Мой любимый «негодяй» - Джануэй Айрис - Страница 7

– Мне и самой надо разобраться. Боюсь, я пошвыряла в чемодан все, что попалось под руку.

– Если что-то нужно отгладить, отдайте Жилю. – Робер поднялся. – Я распорядился, чтобы мебель у Дэниэла начали выносить. Все будет готово к нашему возвращению.

Разложив вещи мальчика, Шарлиз занялась своими, что не заняло у нее много времени. Вряд ли ее одежда смогла бы заполнить громадную гардеробную позади ванной комнаты, да ей и не требовалось такое количество нарядов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Чемодан опустел, все ее немудреные пожитки были разложены на кровати. Среди книжек Дэнни и ее мелких вещей вдруг обнаружился бумажник из тонкой марокканской кожи. Вспомнив ярость Робера на таможне, когда она потребовала свой паспорт, Шарлиз улыбнулась. Пожалуй, хватит его третировать. Она не сможет ничего изменить своими постоянными нападками и придирками, каждый останется при своем.

Она вынула паспорт, чтобы вернуть бумажник Роберу, и увидела, что по ошибке он отдал ей паспорт Дэнни. Машинально раскрыла его и прочитала, не веря своим глазам: Овернуа Дэниэл Ален. Пол мужской. Гражданство США.

Гражданин США! Робер провел ее, как девчонку. Он не мог вывезти мальчика без ее согласия, вот и наплел ей с три короба. Потому они и сорвались с места с такой скоростью – чтобы она не успела опомниться и все как следует проверить.

Глаза Шарлиз пылали голубым пламенем. Робер сильно ошибается, если думает, что это сойдет ему с рук. На первом же самолете они улетят обратно в Штаты!

Оставив Дэнни играть, Шарлиз выбежала из спальни. Робера она нашла в кабинете. Он улыбался ровно до того момента, пока не догадался, что ее пылающие щеки и сердитый взгляд возвещают о начале сражения.

– Что-то случилось?

– По вашим меркам – все в порядке. Для вас ведь все средства хороши! А на людей вам плевать. Господи, как же вы можете так жить?

– Может, объясните, что я сделал не так? Она с размаху хлопнула паспорт на стол.

– Вы дали мне это по ошибке. Дэнни – гражданин США! Вы что, думали, я никогда не узнаю?

– Скажем так, я не думал, что вы узнаете об этом так скоро.

– И это все?! Ни извинений, ни стыда?!

– Я действовал в интересах Дэниэла. Я могу обеспечить ему лучшее и более безопасное будущее, чем вы.

– Вы ошибаетесь, но я не собираюсь вас разубеждать. Мы отправляемся домой. Если вы попытаетесь остановить меня, я обращусь в посольство США и расскажу, что вы вывезли нас обманным путем.

– Я обманул вас насчет гражданства Дэниэла, но ни в отношении моих прав на мальчика. Ваш посол будет бессилен. Это дело будет слушаться в суде. Французском суде.

Мысль Робера была вполне ясна: Овернуа богаты и влиятельны. Решение суда будет в их пользу. Шарлиз чувствовала себя зверьком, попавшим в западню. Она мрачно посмотрела на паспорт, лежавший на столе, и ее осенило. Завтра рано утром Робер уйдет на работу. Она возьмет этот паспорт и обыщет здесь все, но найдет свои документы. Затем вместе с Дэнни они уедут в аэропорт и первым же рейсом улетят домой.

Словно прочитав ее мысли, Робер взял паспорт и убрал его в карман.

– Мне жаль, что так получилось, но вы не оставили мне выбора. Кстати, я рад, что все открылось. Теперь между нами не осталось недоговоренностей.

– И вы думаете, я вам поверю? Едва Дэнни привыкнет к вам, вы вышвырнете меня вон и не позволите увидеться с ним.

– Я вовсе не демон. Я вижу, как вы его любите и заботитесь о нем. Я хочу только одного: чтобы со временем вы смогли понять и меня.

Шарлиз отчетливо поняла: либо она пойдет на компромисс, либо потеряет мальчика навсегда. С большим трудом она смогла произнести:

– Я помогу Дэнни привыкнуть к вам. Я не собираюсь препятствовать вам подружиться с мальчиком, мы оба хотим ему только добра. Почему бы нам не прийти к соглашению? Может быть, он будет приезжать к вам погостить каждый год, скажем, на месяц?

– Это невозможно.

Никто и не думал, что будет легко.

– Тогда, возможно, он мог бы жить по полгода с вами и со мной… – ей нужна хоть одна уступка, чтобы увезти его домой!

– Нельзя перебрасывать маленького мальчика туда-сюда, словно мячик в пинг-понге. Ему нужен дом, ему нужны те, кто заменит ему родителей.

– К несчастью, это невозможно.

– Не всегда. Послушайте, вы не оставите своих попыток забрать у меня Дэнни насовсем, я не перестану вам препятствовать, борьба затянется на годы, и для мальчика это будет очень нелегко.

– Согласна, так что же нам делать? – Ее голос прозвучал почти беспомощно.

– Мы могли бы пожениться. Исключительно для виду, – поспешно добавил он, видя ее изумление.

– Это что, неудачная шутка?

– Отнюдь. Это помогло бы разрешить наш конфликт – разумеется, если вас никто не ждет на родине.

– Да нет, никто меня там не…

– Вот и прекрасно. Мы поженимся, и Дэниэл обретет двух родителей, одинаково заботящихся о нем. Вместо того, чтобы сражаться за него, мы вместе его вырастим.

– Я просто ушам своим не верю. Вы предлагаете мне расстаться с независимостью, с прошлой жизнью, с работой только для того, чтобы облегчить вашу жизнь!

– Я сомневаюсь, что даже настоящее замужество способно ограничить вашу независимость, – сухо заметил Робер. – Вы сможете по-прежнему делать все, что вам заблагорассудится. Единственное, чем вы пожертвуете, это жалкое жилье и не менее жалкая работа. В качестве моей жены вы сможете ни в чем себе не отказывать. Все ваши счета будут оплачиваться, и вам будет назначено ежемесячное содержание.

– Для такого рода женщин есть много имен. И содержанка – самое приличное из них, – сардонически усмехнулась Шарлиз.

– Есть два принципиальных отличия. Во-первых, вы официально становитесь моей женой. Во-вторых, в отличие от содержанки, вы ничем не будете расплачиваться, иными словами, никакого секса.

– Это и так ясно. Об этом я даже и не думала.

Наглая ложь. Думала, да еще как думала! А какая женщина способна удержаться от таких мыслей при виде этого великолепного мускулистого тела?

– Зря. Думаю, я не разочаровал бы вас… – его взгляд становился все более чувственным, скользя по всей ее точеной фигурке.

– Думаю, у вас не будет случая это доказать, – резко оборвала его Шарлиз. Еще чего не хватало! Такого шанса она ему не даст.

– Глупенькая маленькая Шарлиз, – бархатный голос проникал в самую душу. – Разве вы не знаете, как опасно отвергать мужчину? Это заставляет его доказывать свою мужскую состоятельность всеми средствами.

В ту же секунду глаза Робера стали глазами голодного тигра. А еще через мгновение он заговорил совершенно обычным голосом:

– Шучу, конечно. Это только осложнит наши отношения. Поэтому я обещаю соблюдать правила нашего соглашения.

– Но мы его еще не заключили!

Опять он пытается сломить ее неожиданным натиском. Но такое предложение гораздо серьезнее путешествия за океан.

– Меня вполне устраивала моя жизнь, пока в ней не появились вы. Вы же ничего обо мне не знаете. Да, работа жалкая, но ведь это только начало! Я должна была постичь самые азы швейного производства.

– Вы хотите этим заниматься всю жизнь?

– Нет, я собираюсь стать модельером. Но для этого надо знать больше, гораздо больше. Я училась. Я надеялась, что, поднабрав опыта, смогу предложить свои модели на своей же фабрике…

Зачем она ему это говорит? Ему же нет до этого никакого дела.

Робер задумчиво посмотрел на нее.

– Хотите услышать мнение профессионала?

– Кого вы имеете в виду?

Глаза Шарлиз изумленно расширились, когда Робер назвал имя известного кутюрье.

– Он выскажет свое мнение и посоветует, с чего лучше начать.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Нахлынувшая волна надежды заставила сердце Шарлиз биться сильнее. О подобной удаче она и не мечтала. Если такой известный человек выскажет свое мнение, это можно считать началом карьеры!

Робер в изумлении смотрел в эти сияющие глаза, на полураскрытые в восхищении нежные губы. Если простая радость способна вызвать в ней такой отклик, как же отзовется она на ласки опытного мужчины, способного доставить ей истинное наслаждение?