Власть книжного червя. Том 4 (ЛП) - Kazuki Miya - Страница 511

Леонора резко взмахнула правой рукой, и Корнелиус следуя её приказу взмахнул своим мечом, метнув в фей-зверя плотный сгусток маны. Трауготт атаковал в ту же секунду, а после сменил меч на щит, чтобы защититься от ударной волны. Корнелиуса, который собирал ману для нового удара, закрыла Леонора, которая вышла вперед и активировала щит.

Это поле битвы, но такое ощущение, что эти двое в своем личном романтическом мире…

И похоже так думала не только я — рядом со мной радостно потирала руки Эльвира, явно придумывая в голове сюжет новой книги.

Корнелиус занес свой наполненный маной меч, а затем взмахнул им с громовым “Хооооооооууууууууу”. И второй поток маны, кажущийся лишь слегка меньше первого, рванул в сторону Хундертейлунга огибая все еще держащую наготове щит Леонору. Мгновение спустя раздался громкий взрыв, и множество крошечных существ, было разбросано по округе поднявшимся ветром.

— Цельтесь им в головы! — крикнул Матиас. — Действуйте быстро, не дайте им снова слиться!

Рыцари-ученики тут же бросились выполнять это распоряжение. Хундертейлунг — еще совсем недавно желеобразная капля, теперь превратился в сотню миниатюрных змей, которые, судя по всему, могли бы объединиться в большую змею, если дать им такую возможность. Но первый этап был выполнен. Мощные атаки Трауготта и Корнелиуса успешно разбили фей-зверя на мелкие части.

— Единственный способ победить Хундертейлунга — это разделить его на самые малые части, а потом уничтожить их все, — пояснил Фердинанд. — Неспособность разделить его с первого раза приводит к множеству роящихся тварей, которые потом просто снова сливаются воедино. И это не приводит ни к чему, кроме истощения охотников. Именно поэтому нужно провести достаточно мощную атаку, чтобы после деления он был на какое то время ошеломлен.

Я кивнула, показывая, что поняла, и снова посмотрела вниз. Рыцарям-ученикам приходилось нелегко, так как им приходилось убивать крохотных, разрозненных змей, не давая им соединяться в более крупных особей. К счасть, одного простого удара в голову было достаточно, чтобы прикончить каждую из них. Это выглядело довольно просто, возможно даже я смогла бы справиться с подобным.

Корнелиус отошел от гущи схватки, чтобы выпить восстанавливающее зелье, а после вернулся к охоте. Тем временем Леонора снова начала раздавать команды:

— Разойдитесь с линии броска! — после того, как она была услышана, девушка размахнулась и бросила что-то. Оно развернулось в воздухе и заняло довольно много пространства.

— Сеть? — высказала я первую пришедшую мне на ум ассоциацию.

Что-то, действительно напоминающее сеть, которую использовал Фердинанд, чтобы победить орду фей-существ в Ночь Шутцарии, раскрылось в воздухе и накрыло группу мелких Хундертейлунгов. Затем Леонора закричала и через мгновение вся мелочь, которую она поймала, была уничтожена. Она повторила это еще трижды, целясь в самые крупные скопления, а затем оставила Матиаса ответственным за остальную зачистку и отступила на безопасное расстояние, чтобы восстановить ману.

— Эта сеть требует довольно много маны… — пораженно пробормотал Карстедт. — Я не обращал на нее внимания во время общих тренировок, но теперь я вижу, что Леонора серьезно улучшила свои способности.

Темные глаза Эльвиры сверкнули, а сама она счастливо вздохнула:

— Должно быть она усердно работала ради того, чтобы догнать Корнелиуса. Любовь действительно делает женщину сильнее. Я так тронута стойкостью влюбленной девушки, которая хочет быть максимально достойной своего возлюбленного. Я должна записать это.

Уф. Покойтесь с миром, Корнелиус, Леонора.

Корнелиус целый семестр скрывал от меня свои отношения, опасаясь, что Эльвира узнает о них. Поэтому сейчас я не видела смысла защищать его. Конечно, я не собиралась позволять осложнять жизнь Леоноры в общежитии, Флоренсия лично попросила меня дать ей такое обещание, но в остальном я останусь просто сторонним наблюдателем.

Хм. Как только в следующем году Леонора выпустится из Академии, Корнелиуса ждет целое море страданий. История его любви рано или поздно превратится в книгу.

— Ага! Джудит тоже выкладывается на полную! — азартно воскликнул Карстедт. — Твои рыцари-стражи совсем на другом уровне, Розмайн.

Я обратила свое внимание на происходящее на арене и увидела, как Джудит, держа в руках ножи, один за одним метает их в мелких змей. Каждый попадал точно в голову хундертейлунгов, заставляя их просто испаряться.

— Джудит, небольшое скопление в квадрате три-один-один. Очисти его, — сказал Матиас, взлетевший немного выше остальных участников, чтобы лучше видеть арену и иметь возможность раздавать команды вместо Леоноры. — Трауготт, в квадрате два-пять-один, группа пытается провести слияние. Останови их. Рудольф, некоторые пытаются налипнуть на сцены арены. Квадрат шесть-четыре-три, разберись. Натали, на тебе один-четыре-два.

В прошлом году Трауготт отказался выполнять какие-либо приказы, поэтому то, что он подчинялся инструкциям, которые давал средний дворянин, явно демонстрировало, насколько он вырос.

— Что это за числа, которые называет Матиас? — спросила я.

— Это координаты точек на арене, — ответил Фердинанд. — Я сам часто пользовался подобным. Это облегчает отдачу приказов и упрощает последующий разбор прошедшего боя через доску для гевиннена.

Аааа. Они начали использовать такой метод, потому что изучили руководства Фердинанда? Забавно.

— Но как они узнают, о чем речь, если на арене нет ни линий, ни каких то пометок? Я бы не смогла так быстро отреагировать на случайный список номеров, — спросила я. На арене был круг для призыва фей-зверя, круг где рыцари-ученики ждали начала, и черта между ними. Но не было никаких других маркеров, которые могли бы служить визуальными подсказками для наложения координатной сетки. Если бы кто-то сказал мне подобную цепочку цифр, я бы не имела ни малейшего представления на счет того, куда я должна идти.

— В мое время было несколько рыцарей-женщин, которые изо всех сил пытались приспособиться к подобной технике, и как ты должна понимать, нет иного способа сделать это, кроме длительной практики. Только тогда ты сможешь уверенно действовать, согласно получаемых инструкций.

Корнелиус и Леонора восстановили свою ману и присоединились к убийству оставшихся змей, пока в конце концов не осталась только одна.

— Джудит, это последняя! — крикнул Матиас.

Не теряя ни секунды, Джудит метнула свой нож в змею внизу, с идеальной точностью пробивая ей голову. В этот момент, светящийся магический круг в центре арены потускнел.

— Эренфест закончил! — возвестил Рауффен.

Те из нас, кто наблюдал с трибуны Эренфеста, отошли в сторону от края, чтобы рыцари смогли приземлиться. Они возвращались один за другим. А на арену тем временем начали выходить ученики в накидках Хаухлетце.

Как только ученики отозвали своих верховых зверей, они опустились на колени перед Сильвестром и Флоренсией.

— Ауб Эренфеста. Приносим свои извинения, — как шестикурсник и представитель всех рыцарей слово взял Корнелис. — В этот раз мы повысили наш рейтинг не так сильно, как надеялись.

— Нет причин для извинений, — ответил ему Сильвестр. — Вы мастерски расправились с фей-зверем, о котором в Эренфесте знает лишь Фердинанд. А ведь это была ваша первая встреча с подобным существом. Я вижу, что вы усердно учитесь и отдаете много сил тренировкам. Ваш объем маны и уровень слаженности действий заметно улучшился по сравнению с прошлым годом. Вы отлично поработали.

— Мы благодарим вас за такие слова.

Корнелиус и остальные рыцари-ученики синхронно поклонились.

Сильвестр кивнул, а после посмотрел на Карстедта:

— Я хотел бы услышать твое мнение, как командора рыцарей Эренфеста.

Обычно Карстедт стоял за плечом Сильвестра, как его рыцарь-страж, но в этот раз он выступил вперед, чтобы высказаться. Он твердо стоял на земле, и серьезно смотрел на учеников, а после заговорил: