Сердце степи. Полёт над степью (СИ) - Иолич Ася - Страница 70

- Слушай, нас вчера перебили… Чем та история закончилась, с девушкой, которую под замок посадили?

Руан на миг наморщил брови, потом вспомнил.

- Ну нет, я слишком трезв для таких историй. И слишком стар, чтобы пить каждый день, - добавил он, поймав недвусмысленный взгляд Тагата.

- Чтоб я через двенадцать лет стал таким брюзгой! - Тагат изобразил отчаяние на лице. - С мастерством твоей жены ты можешь себе это позволить. Ну так что?

- Ни за что, - отчаянно пробормотал Руан. - Тебе меня не уговорить!

Бараний бок с густой подливой, отлично прожаренный, свежий и аппетитный, искушал одним своим видом.

- Ещё вон той, на рыбьих глазах, - гаркнул Руан, стукая стаканом об стол. - Хэй, Марух! Соланум пожарь! Жрать охота!

Подвал постепенно пустел. Тагат сыто откинулся на спинку древнего, судя по внешнему виду, стула и довольно цыкнул зубом.

- Если не смешивать, хорошо идёт, да? - подмигнул он Руану.

- Да что-то не пьянею, - пожал плечами Руан. - Оно и хорошо. Может, это зелье и вправду зоркость пробудит. И спокойнее на душе стало…

- Мир в душу не хмельное приносит, - хохотнул какой-то хасэг за соседним столом, явно перебравший крепкого пойла. - Вот мне рассказывал…

- Пасть заткни, - шикнул на него сосед. - Бельма пропил, что ли? Ты с кем кошму треплешь? Это люди Ул-хаса!

- Нет-нет, ува… жаемый, продолжай. - Тагат, неожиданно очень сильно пошатываясь, встал и побрёл к их столу. - Я как раз хо… чу обрести мир в душе… Видишь… ли…

- Не обессудь, господин, - развёл руками первый хасэг, рыгнув. - Я лишь слышал… И рад бы помочь…

Второй, на вид гораздо более трезвый, резко поднялся, бросил на стол несколько монет, уцепил приятеля за шиворот и потащил наверх под его гневное бормотание. Тагат развернулся и упругими шагами вернулся за стол.

- Надо найти источник этой заразы, - сказал он. - Аслэг не обрадуется новостям про двух покойников во рве. Видишь, что творится? Все наши люди получают от ворот поворот при попытке найти этот притон. Пойдём, обсудим наедине происходящее.

Руан оставил на столе несколько серебряных и вышел за Тагатом на свежий воздух.

- Мы могли бы попробовать узнать у Тура, - сказал он, оглядываясь в сторону воинского двора. - В прошлый раз мы обменяли этот дурман на его рассказ о произошедшем в ночь пира. У Бакана, полагаю, пытаться разузнать бессмысленно. Он с нами пить не будет.

- Насколько я понял, тот дурман взяли из книги, найденной во дворце. Если она принадлежит кому-то из тэкче, с ним мы сможем поболтать, в отличие от Бакана. Пойдём искать другой конец этой ниточки, союзник, - осклабился Тагат. - Съешь свой освежающий травяной шарик - и вперёд.

- И как ты так быстро трезвеешь, чёрт плосколицый, - пробормотал ему в спину Руан, шагая в сторону недодворца.

62. Кам.Мальчик с конюшни

Огонь в зеркалах, огонь в сердце. Габо убывала, дни прирастали, а с ними росло и ширилось тёмное внутри, оно распирало рёбра и давило в горле. Камайя сидела в кресле, серебряные птицы, вышитые на подоле, будто готовились вспорхнуть из-под кончиков пальцев. Отблески огня играли в кручёных серебряных нитях вышивки.

- Госпожа, к тебе пришли господа…

- Пусти, - громко перебила она Вирсат.

Аслэг вошёл, сердце заколотилось в горле. Камайя встала ему навстречу, заглядывая в тёмные глаза, потом кивнула Тагату и удивленно остановилась взглядом на Руане.

- Все вместе? - Она слегка встревоженно прищурилась. - Что произошло?

- Ничего. - Аслэг подошёл и осторожно взял её пальцы. - Не тревожься. Мас май, ты помнишь ту книгу с тайником? Тагата она заинтересовала. Откуда она у тебя?

Он склонил голову к плечу. Камайя молчала, потом отвернулась к огню. Сквозняк из двери доносил его запах, и щёки начало жечь, но вместе с этим она почувствовала кое-что ещё.

- Руан! - недоверчиво воскликнула она, шагая мимо Аслэга. - Ты что, опять сегодня…

- Аулун намешала мне зелье от… больных коленей, - быстро проговорил Руан, закидывая в рот шарик из сушёных листьев менты и лимонной цедры. - Вонючее, да?

- Очень, - скривилась Камайя и недвусмысленно глянула на него исподлобья.

- Камайя, книга, - напомнил Аслэг.

- Я поговорю с той служанкой, которая мне её принесла, а потом скажу тебе.

Аслэг внимательно глядел на неё, и Камайя опустила взгляд. Он протянул руку и пальцами поднял её подбородок. Она закрыла глаза.

- Вызови её сейчас, - сказал он. - Это важно.

- Я не могу, - пробормотала она. - Эта служанка под моей защитой. Я обещала не выдавать.

- Ей ничего не будет, - мягко сказал Тагат. - Я клянусь тебе, досточтимая. И Ул-хас тоже…

Он осёкся, потому что взгляд Ул-хаса был очень, очень тёмным.

- Не заговаривайся, - сказал Аслэг. - Ты забываешься. Я обещаю, что никакого наказания не последует, - повернулся он к Камайе. - Найди эту служанку сейчас.

Камайя покачала головой.

- Если это срочно, я найду её, но поговорю наедине. Подождите тут. Я сейчас вернусь.

Вирсат, стоявшая снаружи, провела её по галерейке в одну из пустых комнат, но на просьбу найти Чимре с сомнением покачала головой.

- Досточтимая, Чимре опасается приходить, когда рядом господа… Особенно Ул-хас.

- Это не займёт много времени, - пожала плечами Камайя. - Они остались в моих покоях. Я могу пойти с тобой… Мне всё равно, где беседовать.

- Ну что ты, госпожа, - испугалась Вирсат. - Оставайся тут… Я приведу Чимре.

Очаг в этой комнате давно не разжигали. Пыль лежала плотным слоем на предметах. Камайя ходила кругами мимо мебели, составленной к стене, и гадала, почему наложниц не расселят в такие вот пустующие покои. Интересно, какие комнаты выделят Нелхе после переезда сюда? Она представила, как юная хасэ в красном свадебном халате протягивает руку Аслэгу. Перед глазами почернело, но она усилием воли выпрямилась и заставила себя дышать. Это необходимо. Она не может бросить его в одиночестве.

- Госпожа! - Чимре вытянул шею, вглядываясь ей в лицо, потом подбежал и схватил за руку. - Что с тобой? Позвать лекарку?

- Нет. Нет. Чимре, та книга…

Снаружи послышались голоса, и Чимре распахнул глаза.

- Кто? - одними губами прошептал он.

- Тагат и Ул-хас, - быстро сказала Камайя, тыкая под кровать, накрытую плотной серой тканью.

- Что-то долго ты. Всё ещё не нашли служанку? - Аслэг зашёл в комнату, а за ним и Тагат. - Она что, сегодня в стойбище?

- Да, наверное, - сказала Камайя, закрывая рукой шею. - Ищут…

- А-ап-чхи! - раздалось из под кровати.

Тишина повисла над пыльными коврами. Взгляд Аслэга потяжелел, а Тагат закрыл глаза и медленно наклонил голову, хрустнув шеей.

- Что за дела? - спросил Аслэг, свирепея. - Лисица…

- Стамэ! - крикнула Камайя. - Ты обещал!

- А ну смотри на меня, - сказал он, поджимая губы и притягивая её за пояс халата. - Я спрашиваю, что за мутные дела за моей спиной?!

- Никаких мутных дел… Я не всё сказала… Аслэг! - задыхаясь, пробормотала Камайя. - Просто… мальчик с конюшни…

- Это я!

Голос Чимре был очень, очень звонким. Аслэг резко развернулся на него, и вокруг начала расползаться чернота.

- Это я. - Чимре задрал подбородок и поджал губы, искоса, из-под ресниц глядя на Аслэга и отряхивая халат от пыли. - Что, накажешь меня… досточтимый?

- Я обещал не наказывать, - процедил Аслэг. - Я верен обещаниям. Откуда у тебя книга? И что это за костюмированное представление?

- Книга - из комнат покойной Йерин. - Взгляд Чимре потемнел. - А что? - едко поинтересовался он.

- Значит, это ты лазишь в мою старую комнату? - прищурился Аслэг, задирая подбородок. - Тебе был неясен мой запрет? Почему ты лазишь по чужим покоям, хоть это запрещено?

- Потому что всем всё равно! - Чимре будто выплёвывал слова, и Камайя в ужасе метнулась между ним и Аслэгом. - Никому нет дела! Не делай вид, что тебе есть дело до того, куда я лазаю!