Факел Геро (СИ) - Астрович Ната - Страница 3

Ранним утром следующего дня хозяин, без объяснений посадил девочку в седло к старшему из братьев. Снежка была очень рада тому, что её, наконец, взяли покататься верхом.

Она немного завидовала скифским детям, которые, в отличии от неё, всегда могли попроситься в седло к своему отцу или старшему брату. Наконец её мечта сбылась!

Из кибитки выглянула хозяйка и посмотрела на улыбающуюся девочку, хотела что-то сказать, но, перехватив сердитый взгляд мужа, поспешно скрылась за пологом.

Медленно ехали они по сонному становищу. Мужчины молчали, Снежка поглядывала по сторонам, досадуя, что никто из друзей не видит её в этот момент.

Солнце неторопливо поднималось из-за горизонта, словно не желало делиться теплом с остывшей за ночь степью.

Всадники пустили лошадей рысью, едва выехали за окраину становища. Ветер засвистел в ушах, и девочка взвизгнула от восторга.

За клубами серой пыли, поднятой копытами лошадей, как за пеленой времени, скрылись пёстрые скифские шатры.

Снежка обернулась в надежде отыскать глазами кибитки. Но вокруг, только бескрайняя степь. В тот момент девочка ещё не ведала, что скифское стойбище исчезло не только из виду, но и из её жизни, как когда-то исчезло маленькое лесное селище.

Глухо стучали копыта, ветер то холодными, то тёплыми струями обдувал путников. Мужчины затянули песню. Девочка не знала слов, но перед каждым рефреном Агар поворачивал голову и весело заглядывал ей в лицо и тогда она присоединяла свой звонкий голосок к низким голосам мужчин.

Они сделали привал. Огня не разводили, трапезничали наспех жареным мясом, овечьим сыром и тёплым кобыльим молоком.

С наступлением темноты девочка поняла, что в шатёр Кадуя она сегодня не вернётся, но спросить у своих спутников ни о чём не успела. Уснула мгновенно, как только скифы расстелили на земле толстый кусок войлока.

Проснулась глубокой ночью от холода. С двух сторон от неё спали мужчины. Толстая овечья шкура не спасала от непрогретой земли и студёного ночного ветра.

Снежка выглянула из-под овчины и увидела высоко в небе мерцающие звёзды, рядом, на земле, тлели угли костра. Она подвинулась к Агару, уткнулась озябшим лицом ему в грудь, он, не просыпаясь обнял, прикрыл краем войлока, пригревшись, она снова уснула.

Эта первая ночёвка была самой холодной. Чем дальше они продвигались, тем быстрее менялась степь, всё вокруг оживало прямо на глазах.

Лёд ещё таился в низинах, но на возвышенностях уже была высокая трава. Звоном птичьих голосов наполнилось небо, днём погреться на солнышке высыплись пугливые обитатели нор.

Вскоре к звукам прибавились запахи: заблагоухали травы, первоцветы тянули к солнцу свои тонкие стебли, покачивая на ветру нежными чашечками соцветий.

Снежка скоро привязалась к Агару, молодому добродушному знатоку многих песен. Ей больше нравятся весёлые мелодии, когда кони мчатся галопом по степи, и ритму песни вторит перестук копыт, а припевы заканчиваются резкими громкими выкриками.

Старший брат, более сдержанный, неодобрительно наблюдал за дружбой Агара и девчонки. Иногда он сердито выговаривал что-то Агару и тот делался грустным и молчаливым.

Выбрав момент, Снежка спросила:

— Куда мы едем?

— В город, — ответил Агар.

— Город?

— Это как стойбище, только больше. Вместо кибиток и шатров там каменные дома. Жители города не кочуют как мы с места на место, а живут в нём и зимой, и летом. Находится этот город на берегу моря. Море — это озеро, только намного больше по размеру. Вода в этом море такая гадкая, что пить её не может ни человек, ни животное. Водятся в этой воде кроме рыбы разные мерзкие твари, похожие на огромных пауков и змей. Но горожане не гнушаются употреблять этих гадов в пищу.

Пока девочка пыталась представить себе жителей города, не боявшихся селиться рядом с морем, наполненным водными чудовищами, Агар продолжал:

— Население города — чужаки. Не скифы, не тавры * и не киммерийцы *, не принадлежат они к другим местным племенам и народам. Приплыли переселенцы на больших кораблях из-за моря и зовут себя эллинами.

— Их надо бояться?

— Не боятся, но быть настороже. Эллины — хитрый и расчётливый народ. Они очень любопытны. Хотят знать всё о наших обычаях и богах. О наших землях и о землях других народов, что живут севернее. Сами же не любят делиться секретами, хотя владеют тайнами многих ремёсел. Они говорят о мире, но город их хорошо укреплён, скоро сама увидишь…. — Он осёкся и смущено смущённо взглянул на девочку.

Но она занятая своими мыслями и не обратила на это внимание.

Рассказ молодого скифа произвёл на неё впечатление, Снежка даже не удосужилась спросить, зачем они едут в город. Немного пугали странные эллины, но, к счастью, она находилась под надёжной защитой. Агар с братом не дадут её в обиду.

Этот день путешествия запомнился Снежке не только рассказом Агара, но и тем, как они попали на огромное цветочное поле. Повсюду, докуда хватало глаз, раскинулись ковры цветов: алые, голубые, жёлтые… Лиловые колокольчики стойко выдерживали порывы внезапно налетевшего ветра, дрожали, но не склоняли гордые головки.

2.

Она проснулась рано, не догадываясь, что путешествие с братьями-скифами подходит к концу, и скоро ей предстоит расстаться со своими спутниками.

Всё утро братья хмурились и почти не разговаривали друг с другом. В полдень выехали на дорогу. Изредка встречались всадники и пешие люди, пыля и стуча колёсами, проезжала дребезжащая телега.

Солнце палило нещадно, девочка парилась под многослойной одеждой. Жена Кадуя зачем-то обрядила её в зимнее, даже сапожки велела надеть.

Всадники свернули с дороги и оказались вблизи небольшого поселения. Остановились у полуразрушенного каменного помоста, около которого, прячась в тени, сидели и лежали несколько мужчин и женщин.

Рядом с помостом важно расхаживал невысокий сухощавый человек с огненно-рыжей шевелюрой. Рыжеволосый, видимо, был весьма значительным лицом, потому как за ним по пятам ходили двое мужчин, называли его господином и уговаривали дать хорошую цену, но тот отмахивался от них, как от надоедливых мух.

Скифы остановили лошадей недалеко от помоста и ждали, что «важный» человек обратит на них внимание, но тот делал вид, что никого не замечает.

Тогда старший из братьев двинул своего коня вперёд, чуть не наехав на рыжеволосого. Тот испуганно отскочил и, криво улыбаясь, поприветствовал всадников, окинул цепким взглядом девочку и скомандовал: «Покажи её».

Мужчина спешился, принял из седла ребёнка и поставил на ступень помоста. Рыжий господин грубо ощупал ничего не понимающую девочку и, приподняв ей подол, взглянул на ноги. Снежка вопросительно посмотрела на Агара, но тот отвёл взгляд.

— Слишком мала, — сказал работорговец.

— Подрастёт, — зло бросил старший брат.

— Я не беру детей младше десяти лет, а этой не больше пяти…

— Хозяин сказал, что ей семь, — оборвал его скиф.

— Много не дам, — поспешно проговорил рыжий.

— Сколько?

Торговец показал на пальцах.

— Всего сто драхм? * — возмутился мужчина. — Набавь ещё немного, иначе мы поедем в город и там возьмём больше, а ты потеряешь навар, — сказал скиф. Ему не терпелось завершить сделку и покинуть общество перекупщика. Однако отдать ребёнка за бесценок он не мог.