Невеста против (СИ) - Вансловович Лика - Страница 88

— Неужели герцогу также пришлось гоняться за тобой по всей комнате?

— Нет, не пришлось, — безразлично прошептала я, прекрасно зная, что это только разозлит графа.

— Вот как? Ты была сговорчивее? Зачем же ты сбежала от него? Признаться, это было очень глупо, но приятно… для меня, конечно! Бедняга француз наверняка страдает до сих пор!

— Причем здесь герцог? Вы терзаете меня из-за него? Почему я, Константин? Вам ТАК нужны деньги? Иливы все же намерены отомстить Богарне? Если второе, то вряд ли это удачная идея: нас с герцогом ничего не связывает!

— Ну, конечно, не связывает! — рассмеялся граф. — Именно поэтому он шлет вам записочки, а вы тут же бежите к нему навстречу?

— Что? — испуганно переспрашиваю я, бледнея.

— Хватит, я все знаю! Меня не беспокоит визит Кэтрин: она осталась ни с чем и может рвать на себе волосы, сколько угодно! Если я и пожалею о нашем с ней разрыве, то смогу заполучить ее в качестве развлечения в любой момент! А вот ваше свидание с мужчиной в уединенном уголке меня насторожило, даже взбесило, Риана! Пришлось держаться от вас подальше несколько дней, чтобы не прибить в порыве ярости! Ваше счастье, что мой человек убежден в том, что вы после короткого разговора на свежем воздухе вернулись назад! Что же вам так неймется, графиня?

— Я просила герцога быть благоразумным и не устраивать сцен во время торжества! — пытаюсь оправдаться и не отводить глаз. Неужели теперь за мной все время следят? Ему обо всем докладывают?!

— Какая трогательная забота! Особенно если вспомнить, что вы все еще надеетесь избежать участи стать моей супругой! — явно не веря ни единому слову, отвечает граф.

— Вы сами его пригласили и выставили меня главным трофеем! Что он такого вам сделал? За что вы мстите ему?

— Месть? — Крайнов смеется. — Ну что вы — это слишком громкое слово! Пожалуй, герцогу действительно есть, за что мстить, а мне… мне просто нравится злить его и забирать то, что он ценит и пытается оберегать! Кстати, его покойная жена была куда сговорчивее вас, Риана! Она не мучилась муками совести и сразу поняла, кто из нас двоих умеет развлекаться по-настоящему!

— Вы были любовником его жены? — честно говоря, сейчас мне вообще сложно представить, что в этом мире есть женщины, готовые отдаться Крайнову добровольно.

— Одним из! Забавная была история, громкая, скандальная! Правда, наш герцог таки смог заткнуть множество ртов и скормить им свою драматичную сказку о несчастной жене-самоубийце!

Руки Крайнова уверенно справлялись с шнуровкой платья. Я тяжело дышала и смогла лишь вцепиться в его запястья, что, впрочем, нисколько не помешало ему продолжить начатое.

— Ничего, после нашей свадьбы ты забудешь все эти глупости, и уж точно больше не станешь бегать за моей спиной к другому мужчине, Риана! Ты — моя, тебе стоит принять это! — он знакомым движением положил руку на мое горло и медленно опустил ее ниже, касаясь ключиц, свободно проникая за лиф платья.

И только тогда, опомнившись и осмелев от злости, я снова ударила Крайнова и на этот раз угадила прямо в цель, точнее коленом в пах. Граф подавился воздухом, я торопливо спихнула его с себя и кубарем скатилась с кровати, к несчастью, еще и ударившись при этом головой об угол камода. Я зажмурилась от боли, коснулась затылка и удивленно вытаращилась на окровавленную ладонь. В полумраке кровь казалась почти черной.

— Черт бы тебя побрал, кажется, мне, определенно, нужно успокоиться: иначе я придушу тебя собственными руками!

Крайнов опомнился слишком быстро и грубо вздернул меня на ноги, а потом толкнул на кровать. Я застонала от новой боли, а граф отвернулся и потянулся куда-то. На мгновение я подумала, что он решил потушить свечу, но Крайнов схватился за бокал с вином, о существовании которого я почти забыла.

Он осушил его одним махом. Я испуганно следила за ним взглядом, но ничего не произошло. Граф достал из кармана брюк веревку и, оказавшись совсем рядом, схватил меня за запястья.

— Похоже с этого и следовало начать! — со вздохом искреннего раскаяния произнес он. — Хорошо, что ты совершенно не умеешь драться, Риана, иначе мне сегодня пришлось бы туго!

— Нет! — я громко закричала, но граф снова ударил меня по лицу.

Боль обожгла правую щеку, глаза наполнились влагой, а он уже ловко связывал мои руки над головой, обмотав края бечевки вокруг кованых прутьев спинки моей кровати.

— Стоило приготовить намного больше вина: если ты хотела задобрить меня, этого будет недостаточно! Я вот-вот сорвусь и сделаю тебе по-настоящему больно, а ведь я на самом деле вовсе этого не желаю! — заверил меня Крайнов, покончив с узлами на запястьях.

А дальше…треск рвущейся на груди ткани, мои жалобные всхлипы и блеск сумасшедших глаз графа.

— Тебе просто нужно сдаться! Когда ты поймешь, что сопротивляться бессмысленно, я развяжу твои руки! Я могу быть нежным, Риана, просто прекрати эту борьбу! Я все равно не остановлюсь!

Я упрямо качаю головой, напрасно тяну веревку, позволяя ей сильнее впиться в кожу. Крайнов сдергивает с меня платье, точнее то, что от него осталось, смотрит жадными глазами. Он торопливо пытается избавиться и от своей одежды, но замирает на месте: из его рта неожиданно вырывается сухой кашель, он хватается за горло и пытается сделать вдох, судороги сводят все его тело, и мужчина опускается на колени прямо перед кроватью.

— Граф? Константин? — испуганно переспрашиваю я.

— Что ты сделала? — не своим, слабым и хриплым голосом, шепчет он.

— Это не я… не я! — словно не в себе я повторяю эти слова еще несколько раз, отчаянно стараюсь освободить руки и, как жалкий ребенок, хнычу.

Крайнов заваливается на бок, тело продолжает сотрясать судорога, он хватается за сердце и пытается что-то сказать, смотрит мне в глаза дикими, злыми и безумными темными омутами.

— Помогите! Кто-нибудь! На помощь! — кричу изо всех сил, но никто не приходит, хотя я повторяю снова и снова и даже слышу чьи-то шаги совсем рядом, однако дверь все также затворена.

Взмокшие от пота и крови кисти наконец выскальзывают из веревок, и я переползаю к мужчине, который уже не может произнести ни единого звука. Его лицо казалось неестественно застывшим, а вдохи стали короткими и слабыми.

Шатаясь и едва удерживая равновесие, я сползла с кровати, нашла халат и кое-как натянула его на себя, потому что пальцы меня не слушались — было трудно и больно пошевелить кистями рук, и я потратила время, просто пытаясь повернуть ручку входной двери.

Помню, как сделала несколько шагов и наткнулась на Крайнова-старшего, я едва не рухнула перед ним на пол.

— Врача, — сухим сорванным голосом попросила я.

Удивленный моим видом, граф не сразу нашелся. Он бросился поддержать меня, но я отпрянула и уперлась лопатками в стену, отрицательно качая головой.

— Ваш сын, ему плохо! — наконец выдавила из себя, и только после этого Владимир Петрович оживился и почти бегом направился в мою спальню.

Я сползла по стене на пол, подтянула колени к груди и спрятала лицо за ладонями. Даже несмотря на гул и шум в моей голове, я понимала, что именно произошло; даже несмотря на проснувшуюся с новой силой боль, яростно ударяющую то по вискам, то по затылку, я точно знала, что совершила страшную, непоправимую ошибку.

Яд. Кэтрин дала мне яд, желая отомстить своему любовнику, а за одно и мне, ведь я теперь стала убийцей! Что дальше? Тюрьма? Суд? Виселица? Каторга?

Мир станет только лучше без него, но какова цена… Я закрыла глаза и наконец заставила себя глубоко вдохнуть… быть может, к этому все и шло? Я не позволила ему сломать меня, я защитила сестру и позаботилась о ее будущем, я больше никому и ничем не обязана, осталось только принять свою участь…

Часть 3. Глава 15

Я столько раз думала о том, где оступилась в первый раз, какой из моих поступков мог привести к таким последствиям, что именно я могла изменить, чтобы не оказать сейчас там, где я есть?