Невеста против (СИ) - Вансловович Лика - Страница 118

— Спасибо, — тихо отозвалась я, подозрительно шмыгнув носом и отвернувшись к зеркалу.

Герцог, не церемонясь, принялся расслаблять шнуровку на моей спине, расстегнул застежку дорого украшения на моей шее и ловко подхватил соскользнувшее вниз колье. Украшение сразу оказалось небрежно отброшенным на комод, теплые ладони коснулись шеи, мягко поглаживая кожу, сместились к шейным позвонкам сзади, уверенные движения стали чуть более настойчивыми и сильными, тепло сменилось жаром, а глаза закрылись сами собой. А потом он обнял меня, одной рукой перехватив мои плечи, а другой осторожно касаясь живота, его губы застыли у основания моей шеи, запечатлевая нежный и в то же время такой волнующий поцелуй.

— Обещаю, что позабочусь о вас с малышом! И никакие чудовища тебе больше не страшны, потому что я уничтожу их всех!

Часть 3. Глава 34

— Честно говоря, я не одобряла выбор твоей невесты! — произносит матушка, приглушив голос и выказывая свое недовольство слегка сведенными бровями и поджатыми губами.

— Какой именно, мама? Относительно жениха? — вежливо интересуюсь я, прекрасно понимая, на что именно пытается пожаловаться моя родительница.

Она картинно закатывает глаза и вздыхает в ответ на мое шутливое предположение.

— Прекрати паясничать! Я говорю о свадебном наряде! Ты ведь понимаешь, насколько это важно, особенно в свете далеко не самого высокого происхождения невесты! Кроме того мы не можем разочаровывать наших дорогих гостей и давать им дополнительные поводы для пересудов!

— Мама, смею напомнить тебе, что Риана родилась княжной, а впоследствии вышла замуж за графа и приобрела немалое состояние! Она имеет достойное нам происхождение, остальное не должно тебя волновать!

— В конечном счете, я вынуждена согласиться, что ее выбор многие мои подруги и твоя кузина в частности посчитали прогрессивным и даже достойным! Целомудренный наряд невесты сейчас входит в моду, но ведь наша красавица отнюдь не невинна! — с намеком произносит герцогиня, и теперь уже я закатываю глаза и устало вздыхаю.

— Я даже не стану утруждаться, чтобы хоть как-то прокомментировать это твое замечание!

Я не видел ее платья, но мама меня заинтриговала, и я с нетерпением ожидал появления невесты.

Было что-то тревожное в этом ожидании, но Риана не заставила себя долго ждать. Заиграл марш, в конце зала появилась невеста, присутствующие обернулись, изучая ее внимательными и придирчивыми взглядами. На какой-то краткий миг я увидел на месте идущей девушки Амалию и почувствовал болезненное разочарование в груди, я больше не был ослеплен красотой ее тела, нежностью голоса и глубиной глаз, я не хотел ее… Но чем короче оставалось расстояние между мной и моей будущей женой, тем четче становился ее облик, так резко отличающий одну девушку от другой.

Белоснежное платье имело высокий ворот, который сзади полностью прикрывал, а спереди, напротив, открывал тонкую шею девушки, вырез платья был достаточно скромным, декольте полностью скрыто от чужих глаз, никаких пышных юбок, а объемные в плечах рукава от локтя плотно облегали кожу. Оно идеально подчеркивало слишком хрупкую фигуру девушки, на которой еще нельзя было разглядеть очевидного признака беременности, так как она сравнительно недавно смогла перебороть тягости первых месяцев вынашивания малыша и наконец начала нормально питаться. Каким-то немыслимым образом Риана сумела добиться от моей матери и приставленной ею швеи фасона со сравнительно небольшим количеством кружев и полным отсутствием бантиков и цветов, зато оно было расшито жемчугом и вовсе не казалось дешевым и безвкусным. Ее волосы были красиво уложены и украшены небольшой диадемой в виде изящных лепестков с россыпью перламутровых жемчужных капель. Скромно, строго, утонченно.

Я любовался ею и не мог отвести глаз, на мгновение забыв, где мы и зачем. Тонкая невесомая ткань не скрывала ее лица. Она пристально смотрела на меня и пыталась сдержать волнение и страх, которые плескались в ее глазах.

«Ты должна доверять мне!» — говорили мои глаза.

«Ты не имеешь права предавать моего доверия», — отвечали ее.

И я понимал, что это действительно так. Я не могу причинять боль этому созданию, хрупкому ангелу, израненному и истерзанному другими. Она устала от своих доспехов и нуждается в защите, потому что не сможет вынести новой боли и нового предательства, как, впрочем, и я.

Как только все слова были сказаны, обычаи соблюдены, а новое кольцо оказалось на тонком пальце моей прекрасной супруги, я поцеловал ее в губы, с наслаждением закрывая глаза, чувствуя, как в груди замедляется пульс от одной лишь мысли, что теперь она МОЯ. Теперь все так, как и должно быть. Карие глаза казались влажными от непролитых слез, но она храбрилась и пыталась изобразить на губах улыбку.

— Вам страшно, Ваша Светлость? Жалеете, что не предприняли попыток к бегству? — тихо произношу, сильнее сжимая в своих ладонях холодные пальчики.

— Я думала, что этого не случится, что кто-то помешает, остановит нас и запретит, я была почти уверена в этом, боялась, что не переживу этой церемонии! Но теперь все позади, ведь так? — смущенно отвечает девушка.

— Нам осталось пережить предстоящий бал, дорогая! — отвечаю я.

Что-то внутри переворачивается, когда я понимаю, что она вовсе не жалела о своем решении, она боялась, что нас разлучат!

— Если танцевать со мной будешь ты, то я точно справлюсь! — снова эта теплая, робкая улыбка и знакомое чувство, что я готов положить к ее ногам целый мир.

* * *

Признаться, давно я не испытывал чего-то подобного. Раньше ревность душила меня, будила все самое худшее во мне, застилала глаза красной пеленой ненависти и заставляла бороться с острым желанием убить всех мужчин, находящихся рядом с моей женой.

Сейчас все было несколько иначе. Был еще страх… я не хотел ее терять, не хотел осознавать своих ошибок и не хотел быть ослепленным дураком! Банкет очень быстро перестал быть просто местом веселья, и, конечно, люди, приехавшие издалека поздравить меня, в действительности часто имели свой интерес от нашей встречи. Одни желали заручиться поддержкой, другим хотелось высказать недовольство от условий прежних договоренностей, третьи намеревались наладить новые связи и так далее и тому подобное. К несчастью, среди них попадались те, кому я просто не мог грубо отказать.

Риана оказалась окружена чужими, незнакомыми ей людьми. Матушка обещала присмотреть за ней, но что же я теперь вижу: она с радушной улыбкой передает МОЮ ЖЕНУ в руки маркиза Дампьера. Риана улыбается ему сдержанно, но вполне открыто и позволяет увлечь в танец.

— Не сердись, — голос матери выводит меня из ступора, но взгляд все еще прикован к кружащейся паре.

— Я не об этом тебя просил! — произношу сквозь зубы.

— Но что не так? Разве ты не убеждал меня в том, что твоя новая жена совершенно другая? В том, что она и не посмотрит на других мужчин и будет верна тебе? Или ты все-таки ей не доверяешь? Я знаю, в свое время об Амалии и Антуане Дампьер говорили всякое, но Риана девушка разумная, влюбленная в своего мужа! Или я ошибаюсь? — доля желчи и иронии в дружелюбном тоне моей матери вызвали во мне настоящую бурю эмоций.

Амалия. Ее образ снова ожил перед глазами. Веселая, беззаботная и женственная до кончиков пальцев она порхала в руках маркиза, улыбалась ему и заливисто смеялась, реагируя на его дурацкие шутки.

«Антуан превосходный собеседник, милый! Он столько путешествовал и знает так много! Ты не представляешь, как это увлекательно: слушать человека, умеющего говорить по-настоящему красиво!» — звучит голос бывшей жены.

«Замолчи!» — мысленно гоню дурные мысли и голоса из своей головы.

«Она такая же, как и я, Олли! Рядом с тобой ей будет душно!» — ласково шепчет призрак прошлого.

«Если ей будет душно, я отпущу ее!» — отвечаю ей и замираю, от осознания этой мысли.

Странно даже подумать о таком, ведь я собственник! Я не собирался отпускать девушку, я был готов заточить ее в золотой клетке и лично оберегать покой своей принцессы. Но, нет, я не могу становиться ее тюремщиком, не готов смотреть в пустые глаза и делать вид, что ничего не замечаю… уж лучше отпустить? Возможно, однако не сейчас, не сегодня и не завтра… ведь я люблю ее! Мама напомнила мне об одной простой и очень правильной вещи — доверии! Я должен ей доверять!