Механик (СИ) - Рузанова Ольга - Страница 57

Я больше не могу себе сопротивляться. Соскакиваю со стула и несусь к нему.

– Со мной? – заглядываю в глаза и усаживаюсь к нему на колени.

Совсем как раньше.

– Ну а с кем еще?..

Мое нутро трепещет от восторга. Эгоистично тут же забываю о Веронике и начинаю целовать его лицо.

– Аня–а–а… не смогу я без тебя!.. – забыв об ужине, жадно сжимает меня в объятиях, ловя ртом мои губы.

– И я… только ты…

– Подожди–ка… – сказав это, отклоняется в сторону и лезет в задний карман джинсов.

Достает оттуда два кольца и, положив их на стол, выбирает меньшее по размеру.

– Не снимай больше, – с этими словами надевает его на мой безымянный палец.

– Ты его сохранил… – шепчу потрясенно, – почему?!

– Не спрашивай, я и сам не знаю.

Кладет второе кольцо в мою ладонь и расправляет свои пальцы. Трясущимися руками кое–как надеваю кольцо и тут же прижимаюсь лицом к его шее.

– Я люблю тебя, – шепчу, шевеля губами по коже.

– Это взаимно, Принцесса…

Эпилог.

Матвей.

– Дядя Денис, сколько тебе лет? – накручивая на палец кончик светлого хвоста, спрашивает Марго.

Только этого мне не хватало…

Скрипнув зубами, направляюсь в сторону вальяжно развалившегося на моем диване Дена. Глядя на меня с победным видом, довольно ухмыляется. Засранец.

– Он слишком старый для тебя, доча. Подрастешь, мы тебе кого–нибудь посвежее найдем. 

– Он не старый, пап! Он взрослый!

Меня аж передергивает. Похоже, в фанклубе Дена пополнение.

– И у него сочная задница!.. – выпаливает она, но, увидев наши вытянувшиеся рожи, сразу дует губы, – так тетя Эля сказала…

– Так и сказала?! – друг тут же оживляется и весь, подобравшись, подается всем корпусом в сторону сидящей верхом на подлокотнике дивана Марго, – а что еще она обо мне говорила?

– Ден, завязывай! – рычу я.

– Да, подожди ты! – отмахивается он, – ну, так что, Ритуль?..

– Она сказала…

– Что?.. Что она сказала?..

Марго поднимает на меня нерешительный взгляд и спрашивает:

– Папочка, ты не будешь ругаться?..

– Не будет! – отвечает за меня Ден.

– Она сказала… что ты… мудак редкий…

– Редкостный… – пряча улыбку в кулак, поправляю я.

– Ну, да… так и сказала...

Ден, стиснув челюсти, откидывается на спинку дивана, а я присаживаюсь на корточки перед дочкой.

– Рит, ты же знаешь, что это плохие слова?

– Знаю, папочка, – невинно хлопая ресницами, сразу начинает ко мне подмазываться, – но дядя Денис обещал, что ты ругаться не будешь.

– Ты лучше сестрице своей объясни, что при детях выражаться нельзя, – подает он голос, – при чем тут Марго?

Объясню… Я, бл@дь, так объясню, что она месяц сидеть не сможет.

Хлопает входная дверь, и прихожая дома вмиг заполняется гамом, шумом и суетой.

– Что вспомнишь, то и…

– Заткнись… – цежу сквозь зубы и иду встречать сестру.

– Тетя Эля! – визжит Марго, с ходу на нее заскакивая.

– С Днем Рождения, егоза! – смеется та, целуя ее щеку, – принимай подарки!

Дверь снова открывается, и в дом входит высокий брюнет с кучей подарочных пакетов в руках.

– Это мне?! – прижав руки к груди, выдыхает дочка.

– Тебе – тебе… – приговаривает сестра, опуская ее на пол.

Вопросительно подняв бровь, смотрю Эле в глаза. Она не предупреждала, что будет не одна.

– Эмм… Это Славик…

Славик укладывает ношу на пол и протягивает мне руку.

– Вячеслав, – басит он.

– Матвей.

– Это мой друг, – поясняет Эля, расстегивая белую меховую безрукавку.

Что–то припоминаю. Кажется, она пару раз упоминала это имя, но тогда я не заострил на этом внимания. У нее этих друзей батальон.

– Здрасти, – доносится сзади, и все мы синхронно поворачивает туда головы.

В дверном проеме, подперев его плечом и сложив руки на груди, стоит Ден. Чернее тучи.

– А ты говорил, будут только свои, – бормочет Эля, скидывая кроссы.

Ее друг бодро марширует к моему другу, чтобы пожать тому руку.

Бедняга. Мне его даже немного жаль.

Ден с готовностью обхватывает ладонь Славика, и даже я слышу, как мелодично хрустят пальцы бедолаги.

Мысленно чертыхнувшись, иду на второй этаж за Аней.

Эта Санта–Барбара порядком задолбала. Пусть сами разбираются со своими «люблю – ненавижу», не маленькие уже. Три года уже друг другу нервы мотают. 

И как не жалко потерянного времени?! Сколько раз пытался с Деном поговорить, узнать, что у него в башке. Но тот смотрит на меня как баран и молчит.

Я семь лет просрал, и не думать об этом не получается. Семь лет, как в тумане. Годы адовой работы, чтобы доказать, что не хуже... что достоин...

Кому доказать?.. Зачем?.. Ласковой белокурой девочке? Ей мои успехи уже не нужны были. Она выбрала более достойного и давно уже была замужем.

С@ка!.. Я ведь поверил тогда ее матери! Когда приехал к их дому, чтобы с Принцессой встретиться. Повелся на ее провокации и в результате оказался в ИВС на пятнадцать суток. Вышел, приехал снова – и снова пятнадцать суток. 

Когда вышел в третий раз, узнал, что отец в реанимации. От обычной язвы на ноге пошла гангрена, нужна срочная операция по ампутации стопы. Бросив все дела, рванул к нему. К сожалению, одной операцией тогда не обошлось, через месяц пришлось ампутировать вторую. 

И вот как раз в промежуток между двумя операциями на порог квартиры явился курьер с документами на развод.

Она все–таки на это решилась. 

Решился и я. Поставил подпись и с головой погрузился в заботы об отце. Его болезнь не давала  сорваться, держала на плаву. Но, когда летом следующего года его не стало, я ушел в двухмесячный загул.

Вспоминать тошно.  Алкоголь ведрами, левые бабы и жуткое похмелье. Если бы не сестра, не знаю, сколько бы я еще барахтался в этом дерьме. 

Вероника появилась много позже. Когда мы с Денисом запустили первых два комплекса. Ее подружка Дена привела специально со мной познакомить.

Познакомились. Красивая девчонка. Не дура и не шалава. В общении приятная. Как–то незаметно стала часто появляться на наших тусовках. Так же незаметно мы сблизились, сначала долго общались, как друзья. Она познакомила меня со своим отцом. Дельный мужик, грамотный. Он и помог мне тогда выдернуть свои деньги из убыточного проекта и заключить эксклюзивный контракт на поставку немецкого оборудования для наших комплексов.

После этого мы с Вероникой еще год были не более, чем друзьями, а потом я сам предложил ей встречаться и уже через два месяца сделал предложение. 

Торопился?.. Тогда мне так не казалось. Она мне нравилась. Я созрел для семьи, а она полностью устраивала в качестве моей будущей жены.

Страсть?.. Любовь до помутнения рассудка?.. Спасибо, наелся досыта!

К тому времени я уже успокоился, почти забыл, как это, когда в груди от одной только мысли о ней, будто нож проворачивается и от ненависти руки сами в кулаки сжимаются.

Даже счастлив был. До поры до времени...

До того момента, пока не увидел ее всю такую деловую, гордую в ее крохотном кабинете.

Не, не увидел... Запах ее почувствовал, едва только она в него вошла.

Бл@дь... в меня будто груженный самосвал на скорости влетел. Вот, что я почувствовал... и, с@ка, злость на свою реакцию на эту стерву.

А потом, когда Марго увидел, узнал, что никакого аборта и свадьбы с Коганам не было, выяснил, что причиной поступка Ани стал случай с Аллой, о котором я и думал забыл, меня нехило бомбануло.

Нас обоих...

Держался, как мог... Чувство вины перед Вероникой и ее ежедневные слезы держали...

Не удержали...

Переломный момент наступил тогда, когда в ресторане увидел, как Принцессу посторонний мужик за руку держит. Прикасается к ней и в глаза, тварь, заглядывает.

Это же, если она замуж выйдет, мне потом всю жизнь наблюдать?! Терпеть какого–то хмыря рядом с моей Анькой и дочкой?! Представлять, как ночами они...