Клеймо Солнца. Том 2 (СИ) - Пауль Анна - Страница 55

Это не Аврея. Просто настолько яркие и непослушные волосы я видела только у авгуры. Властный разлёт бровей. Правильные черты лица. Взгляд суровый, хотя лицо кажется совсем юным. А глаза чёрные…

Незнакомка смотрит на Дэнниса долгую минуту, а потом переводит взгляд на меня, и её брови удивлённо приподнимаются. А потом она вскакивает на ноги. Ещё секунда — и она влетает в парня, едва не сбивая его с ног. Дэннис крепко обнимает девушку в ответ. И галоклин не нужен, чтобы почувствовать мощную волну радости и счастья, которая расходится от поля парня.

Неужели это?..

Я помню её лицо.

Осознание пронзает меня, как сильный порыв ветра, и я невольно отступаю. Сквозь чужие чувства я с трудом и удивлением распознаю собственное отчаяние. Это та девушка, которую я вчера видела на экране. И даже больше: именно её я чувствовала в сердце Дэнниса: «Есть и другой образ, но его труднее уловить, он глубже, словно ты прячешь его». Тогда я подумала, что эта девушка находится под его защитой. В клетках плясал уверенный огонёк любви… О чём я только думала на Нимфее?..

«Лишь бы не чёрные слёзы», — повторяю я мысленно, наблюдая, как Дэннис вдруг отступает от девушки, и её рука, которая лежала на его плече, зависает в воздухе.

— Ты не должна быть здесь, — говорит парень неожиданно напряжённо и отходит от незнакомки, начинает что-то искать, но, грубо бросив какое-то слово, которое я не в силах понять, едва не убегает в угол комнаты, что-то нажимая на ленте.

Прямо в пространстве, откуда не возьмись, появляется… Мучитель! Его тело странного голубоватого цвета, но это совершенно точно генерал Бронсон.

— Дэн! — окликает девушка, но он уже рявкает своему собеседнику:

— Дана в моём доме — это ваших рук дело?

Слышится тишина, а затем скрипучий голос произносит:

— Стало быть, ты уже увидел мой подарок? Ты отлично справился и должен быть вознаграждён. Насколько я помню, ты так хотел её увидеть — разве нет? Что ж, теперь ты будешь видеть её часто: она в деле.

— Несмешная шутка, — произносит Дэннис надломленным голосом, и спустя несколько невыносимо долгих мгновений генерал отвечает:

— Если попробуешь отправить её обратно, привлечёшь внимание отца. Вы оба окажетесь между мной и им. Зачем тебе проблемы? Она рвалась из-под крыла заботливого родителя, и он дал ей свободу, но под моим присмотром. А я считаю, что ей безопаснее всего рядом с любящим человеком. Понимаешь?

Любящим человеком.

Мне хочется стать частью белоснежных стен.

— Что вы сказали отцу? — чётко произнося каждое слово, спрашивает Дэннис.

— Что ты ведёшь себя очень хорошо, — слышится ответ, — и пора бы вам увидеться. Её отец мало кому доверяет дочь, считай, я сумел его убедить в том, что пару дней в Третьем крыле пойдут девушке на пользу. Ты слышал, у тебя есть несколько дней? И лучше бы нам провернуть операцию без глупостей до приезда динатов, чтобы ни они, ни твой, ни её отец в тебе не разочаровались.

Доносится кашляющий смех.

— Несмешная шутка, — повторяет Дэннис. — Вы решили сделать её своим козырем, но надеюсь, вы на сто процентов уверены в результате, потому что если нет…

— Не забывайся, солдат, — примирительно говорит Мучитель. — Не забывайся. Пообщайся с Даной. Совсем скоро, возможно, у тебя уже не будет на это времени.

Дэннис собирается сказать что-то ещё, но раздаётся неприятный писк — и генерал растворяется в воздухе… Похоже, разговор окончен.

Парень выглядит разбитым. В его глазах отражается тоска, когда он поднимает взгляд.

— Что ты говорила отцу? — спрашивает он едва не шёпотом, но от этого слова звучат угрожающе. — Зачем согласилась?

Не обращая никакого внимания на тон голоса, девушка отвечает вопросом на вопрос:

— Мы не виделись больше года, и это действительно то, что ты хочешь обсудить?

— Это важно.

— Тогда лучше ты мне объясни, во что ввязался, — требовательно говорит незнакомка, приближаясь к парню, пока я растерянно наблюдаю за ними со стороны. — Почему генерал признался мне, что твоё поведение оставляет желать лучшего, и я могу помочь тебе вернуться на путь истинный?

— И ты поверила?

Я с удивлением распознаю в голосе парня презрение. Девушку это не задевает: она лишь пожимает плечами.

— Я передаю тебе слова Бронсона. Я ему не верю. Жду твою версию событий.

— Тебе не нужно знать, что здесь происходит.

— Напрасно так думаешь. Я видела сэмпе в ванной.

Они смотрят друг на друга почти зло. Взгляд Дэнниса темнеет. Незнакомка складывает руки на груди.

— Последствия передозировки могут приводить к худшим проблемам, чем головокружение и рвота. Однажды начнётся отмирание ткани вокруг импланта. Если орган жизненно важный — а так обычно и бывает — это летальный исход. Тебя ли мне учить? — голос девушки сочится ядом. — И вообще ради чего? — она прищуривает глаза. — Опять внедрил какой-то модный гаджет? Никак не сделаешь выводы, чего тебе стоит служба славному государству?

Они внимательно смотрят друг на друга, словно находя общий язык без слов, и дыра в моём сердце разрастается…

— Я думала, тебе хоть немного дорога жизнь, — почти с презрением, но в то же время с болью говорит девушка, а потом произносит шёпотом: — Хотя бы из-за меня.

Взгляд Дэнниса смягчается. В нём отражается отчаяние, и он вымученно просит:

— Дана, не начинай.

— Ты всегда был лучшим из нас, — игнорируя парня, произносит незнакомка. — Но сломался. Ты даже не захотел отправиться с нами в Эпицентр, хотя мы просили тебя, — с каждым словом девушка говорит всё громче, а её глаза заметнее блестят. — Плевать, что сказал отец: Дэн, ты не приехал ко мне.

По её щеке течёт слеза. А боль такая сильная, что ударяет по мне, как будто чужое горе проживаю я сама. Но Дэннис говорит сухо:

— Я уже слышал это. Одного раза достаточно.

Незнакомка не сводит с Дэна обиженного взгляда, выпячивает губу и всем своим видом демонстрирует, как сильно её задели его слова, но, судя по невозмутимому выражению лица Дэнниса, его это не волнует. Она глотает слёзы и произносит:

— Я бы не была так уверена.

Какое-то время они смотрят в разные стороны: девушка внимательно рассматривает дверь в ванную, а парень вперяется взглядом в свою ленту, пока я обдумываю, не спрятаться ли мне в белоснежной комнате под струями воды и дать им поговорить наедине?

— Рэй ведь пытался дозвониться до тебя, верно? — вдруг говорит девушка, как ни в чём не бывало, хотя её голос ещё дрожит. — Он тоже намекнул, что за тобой не плохо бы присмотреть, но как обычно, ни на один мой вопрос ответа не дал.

Дэн меняется в лице. Его глаза становятся темнее космического пространства, а на шее нервно пульсирует вена.

— Ты не ответил, — продолжает незнакомка, — только вот я живу от него не так далеко. И мы встретились.

— Ты давала мне слово, что больше не совершишь такую глупость! — восклицает Дэннис и падает на диван, как будто обессилел, как эдем, который не молился много дней. — Боюсь представить, что с тобой сделал бы отец, узнай он об этом.

— Но он не узнает, — уверенно говорит девушка.

— За тобой ежесекундно следит такое большое число охранников, и ты думаешь, что ни один тебя не сдаст? — в голосе парня слышится угроза. — Даже если кто-то из них согласился молчать, то это только пока ему не начал угрожать отец. Хотя нет, даже не угрожать — правильнее сказать, пока на него не посмотрит отец.

— Ты видишь здесь кого-нибудь, кроме меня? — с вызовом спрашивает девушка, приподняв подбородок.

— Ты под личной ответственностью генерала! — тихо шипит Дэннис. — Поэтому отец согласился, что охранники — это лишнее. Но они точно где-то неподалёку от тебя. Мы проходили это столько раз и вновь совершаем одни и те же ошибки!

— В этот раз всё иначе, — парирует девушка. — За этот год изменилось многое.

— Например? — с вызовом спрашивает парень, приподняв бровь.

— Он прислушивается ко мне, — со значимостью произносит незнакомка, и Дэннис делает глубокий вдох, явно собираясь что-то сказать, но в последний момент передумывает.