Остаться до рассвета (СИ) - Предгорная Арина - Страница 73

Он спрятал сосуды с кристалликами обратно.

— Выходит, тебе нельзя отказывать просителям…

— Я не всегда отказывал. Был период, когда в освобождение от всего этого верилось, и я хватался за всё, и старался не думать о том, какую плату требует пропасть. Да…цену я со временем начал… корректировать. Однажды мне пришлось забрать пятнадцать лет жизни одного человека, чтобы спасти жизнь второго. Не смотри так, Элге, чужие годы не продлевают мою жизнь, я ничего с этого не имею и не хочу иметь.

— Пятнадцать лет — даже для мага-долгожителя много… Он согласился?

Ар кивнул, невидяще глядя в стену.

— Он знал, на что идёт. И нам удалось вытащить почти ушедшего за грань, а его жизнь очень ценна. Они, к слову, стали добрыми друзьями и прекрасно ладят до сих пор. Лет двадцать прошло.

Элге смотрела на него во все глаза.

— Ты вот так…всё про всех знаешь?

Он усмехнулся, выбрался из-за стола и снял с крючка свою куртку. Миг — и широкая спина скрылась за дверью. Когда девушка торопливо выскочила следом — Ара уже и след простыл.

Её желание помочь, не озвученное, скрываемое, для него было более чем заметным, осязаемым. Элге не знакома с этой стороной магии, он видел, как испугалась она самого первого проявления, как смотрела, но при этом… Не отвернулась, не стала считать чудовищем. Вот — варила кофе, какой он впервые попробовал много лет назад, до существования в лесу, в одной неприметной скромной кофейне, с иноземцем-хозяином, чьё лицо напоминало печёную картофелину, глаза блестели маслинками, а в широкой улыбке не хватало пары зубов. Думала о его, аровых, шрамах, совершив сумасбродную вылазку к оврагам — как-то ведь вычислила, что нужные ей деревья растут там, а он и сам этого не помнил… Надежду на возвращение к себе-прежнему девчонкино желание не дарило, но согревало тоненьким лучиком тепла.

Глава 30. Часть 1

Виррис просматривала письма, сложенные на подносе. Брала конверт, плавно проводила над ним ладонью, и он раскрывался, как лепестки цветка, отдавая ей надушенный сложенный лист бумаги. Бьорд стоял в дверях, далеко, но приторный запах слышал и отсюда. Весь день лелеял смутную надежду освободиться пораньше и позвать Вир на прогулку. Она почти никогда не соглашалась, только на официальные выходы, но сегодня как никогда воздух пах весной, снег растаял, уступив место весело журчащим ручейкам, а солнце долго не хотело уходить с небосклона. Но заботы снова поглотили без остатка, а она утром так и не сказала, что ждёт его возвращения, а теперь за окнами совсем темно, и надеяться можно только на совместный ужин.

— Есть что-нибудь интересное?

Его жена подняла голову; так и не привыкла к его бесшумным появлениям.

— Леаворская аристократия снова вспомнила о вашем существовании, — ядовито произнесла она и помахала последним письмом. — Ритмеры будут счастливы принять нас завтра. Норейны — на будущей неделе.

Муж неопределённо шевельнул бровями.

— Ритмерам напишите, что с радостью… Завтра? А какой завтра день? Кажется, у меня лекция в старших классах…

— Выходной, Бьорд, — сердито подсказала девушка. — А Норейны сделали приписку, что на ужин приглашён и королевский советник, лорд Форриль.

— Как мило. Что ж, раз лорд не стесняется предавать огласке разрыв наших деловых отношений, то я, пожалуй, не постесняюсь к ним заглянуть. Составите компанию, дорогая супруга?

— Не горю желанием, — честно ответила Виррис, безошибочно выудив из горки просмотренных сообщений нужное. — У леди Норейн ужасный визгливый голос, и она в моём присутствии в кондитерской на Каменной площади говорила своей приятельнице, что вам нельзя доверять жизни детей. Что свою дочь, которой почти шестнадцать, она ни за что не определит учиться в вашу Школу, а рассматривает калларскую академию.

Восемнадцать учеников забрали из Леаворской Школы. Некоторые из них очень не хотели переводиться в другие учебные заведения, сопротивлялись родительской воле как могли. Виррис бледнела, а он успокаивал: всё наладится, убытки не катастрофичны.

Бьорд повёл носом. От письма в руках жены пахло не менее гадко: розами и сладкой карамелью.

— Тем не менее не я написал леди с просьбой о визите, — улыбнулся он прохладной улыбкой. — И, если это не пятница, то приглашение можно принять. Вир…Виррис?

— Странное дело, — хмуря изящные брови, продолжала девушка, а рука между тем выводила на листе уверенные строчки. — Из всех приёмов, на которых мне довелось побывать в новом статусе, больше всего понравился вечер у Эосов.

— Сона умеет создавать душевную атмосферу, — мягко согласился Зоратт. — И случайных гостей у неё не бывает, она заботится о том, чтобы люди чувствовали себя легко и комфортно. И Сону вы всегда можете позвать к нам, в любой момент. Я рад вашей дружбе. И очень признателен вам.

— За что? — не поняла его жена.

Сложила письмо в тот же конверт, щёлкнула пальцами, запечатывая его, и оно выпорхнуло из комнаты. Бьорд же смотрел на кольцо с аквамарином, сверкавшим на её руке.

— Ваша поддержка очень помогала все эти непростые дни. Я знаю, что вы ездили в министерство, и что заставили дать опровержение в одной из газет, и как защищали…

От его взгляда, нежного и пронзительного, хотелось спрятаться. Виррис заставила себя держать спину ровно.

— Это естественно: мне небезразлична ваша репутация. Как идут поиски нового жилья для Элге?

— Присмотрел два варианта, веду переговоры об аренде. Не сам, как вы понимаете… Я обязательно поделюсь с вами итоговым выбором, — пообещал муж. — И сделаю всё, чтобы вы смогли навещать её.

— Я надеюсь, совсем скоро Элге получит то, к чему так стремилась. Лишь бы это не принесло ей новые разочарования, — вздохнула Виррис.

— Могу ошибаться, но мне кажется, большее разочарование, чем Мад Форриль, в жизни вашей сестры представить трудно.

Виррис быстро написала второй ответ и отправила источающее излишнюю сладость послание восвояси. Несколько писем, адресованных мужу, отложила отдельно.

— А ещё напоминаю вам об одном обещании, — её тон был строгим, а улыбка, что само по себе редкость на её лице — мягкой, почти нежной. — Сегодня никакой работы. Я заметила, вы любите засиживаться допоздна со своими бесконечными бумагами. Но не сегодня, Бьорд.

— Что же вы мне предлагаете вместо..? — он шагнул ближе, окунулся в нежный малиновый аромат.

— Отдых, — напомнила Виррис. — Вы всё еще неважно выглядите, вам нужен сон. Самое гадкое позади, остальное понемногу выправится. Разрешите себе вечер безделья. Ужин подадут через четверть часа, вашему лакею я велела приготовить для вас купальню и выдала флакон со снадобьем от моей сестры — там состав трав, помогающий снять усталость, расслабиться. А потом спать, господин Зоратт.

«А ты..?» — едва не ляпнул он, любуясь непривычно ласковым выражением лица, мерцающими золотинками в карих глазах.

— Ещё я хотела провести вам примерку, но это может подождать до завтра. У вас ведь выходной?

— Если не считать приглашения от Ритмеров.

— К Ритмерам вечером, — отмахнулась Вир. — Я…разделяю ваше нежелание посещать сейчас приёмы. Ещё совсем недавно двери нескольких домов были закрыты перед вами, и вот теперь…как будто ничего не было, и вы снова желанный гость.

— Мы поедем, — согласился Бьорд, морщась, словно приходилось подписывать долговую расписку. — И…мне очень приятна ваша забота, Виррис. Не скрою, я предпочёл бы, чтобы ту воду для купания подготовили лично вы, но и за это — спасибо.

… Лорд Тивис Форриль приглашение четы Норейнов в самой вежливой форме отклонил.

Глава 30. Часть 2

Надежды на то, что развод состоится до конца первого весеннего месяца, не оправдались. Элге каждый день прислушивалась, не раздастся ли мелодичное оповещение распознавателя личности, но пластинка из розового опала оставалась немой. Лес оживал: звонкими трелями птиц, набухающим почками, осторожно проклёвывающимися первоцветами. Ещё немного — и покроется нежной акварельной листвой, и воздух наполнится ароматами, от каждого вдоха-глотка которых кружится голова, а самые несбыточные мечты кажутся близкими и реальными.