Застрявшие (ЛП) - Дайкс Николь - Страница 38

— Я знаю.

— Чушь собачья. Ты купаешься в чувстве вины. Я? — Она указывает на свою грудь. — На самом деле у меня этого нет, потому что, как оказалось, Лиам был обманщиком, и я ему ничего не должна. И, может быть, есть немного вины за то, что Ария встречалась с тобой, но ты... — Она указывает на мою грудь. — Ты тонешь в чувстве вины, потому что Лиам так много значил для тебя.

«Скажи ей, что она значит для тебя больше. Скажи эти гребаные слова, Куп».

— Эверли...

— Не надо. — Она поднимает руку, чтобы заставить меня замолчать. — До аварии, да... У меня были фантазии о тебе. И я не была идеальной девушкой, но не знаю, что это были за фантазии. Возможно, это была просто похоть или что-то в этом роде. Все размыто и перепутано.

— Ты знаешь, сколько ночей я пролежал в этой кровати и... — Я сердито указываю на общую стену с другой спальней в доме. Его спальней. — И слушал вас двоих? Желая, чтобы это был я? А теперь ты собираешься сказать мне, что все, что произошло в том доме, было чем? Утешением? Выживанием?

— Да. — Эверли выпрямляется, и я вижу, как она напряжена. — Ты лежишь здесь и думаешь о том, чтобы трахнуть меня вместо него? Это похоть. Фантазия, которая осуществилась, когда мы застряли у черта на куличках.

— К черту это. Это была не просто похоть.

«Скажи больше».

Но, кажется, я не могу произнести ни слова. У меня кружится голова, и я знаю, что какая-то маленькая часть меня боится, что она права.

— Нам нужен перерыв, Купер. — Она нежно проводит ладонью по моей щеке. Я хочу прижать ее к себе, но позволяю ее руке упасть. — Нам нужно время, чтобы погоревать и выяснить, кто мы такие без Арии и Лиама. Нам нужно выяснить, кто мы такие одни после того, как были вместе в том доме.

— Разве мы не этим занимались?

Эверли печально качает головой.

— Не совсем. Я не могу видеть тебя в качестве опоры. Не могу звонить тебе, когда расстроена и волнуюсь. Мы не можем лечь друг с другом в постель. Нам нужно немного реального времени порознь.

— Я этого не хочу.

Она слегка улыбается.

— Я тоже не хочу. Но нам это нужно. Мы должны... — Она выглядит бледной, почти больной, но затем делает глубокий вдох и смотрит на меня. — Мы должны начать встречаться. — Уверен, что выгляжу непонимающим, но затем она уточняет: — С другими людьми.

— Ты хочешь, чтобы я трахнул кого-то другого?

Эверли морщится, но приходит в себя.

— Эта мысль выводит меня из себя, но может быть. Хотя я имела в виду реальные свидания. Познакомиться с кем-нибудь незнакомым. Сходить на ужин.

— Да, ну, Калеб и Айзек были бы только за это. Хочешь, чтобы я это устроил?

Я злюсь, но мне все равно.

— Нет. — Эв обхватает мое лицо своими маленькими ручками и требуют моего внимания. — Я сказала «незнакомым». Люди, которые не знают Лиама. Нам нужно выяснить, было ли то, что произошло в доме, вынужденной близостью или между нами было что-то реальное.

Я прижимаюсь губами к ее губам, жестко и наказывающе, принимая от нее поцелуй, который она неожиданно дарит. Она перемещает руки с моего лица на волосы, притягивая меня к себе, целуя в ответ и одновременно прижимая к себе.

— Это было по-настоящему.

Она кладет руки на мою грудь и отталкивает меня назад, чтобы дать себе пространство. Ее нижняя губа дрожит, и она качает головой.

— Нам нужен перерыв. Пожалуйста, не усложняй это больше, чем должно быть.

— Перерыв?

Она кивает, но не выглядит уверенной. Совсем нет.

— Да.

Я отступаю назад, и она направляется к двери.

— Отлично.

— Не будь таким. Я не имею в виду навсегда.

— Конечно. — Я не двигаюсь.

Я не могу заставить ее остаться и увидеть то, что прямо перед ней.

Эверли бросает на меня последний грустный взгляд, а затем открывает дверь, оставляя меня позади.

Уходит, чтобы узнать, кто она теперь.

Без меня.

Глава тридцать седьмая

ЭВЕРЛИ

— О, хорошо, ты жива. — Я свирепо смотрю на Кортни, которая стоит у моей двери слишком рано утром для меня.

Прошло два дня после вечеринки, а я все еще чувствую себя дерьмово. Видеть лицо Купера, когда я сказала ему, что, по-моему, нам нужен перерыв, было почти чересчур.

Но я продолжаю убеждать себя, что это правильное решение.

Я не хочу использовать его как опору. И если мы решим быть вместе, мне не хотелось бы постоянно задаваться вопросом, свела ли нас кошмарная случайность или все это реально.

— Что ты здесь делаешь?

Она протягивает мне кофе из моей любимой кофейни в кампусе.

— Предложение мира?

Я беру кофе и подношу к губам, делая щедрый глоток.

— Боже, как хорошо. — Жестом приглашаю ее войти, что она и делает. — А из-за чего нам нужно мириться?

Закрываю дверь, и подруга садится на мой диван, потягивая свой кофе.

— Ну, за то, что разбудила тебя.

Я киваю головой и тоже сажусь.

— Да, раньше я из-за этого убивала.

Кортни смеется, а затем ее лицо смягчается. Теперь она выглядит виноватой.

— И, конечно, за все эти разговоры о Купере.

— Не похоже, чтобы ты слишком много думала о Купе прошлой ночью, когда язык Калеба был у тебя в горле.

Она выглядит смущенной, но потом улыбается.

— Да… э-эм… у него определенно есть навыки, о которых я и не подозревала.

Я смеюсь.

— Мне необязательно это знать.

Она смеется и делает глоток.

— Но серьезно. Прости. Я понятия не имела.

Прикидываюсь непонимающей.

— Понятия не имею о чем?

Она наклоняет голову набок.

— Ты и Куп. Вы, ребята, встречаетесь, верно?

У меня болит грудь, когда думаю о нем, возвращаясь к разбитому выражению его красивого лица, когда я сказала ему, что нам нужен перерыв.

— Корт...

— Остановись. — Она поднимает руку в воздух, чтобы заставить меня замолчать. — Этого нельзя отрицать. И вообще, зачем тебе это нужно?

— Ну, наверное, потому что он встречался с моей сестрой, а я встречалась с его лучшим другом?

Она отмахивается от меня, но затем черты ее лица смягчаются.

— Послушай, я не знаю, что именно произошло, и это не имеет значения. Ария и Лиам... — Она выглядит смущенной, но продолжает: — Они ушли. Вы, ребята, можете быть вместе, если хотите.

— Но в этом-то все и дело. Я имею в виду... Мы бы не были вместе, если бы они не умерли.

Подруга пожимает плечами.

— Ты этого не знаешь. Я этого не знаю. Никто не знает. Между тобой и Купом всегда была какая-то связь.

Я уверена, что выгляжу такой же ошеломленной, как и чувствую себя, и мне приходится поднять челюсть с пола.

— Что? Связь ненависти?

— О, я тебя умоляю. — Подруга снова отмахивается от меня. — Я имею в виду, да, вы подначивали и припирались друг с другом, но ненависти никогда не было.

— Между нами ничего не было, когда мы с Лиамом были вместе.

Кортни закатывает глаза.

— Да. Я знаю, что не было. Но, девочка... Если вы с Купом хотите быть вместе, не сопротивляйтесь этому.

Я делаю глоток кофе и думаю о том, что она сказала.

— Что, если мы просто связаны травмирующим событием?

— Ну и что с того?

Сейчас я раздражена, потому что такие отношения не могут длиться долго.

— Кортни...

Она смеется.

— Вы, ребята, были друзьями раньше. Вы пережили что-то ужасное вместе. И между вами есть сексуальная химия. Для меня это звучит как длительная история любви.

— Или мы оба просто пытаемся держаться за прошлое.

— Эв, ну же. Это не так, и ты это знаешь. Я видела, как он смотрел на тебя на той вечеринке.

Я делаю глоток кофе и искоса смотрю на нее.

— Как ты могла что-то увидеть, когда лицо Калеба было приклеено к твоему?

Она смеется.

— Заткнись.

Подруга бросает в меня подушку с дивана, и я, смеясь, ловлю ее.

— Он любит тебя. И это дерьмо глубоко укоренилось.