Лорд-пират - Джеффрис Сабрина - Страница 69

Из-под атласного покрывала показалась светловолосая головка, заплаканные глаза и распухший нос, потом надутые губки.

– Ты кричал на меня! Говорил плохие слова и кричал!

Гидеон подошел и с печальным вздохом присел на край кровати.

– Знаю, детка. Не надо было этого делать. Просто в последнее время у меня очень плохое настроение.

Любопытство оказалось сильнее страха. Девчушка положила на покрывало худенькие ручки и взглянула серьезно, даже торжественно.

– Все из-за отъезда мисс Сары, так ведь?

От неожиданности Гидеон на мгновение замер.

– Э-э... видишь ли, мисс Сара не имеет к этому ни малейшего отношения.

– А, понятно. А я думала, что она собирается выйти за тебя замуж.

– Скажи-ка лучше, где твоя мама? – поинтересовался Гидеон, надеясь сменить тему разговора. Как ни крути, а он пришел в каюту, чтобы утопить мысли о коварной англичанке, а не рассуждать о ней с ребенком. – Почему Молли оставила тебя здесь одну?

– Сказала, что срочно должна поговорить с мисс Луизой. А мне велела спать. – Малышка снова надулась. – Терпеть не могу, когда заставляют спать.

Пытаясь спрятать улыбку, капитан протянул руку и ласково взъерошил светлые волосенки.

– Спать очень полезно. Давай-ка лучше я уйду, а ты закрывай покрепче глазки. Договорились?

Девочка послушно улеглась, однако зорко следила за тем, как самый главный дядя подошел к шкафу, открыл дверцу и достал ром. Гидеон чувствовал на себе пристальный взгляд и лихорадочно придумывал, куда бы спрятать бутылку. Однако не успел.

– Это джин? – спросила малышка.

– Нет. Спи.

– А мой папа иногда пил джин, а потом пел забавные песни и вообще смешил меня.

Гидеон обернулся и внимательно посмотрел на малышку. Да, Сара не раз упоминала о том, что у некоторых женщин в Англии остались мужья, однако ни разу не подумал об этом. В конце концов, если бы эти мужья были приличными людьми, женам не пришлось бы совершать преступления.

– Я очень скучаю по папе, – пролепетала девочка с трогательной нежностью. – Очень скучаю.

Гидеон ощутил острый укол совести.

– Почему же ты не осталась с ним дома?

– Они с мамой решили, что я должна поехать. Папа сказал, что дяденьки за морем не будут лезть к маме, потому что у нее есть я.

Здесь глазенки зажглись радостным светом.

– А еще папа сказал, что, как только соберет много денег, тут же к нам приедет и останется с нами, но... – Девочка снова погрустнела и даже вздохнула. – Мама говорит, что теперь, раз мы живем на острове, папе не разрешат сюда приехать. Теперь у меня должен появиться новый папа.

К горлу Гидеона подкатил комок. И не только из-за острого чувства вины. Муж Молли вряд ли смог бы приехать в Новый Южный Уэльс, так что бедолаге все равно пришлось бы искать нового мужчину – хотя бы для того, чтобы тот кормил ее детей.

И все же довод не мог погасить угрызений совести. Ведь маленькая Джейн не понимала всех тонкостей. Знала лишь то, что еще недавно к ней мог приехать любимый папа, а теперь это уже невозможно.

Только сейчас капитан осознал то, что так долго и настойчиво старалась объяснить ему Сара. Далеко не все женщины счастливы здесь, на прекрасном острове. Далеко не все в восторге от возможности заиметь новых мужей. Некоторые с болью подчиняются его воле и смиряются с потерей близких и любимых, которых пришлось оставить на родине, в далекой Англии.

И во всем виноват он и его грандиозные планы создания утопии.

Утопия? Когда он впервые, давным-давно, назвал так Атлантис в разговоре с Сарой, она сказала, что это «утопия, в которой мужчины наделены всеми правами, а женщины не имеют даже основных». И была права.

– Мама говорит, что я должна вести себя как большая девочка, – со слезами на глазах продолжала Джейн. – Что придется полюбить нового папу.

Вытирая кулачками заплаканные зеленые глаза и шмыгая носом, она так жалобно взглянула на капитана, что у того дрогнуло сердце.

– Но я не хочу никакого другого папу! Мне нужен только мой папа!

Гидеон поставил бутылку на стол и, снова опустившись на кровать возле Джейн, ласково погладил ее по голове. Девочка доверчиво прижалась к его груди.

– Не переживай, солнышко. Никто не сможет навязать тебе нового папу. Я непременно прослежу за этим.

Джейн уткнулась носом ему в плечо и тихонько вздохнула.

– Вообще-то я не стала бы возражать, если бы моим папой был ты. Но ведь ты собираешься жениться на мисс Саре, как только она вернется.

Девчушка произнесла жестокие слова с такой непоколебимой уверенностью, что сердце капитана едва не разорвалось.

– Да, как только вернется, – повторил он с отчаянием в голосе.

Неожиданно в каюту ворвался Барнаби.

– Эй, капитан, поспеши. У Молли начинается. – Он взглянул на Джейн и жестом подозвал Гидеона к двери. Когда тот подошел, шепотом добавил: – Плохи ее дела. Скорее всего не вытянет. Просит привести девочку, так что возьми ее с собой.

Капитан забыл и о бутылке рома, и о предательство Сары, и о собственной боли. Остался лишь ужас перед неизбежным. Схватив маленькую Джейн в охапку, он опрометью бросился вслед за Барнаби.

Глава 25

Битых два часа Сара тщетно искала леди Драйден, бродя из комнаты в комнату роскошного особняка Меррингтонов. Разве найдешь ее в такой толчее? Супруга маркиза редко выезжала в свет, поэтому мало кто знал ее в лицо. Она казалась такой же неуловимой, как ветер в дюнах.

Окончательно расстроившись, Сара вышла на балкон подышать свежим воздухом и успокоиться. Однако побыть одной не удалось. Уже через несколько мгновений на фоне ярко освещенного французского окна показалась женская фигура. Дамы вежливо кивнули друг другу, однако сохраняли молчание. Немного постояв, незнакомка повернулась, чтобы вернуться в зал, и в это мгновение кулон на ее шее попал в луч света и привлек внимание Сары.

Лошадиная голова из оникса, окруженная бриллиантами. Точная, хотя и уменьшенная копия той драгоценной броши, из которой Гидеон сделал пряжку для ремня.

Сердце взволнованно забилось.

– Леди Драйден?

Дама остановилась и с недоумением взглянула на Сару:

– Да. Прошу прощения, мы с вами знакомы?

Сара смотрела на незнакомку почти с восторгом. Да, это она, сомневаться не приходится. Драгоценная подвеска говорит сама за себя, да и внешность тоже. Черные, словно полночное небо, волосы с проседью, синие, будто колокольчики, глаза – точно такие же, как у самого дорогого человека на свете. Конечно же, леди Драйден – мать Гидеона.

Но с чего начать трудный разговор? Сотни раз Сара репетировала встречу, однако сейчас растерялась.

– Меня зовут Сара Уиллис. Я сводная сестра графа Блэкмора. – Сара перевела дух. – Мне... мне очень нравится ваш кулон. – Не слишком удачное начало. – Дело в том, что не так давно я видела точно такую же брошь.

Дама замерла.

– Правда? И где же? – В голосе женщины звучало волнение.

Слова Сары явно не оставили ее равнодушной.

– То, что я сейчас скажу, может показаться странным, но дорогое украшение носит пират – разумеется, не в виде брошки. Он переделал ее в пряжку для ремня.

– Пират? Должно быть, вы шутите? – Леди Драйден казалась разочарованной.

Прежде чем Сара успела что-нибудь возразить, выражение лица собеседницы изменилось.

– Подождите! – воскликнула она. – Вы, должно быть, та самая молодая особа, которая путешествовала на «Добродетели». Мне рассказывала о вас подруга из Дамского комитета. На корабль напали пираты, и вы едва сумели избежать плена.

– Да, речь шла именно обо мне, – сухо согласилась Сара.

Версия Джордана широко распространилась. Но пора рассказать правду, особенно некоторым, крайне заинтересованным людям.