Власть книжного червя. Том 1 (ЛП) - Kazuki Miya - Страница 122

— …Эй, Лютц. Что такое день Земли?

— Что?! Что ты хочешь сказать… день земли это… день Земли, верно?

Поскольку кажется, что Лютц не может объяснить это, он передает ответсвенность за объяснения Бенно. Бенно вздохнул, потом принялся объяснять.

— Это названия дней, которые постоянно меняются. День воды, день ростков, день огня, день листьев, день ветра, день фруктов и день Земли, вы же это знаете?

Ха?х "Вы же это знаете” сказал он, но на самом деле нет. Буквально в первый раз я услышала это. Эти дни недели?

— Весна — это сезон воды, когда тает снег и начинают расти ростки. Лето — сезон огня, когда ближе всего солнце и растут листья. Осень — сезон ветра, когда дует холодный воздух и созревают плоды. Зима — это время года земли, когда вся жизнь спит. Вот почему день земли — это день отдыха, когда все мы закрываем магазины.

Тогда день земли — это воскресенье. Поняла. Поскольку у моей матери были выходные с фиксированными интервалами, я знала, что концепция дней в неделе технически существовала, но поскольку в моем доме не было календарей, а у моего отца плавающий график, и никто никогда не упоминал ни одного дня по его названию, поэтому я просто не знала их. Итак, дни недели имеют названия? Идеально.

— Ха, — сказал Лютц, — я этого не знал. Я знал названия, но не знала, что они значат.

— Такое обсуждение происходит во время крещения. Церемонии крещения для каждого сезона происходят в первый день этого же сезона, поэтому зимняя церемония проходит в день Земли.

— А, понятно.

Поскольку нет ни дней вывоза мусора, ни календарей, средний рабочий человек в своей повседневной жизни не должен знать ни о каком другом дне, кроме своего еженедельного выходного. Если такая тема вообще не поднимется, то вы можете жить своей жизнью, не задумываясь об этом.

Даже когда мы договариваемся с людьми, нам не нужно ничего использовать, кроме того, чтобы сказать, через сколько дней в будущем это произойдет. Возможно, предпочтительнее ориентироваться по дням недели, потому что так легче понять обеим сторонам? Из того, что говорит Бенно, кажется, что это имеет в первую очередь религиозное значение. Однако, узнав больше об этом предмете, мне немного стало неудобно, поэтому я подумала, что не должно стать проблемой, если я просто оставлю в стороне эту тему на данный момент.

— Хватит уже говорить про названия дней. Может уже закончим наши расчеты?

— Конечно, обычно это не особо полезная информация.

Мы завершили сделку. Я взяла деньги, которые я должна была Тори и моей маме в средних медных монетах, их я положила в свой кошелек, который затем убрала обратно в свою сумку. Что касается остальных денег, я прикоснулась своей карточкой к карточке Бенно, чтобы добавить эти деньги к моим сбережениям.

— Есть еще кое-что, о чем я хотел бы с тобой поговорить.

Пока я собирала вещи, чтобы уйти, так как наши дела были уже закончены, и я не хотела мешать работе Бенно, он схватил меня за руку, чтобы остановить меня.

— Ты придумала какие-нибудь идеи нового продукта? Вы же об этом говорили по дороге сюда, верно?

Я понятия не имею, как долго он подслушивал наш разговор, но, судя по тому, что его глаза были полны ожиданий, я поняла, что это именно он разжег внезапную страсть Лютца к новым идеям.

… Ну, мне же нужны деньги, так что это не такая уж и большая проблема.

В течение последних нескольких дней, пожиратель неуклонно становился более беспокойным, и его укрощение стало занимать больше времени и было более изнурительным с каждым разом. Чтобы быть совершенно честной, я не могу быть уверена, что мое тело выдержит такие нагрузки достаточно долго, чтобы я успела накопить достаточно денег на лечение. У меня нет реальной причины открыто говорить что-то настолько пессимистичное, поэтому я пожала плечами и решила подыграть.

— Мистер Бенно, вы можете придумать что-нибудь, что можно будет продать за большие деньги? Я думаю, что, если вы хотите заработать много денег, нужно будет продавать что-то необычное или дорогой расходный материал высшему сословию.

— Конечно, это хорошее начало, — сказал он, кивая с намеком на кривую улыбку.

— Если я буду продавать что-то необычное, — продолжила я, — то оно потеряет весь смысл, как только у всех оно будет, то есть оно перестанет быть необычным, но если кто-то будет использует это что-то как расходный материал, то это означает, что они должны будут покупать его снова и снова, так что на этом вы всегда сможете зарабатывать деньги…Сейчас же, рассуждая таким образом, я вспомнила о риншаме, вы, вероятно, заработаете на нем много денег, не так ли?

— Да, можно и так сказать.

Все доходы от риншама принадлежат исключительно Бенно, так что он сказал это с широкой, уверенной улыбкой. Кстати, качественный риншам тоже вскоре должен быть уже сделан, поэтому он должен начать продавать его в ближайшее время. Если я смогу придумать что-то вроде риншама, я думаю, что смогу заработать немного денег.

— Моя интуиция подсказывает мне, что, возможно, я должна придумать как можно больше товаров для красоток? Нельзя недооценивать страсть женщины, заботящейся о своей красоте.

Косметика дорогая. Несмотря на то, что она дорогая, есть много женщин, которые ищут продукты, которые им подходят, и будут безоговорочно тратиться на любой товар, который сможет сделать их еще красивее. Я думаю, что знать и высшее сословие особенно будут готовы раскошелиться на эффективные продукты. Бенно, возможно, имея точно такую же идею, как и я, смотрел на меня сверкающими глазами, наклоняясь вперед по столу с предвкушением.

— О чем ты только что подумала?

— Эммм… лично я хочу высококачественное, хорошо пахнущее мыло. После этого, поскольку большое количество используется зимой, я думаю, что свечи, которые будут иметь разнообразный аромат, станут, быть может, довольно популярными? Я чувствую, что свечи с травами, которые я сделала на прошлой неделе, станут достойным товаром. А еще, что мне сейчас не сильно нужно, но, я думаю, что будет солидный спрос на какой-нибудь лосьон для лица.

Пока мне эти вещи приходили на ум, я считала их на пальцах, и вскоре я смогла перечислить несколько вещей, которые могут быть достойными продуктами в продаже. Глаза Лютца тоже засияли, когда он посмотрел на меня.

— Эй, Мэн, — сказал он, — ты же наешь, как делать все эти вещи?

— Эммм, я знаю достаточно, чтобы начать. Это как с бумагой, получение сырья и инструментов потребует большое усилие, и будет много проб и ошибок, чтобы устранить мелкие детали…

— Хорошо, дайте ей попробовать! — сказал Бенно, широко улыбаясь и указывая прямо на меня. Это лицо купца уже рассчитавшего прибыль в голове.

Я пробормотала себе что-то про подсчет цыплят перед тем, как они вылупятся, дотрагиваясь до моего виска.

— Мистер Бенно, — вздохнула я, — очень легко сказать “дайте ей попробовать”, но это уже будет все весной, и я не знаю, смогу ли я даже выйти из дома к тому моменту, и тогда… что?!

Честно говоря, смогу ли я продержаться до весны? Есть ведь шанс, верно? В тот момент, пока мысли формировались в моей голове, плотная печать внутри меня разорвалась, широко распахивая выход и раскаленная лихорадка пожирателя освободилась. Оно горело во мне, как пылающий огненный столп. Я не могу схватить его и запечатать, как обычно, и в столь короткие моменты паники, замешательства он стал рвать и метать, поглощая все мое тело.

— Эй, Мэйн! — закричал Лютц, заметив эту внезапную катастрофу. Он встал, его выражение лица поменялось в одно мгновение.

Я не могу вложить силу в свои конечности и стала опасно раскачиваться.

Пока мое тело горело от лихорадки, которую нельзя запечатать, я знала, что я уже в процессе падения со стула, но я не могла остановить себя.

Только тот факт, что мое поле зрения внезапно изменилось, заставило меня понять, что я упала на пол. Несмотря на то, что я ударилась об пол с тяжелым стуком, жара, бушующая в моем теле, далеко превосходила боль от падения, я вообще этого даже не почувствовала. Мои глаза, каким-то образом все еще были открыты, я видела, как две пары ног бросились ко мне через толстый ковер.