В погоне за мечтой (СИ) - Скиф Александра - Страница 25

— Я, принцесса Королевства Стальных Клинков Арабелла Шергонская принимаю твою присягу, Александрин Крофордский, — произнесла я, и мое запястье обожгло магией. В следующую секунду на нем появилась небольшая золотая звезда, означающая, что у меня есть подданный, принесший присягу верности на крови. С этой секунды Алекс стал мои сателлитом. По этому знаку я всегда смогу с ним связаться, послать сигнал или узнать, где он находится, а он сможет мне ответить, дотронувшись до отметки с моим родовым гербом. Вместе с тем, сателлит никогда не сможет противиться моему прямому приказу, и не сможет игнорировать мои распоряжения.

Испокон веков сателлиты были самыми верными соратниками и преданными друзьями правителей, и пользовались они особыми привилегиями. Они становились советниками или занимали иные высокопоставленные должности, так как более надежных драконов невозможно было найти. При этом, все распоряжения сателлитов обязательны для подданных, как если бы они исходили от самого правителя. Стать сателлитом это как большая честь, так и обязанность, не каждый решится на такой шаг.

Алекс всегда был моим другом, но то, что он сделал сейчас, было больше, чем дружба, он решил идти за мной до конца, и какие бы цели я не преследовала, он будет рядом. Это было настолько неожиданно, что я никак не могла отойти от произошедшего.

Но каким же было мое удивление, когда после Алекса вышел Фестер и произнес ту же клятву, что и мой друг.

— Фестер, ты знаешь меня всего один день, уверен, что хочешь стать моим сателлитом? — недоверчиво произнесла я.

— Белла, ты принцесса моего Королевства, это ты знаешь меня всего один день, а я слышал о тебе всю свою жизнь. Но то, что я увидел сегодня, показало, что слухи даже на половину не передают истину. Меня всегда учили, что характер дракона раскрывается в сражении. И твой характер я увидел только что. Поверь, мне с неба было все хорошо видно. Ты вела себя в бою, как взрослый воин, а не избалованная принцесса. Я согласен с Алексом, ты достойна стать королевой наших земель. Я с тобой до конца, чтобы ты ни задумала. Прими присягу, моя принцесса.

Я приняла присягу. Теперь у меня два сателлита. Но стоило Фестеру вернуться на свое место, вперед вышел Освальд, и повторил слова клятвы.

— Ты на самом деле хочешь стать моим сателлитом? Осознаешь всю ответственность своего решения? Мое право на престол не признано императором, и не факт, что я добьюсь этого признания, — сказала я, внимательно наблюдая за парнем, приклонившим передо мной колено.

— С той минуты, как я увидел тебя сегодня, я понял, что буду защищать тебя всегда, понадобиться, то ценой своей жизни. Я хочу стать твоим сателлитом, и мне не важно, станешь ли ты королевой или нет, я с тобой до конца, Арабелла Шергонская.

Мне ничего не оставалось кроме как принять присягу на крови. После Освальда мне присягнул Ирвин, за ним Гордон и все двенадцать гвардейцев. Последним клятву верности произнес Эдвин Нарийский. Все, как один, подтвердили, что отдают отчет в принятом ими решении и искренне желают стать моими сателлитами.

На тыльной стороне запястья у меня появилось тринадцать золотых звезд, которые связывали меня с гвардейцами, присягнувшими мне на верность. Я никогда не слышала, чтобы сателлиты появлялись у принцев или принцесс правящих династий, только правители могли похвастаться такими драконами. У моего отца было шесть сателлитов, у императора десять, а у меня за одну ночь их стало тринадцать! И их не смутило, что мои права на престол не подтверждены, и я могу так и не стать королевой Стальных Клинков. Они согласились идти за мной до конца. И это при том, что мы познакомились с ними часов пятнадцать-шестнадцать назад, они меня практически не знают, но поверили в мои силы, и решили поддержать. Глаза защипало от слез, настолько меня тронул поступок гвардейцев.

— В свою очередь я обещаю каждому из вас, что освобожу от клятвы верности по первому требованию, — твердо сказала я своим сателлитам, но ответом мне стали упрямые взгляды драконов, в которых читалось, что никто не попросит об этом.

Глава 21

Арабелла

Уже наступило утро, когда я вернулась на свой пост в будку. Стоило мне присесть, в кресло, чтобы приступить к наблюдению за голограммами, транслирующими территорию отряда номер десять, как я почувствовала немыслимую усталость.

Перед тем, как вернутся на пост, я сходила к Нэнси, чтобы убедится, что она в порядке. Драконица была невредима, но вот трясло ее знатно. Она не умела сражаться, и магией практически не владела, а, значит, ей здесь совсем не место. Я уже была готова нарушить приказ отца и отослать няню обратно во дворец, но Эдвин нашел выход из положения. Он отдал Нэнси портальный артефакт, благодаря которому она сможет в любой момент переместиться из расположения отряда номер десять.

— Нэнси, — строго сказал Эдвин. — В следующий раз, как только услышишь сигнал тревоги, ты должна послать импульс магии в этот артефакт, и он переместит тебя во дворец короля. Артефакт рассчитан только на одного дракона, и не вздумай его некому передавать. Этот артефакт связан с моим, и как только в расположении станет безопасно, я пошлю магический импульс, и твой станет теплым. Тебе останется только активировать его, и вернутся обратно. Никто не должен знать о существовании этого артефакта, поэтому ты будешь перемещаться в свою комнату во дворце, из которой выходить я тебе настоятельно не советую, чтобы избежать кучу ненужных вопросов. Все ясно? — спросил командир, и Нэнси благодарно кивнула, тут же надевая артефакт на шею.

Когда ситуация с моей няней прояснилась, я вернулась к патрулированию. Несмотря на проведенную военную операцию, я сегодня несла дежурство, и отдых мне положен только после сдачи поста.

Развалившись в удобном кожаном кресле, я позволила себе на секунду расслабиться. Мышцы гудели от напряжения после сражения, а все внутри сдавливало от любовной привязки, которая никак не желала оставлять меня в покое. Каждую секунду я хотела обратиться драконом и лететь к Адриану, вся моя сущность желала этого, но я только скрипнула зубами, запретив себе даже думать об этом. Мне необходимо было отрешится от всего. Я прикрыла глаза, собираясь пару минут отдохнуть, но стоило мне это сделать, как осознание произошедшего сегодня навалилось на меня тяжким грузом. Я стала убийцей, собственноручно убила дракона, а затем испепелила около десятка отступников.

Когда убиваешь с помощью магии, с последним вздохов жертвы, все чувства умирающего, передаются тому, кто убивает. Происходит так называемый откат смерти. Именно поэтому почти все предпочитают убивать другим способом, не связанным с магией. Слишком мучительно и болезненно ощущать предсмертную агонию своего врага.

Убивая магией, я чувствовала боль отступников перед смертью, но по какой-то причине меня это не волновало. Я спокойно терпела страдания умирающих, как будто мой порог боли был намного выше, чем их.

Когда Уолтер учил меня драться, он готовил и к тому, что в ходе сражения я могу убить противника. Я знала, как убивать, знала, куда надо бить, чтобы сразить противника одним ударом. Но никогда не думала, что убить придется, уже сраженного дракона. У меня перед глазами то и дело вставало лицо поверженного дракона. Того, которого я убила мечом, того, кто лежал у меня в ногах и ничем не мог отразить мой удар. Он проиграл, но оставлять его в живых было опасно.

В ту секунду я сделал выбор, и убила отступника, а затем убивать стало легко. Кто бы мог подумать, но убить мечом мне было намного тяжелее, чем магией.

В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, ко мне в будку ввалилось пять гвардейцев: Алекс, Фестер, Освальд, Ирвин и Гордон. Вот же дьявол, я настолько погрузилась в свои мысли, что перестала следить за голограммами, сидела с закрытыми глазами, и не заметила, как ко мне на пост пришли пять гвардейцев. Хороший же из меня патрульный!

— Решили составить тебе компанию, — сказал Фестер.