловатые фигуры, а холод и безразличие, которые излучали глаза сойлара — лишь мои выдумки. Сойлар сейчас казался мне таким родным, и его руки на моей спине дарили мне тепло и спокойствие.

— Ты прекрасна, — на вайри произнёс Кайрана, и я резко остановилась.

Я совершенно точно не ослышалась. Сойлар произнёс именно это. Но зачем?

— Что-то случилось, Саша? — обеспокоенно спросил Кайрана. Конечно, сойлар не знает, что я прекрасно понимаю вайри, поэтому озадаченность его понятна. Но я, не в силах совладать с затопившим меня чувством неправильности происходящего, позорно сбежала, сославшись на плохое самочувствие.

Мне нужно было куда-то спрятаться, забиться в уголок подальше от веселящейся толпы и побыть в одиночестве. Я подняла вверх глаза и вспомнила про балкончики под куполом. Осмотрев стены и не найдя ступеней вверх, я бросила взгляд на снующие повсюду диски с едой и алкоголем. Недолго думая, я подошла к одному из дисков и на вайри произнесла:

— Следуй за мной.

Диск послушно полетел за мной, а я нашла тёмную нишу, спряталась за ней, сгребла на одну тарелку всю еду, взяла в руки бутылку с роваем и поудобнее уселась на диск.

— Подними меня на тот балкон, — указала я вверх, и диск медленно начал взлетать. Я позавидовала собственной смекалке и когда ступила на пол второго этажа, попросила диск остаться здесь.

Вид отсюда открывался удивительный. Весь зал и сад во внутренней части дворца были как на ладони, вайры разделились на небольшие группы: кто-то продолжал танцевать, кто-то играл в незнакомые мне игры, кто-то купался в бассейнах с бирюзовой водой. Я полюбовалась видом ещё немного и решила обойти этаж по кругу. Но надолго меня не хватило, потому что я нашла в углублении закрытую матовыми шторами комнату. Она была совсем маленькой, овальной формы с мягким тканевым полом и кучей декоративных подушек. Я оглядела этаж и увидела ещё три таких же комнатки с шторами. Они были замаскированы шторами под цвет купола, поэтому совсем не бросались в глаза. Идеальные вип-ложи для особо привилегированных особ, желающих не показывать своё присутствие, но видеть всё происходящее своими глазами. Я улеглась на мягкие подушки и сделала большой глоток из бутылки. По телу тут же растеклось приятное тепло. Я посмотрела на тарелку и, узнав в фиолетовом фрукте балк, с удовольствием откусила кусочек. Всё-таки в моей голове никак не укладывалась картина мира этих иноземных рас. Все они бесконечно уважают друг друга, цивилизованы, порядочны в той или иной степени, культурно просвещены, а позволяют другой расе бессовестно уничтожать другие разумные виды. Да, может, человечество по их меркам условно разумно, но ведь никто не может знать наверняка, как сложится будущее и до чего дорастёт эта условно разумная раса. Кайрана говорил, что у людей нет будущего, а Шьямалан был уверен, что спустя пару столетий мы догоним их цивилизации в развитии. И кто из них был прав, теперь уже и не узнать. Я глотнула ровая и выглянула из-за шторы. Бал внизу продолжался и снова заиграл вальс. Я начала рассматривать танцующих и взгляд мой зацепился за веселящихся Ниарита и Изалай. Они медленно вальсировали и что-то бурно обсуждали.

В очередной раз я поймала себя на мысли, что они идеально подходят друг другу, и эта мысль больше не приносила мне боли. Да, я проиграла Изалай по всем фронтам, но я проиграла достойному противнику, сойли — прекрасная девушка, она заслуживает быть любимой. Надеюсь, Нир не причинит ей боли какой-нибудь своей детской выходкой. Не успела я об этом подумать, как Ниарит поднял сойли на руки и куда-то быстро понёс. Изалай заливалась смехом, несерьёзно отбрыкивалась и что-то постоянно говорила. Но вот сойл донёс её до бассейна и прыгнул с девушкой на руках в воду. Я дёрнулась было вперёд, но чета Лайонай уже показалась на поверхности воды, Изалай так же заливисто смеялась, а Нир нежно держал её в своих руках. Отсмеявшись, сойли нежно погладила супруга по щеке и несмело прикоснулась к его губам. Я хмыкнула, по-детски надула губы и тихонько произнесла: