Испанский реванш (СИ) - Франко Вероника - Страница 27

Хавьер тоже засмеялся.

— И мне это удалось! Я — красавчик!

— Ну не знаю, не знаю. Может, тот, как его звали? А, вспомнила, Хосе! Был бы покруче тебя!

— Покруче меня? — удивленно вскинул брови испанец.

— Думаешь, это невозможно? — издевательски улыбнулась Анна.

Хавьер промолчал.

После ужина они с Лукасом отвезли русскую в отель.

— Анни, не забудь про пляж. Завтра в десять мы за тобой зайдём! — сказал на прощание мальчик.

— Не забуду, милый!

Девушка поцеловала ребёнка, кивнула Хавьеру и зашла в гостиницу.

* * *

Испанец задумчиво курил на балконе своей квартиры. Что же это получается? Анна использовала его прошлой ночью и забыла. Если бы он не приехал к ней с Лукасом, даже бы не позвонила и не написала. А как она дерзко отвечала ему? Куда только подевалась та робкая девушка, которая ловила каждое его слово и соглашалась на всё? Хавьер, конечно, понимал, что человек может сильно измениться за три года. Но не до такой же степени?!

— Привет, Ракель, — произнёс мужчина в трубку.

— Хави, приветик! Как делишки?

— Как обычно. Ты занята?

— Да нет. Ближе к двенадцати собираюсь на дискотеку. Хочешь составить мне компанию?

— Не, но я бы заехал прямо сейчас. Поболтать.

— Умм, поболтать? — медовым голосом переспросила девушка. — Ну что ж… Заезжай.

Ракель была давней знакомой Хавьера. Красивая испанка слегка за тридцать пять. Она, в отличие от большинства женщин, не хотела обременять себя ни мужем, ни детьми, ни постоянными отношениями. Уже много лет Ракель и Хави время от времени занимались сексом без обязательств. Это было удобно им обоим: никакой ревности, никаких претензий.

Молодая женщина встретила Хавьера в полупрозрачном чёрном пеньюаре. Сквозь тонкое кружево были хорошо видны смуглые груди и тёмные ореолы сосков. Густые кудрявые волосы Ракель собрала в хвост, зная о том, что Хави любит наматывать их на руку во время секса. Накрашенные кроваво-красной помадой губы испанки расплылись в широкой улыбке, когда она увидела любовника на пороге.

— Добрый вечер, — произнесла томным голосом Ракель и с жадностью поцеловала мужчину в губы.

— Привет, Ракелита, — Хавьер не ответил на поцелуй. — Ты сменила духи? — спросил он, недовольно поморщив нос.

— Нет. Всё те же. Ты говорил, что у тебя моментально встаёт от этого запаха, — лукаво улыбнулась испанка.

Хавьер подумал, что сегодня женщина явно переборщила с парфюмом. Глаза любовницы сверкали, как раскалённые угли. Каждое движение говорило о том, что она готова приступить к делу безо всяких прелюдий. Это было именно то, что так нравилось в ней испанцу. И в другой ситуации, Хави бы уже трахал её прямо на полу в коридоре, как бывало много раз. Но не сегодня.

— Ты не в духе? — спросила Ракель.

— Я приехал поговорить.

— Ммм, что-то не припомню за тобой любви к разговорам.

— Я серьёзно.

— Ладно. Проходи, — испанка махнула рукой в сторону гостиной. — Что случилось?

— Анна приехала покупать мою землю.

— Анна? — женщина непонимающе приподняла бровь.

— Да. Анна. Та девушка из России.

— Аааа, та русская, от которой у тебя башню напрочь снесло. Как же, помню! Мне пришлось сделать не один минет, чтобы заставить влюблённого Хави не думать о ней. Выпьешь что-нибудь?

— Джин с тоником.

Ракель принесла два запотевших бокала. Села на кресло напротив Хавьера, закинув ногу на ногу, не преминув при этом задрать повыше полу пеньюара, и закурила.

— Так что там с Анной?

Хавьер начал рассказ. Испанка слушала его, не перебивая.

— И вот понимаешь, в чём фокус — я для неё всё время доступен, открыт, а она для меня — нет. Отталкивает. Ощетинилась, как ёж. Дерзит всё время. Подкалывает. Я себя просто каким-то моральным уродом чувствую, если не хуже. Кстати, она меня прямо так и назвала пару дней назад. Представляешь?

— Ах, она, негодяйка! — с наигранным негодованием ответила женщина. — Обижает моего мальчика! Коммунистка проклятая!

— Почему?

— Ну, она же русская. Все русские — коммунисты. Ладно, забудь. Иди скорее ко мне. Тётушка Ракель отсосёт всю твою боль!

С этими словами испанка пересела на диван к Хавьеру, положила ему руку на ширинку и сжала член.

— Ракелита, ну прекрати! — мужчина убрал её руку. — Я ж к тебе, как к другу пришёл. За советом.

Испанка обиженно поджала губы.

— Что ты от меня хочешь услышать?

— Не знаю. Ты — женщина. Она — женщина. Объясни, что я не так делаю?

— Ты её уже трахнул?

— Да, но это скорее она меня поимела. Развлеклась и выбросила.

— Бедненький пупсик! — иронично улыбнулась Ракель.

— Не смешно! — Хавьера начало подбешивать игривое настроение любовницы.

— Ладно, вижу ты не в настроении шутить. Что делать, спрашиваешь? Отвечаю: прошвырнуться по барам, напиться, завалить какую-нибудь чику и драть её до тех пор, пока твоя Анна не выйдет из головы.

— Круто! Офигенный совет! И как я сам до него не допёр! — невесело усмехнулся мужчина и залпом допил коктейль.

— Ну, тогда женись! — развела руками испанка.

Хавьер промолчал.

— А что ещё тебе делать? Раз так на неё запал. Прошла туева куча лет, но стоило этой русской появиться, и ты снова сохнешь по ней. Вот даже от минета отказываешься. Где это видано?

— Жениться? Не знаю. Это уж как-то слишком.

— Ну а в противном случае — тебе, мой дорогой, ничего не светит. Хочешь правду?

— Конечно!

— Ты спал с ней, а потом бросил. Влюблённые женщины этого не прощают.

— Но я же ничего ей не обещал! На что она обиделась? Не понимаю!

— Ты дурак? Или прикидываешься? Ты заявил ей, что не хочешь отношений и всё такое, но продолжал эти самые отношения поддерживать. Или ты думаешь, что кто-то кому-то говорит: раньше был просто секс, а с сегодняшнего дня — мы пара. Нет, красавчик, это так не работает. Либо ты встречаешься с бабой, либо нет. Если хотел разового секса, то после первой ночи надо было поставить точку. Не писать этой Анне, не звонить. И уж тем более не встречаться с второй раз, третий, десятый. А так, ты сам себе противоречишь. Говоришь одно — делаешь другое. Даёшь надежду.

— Но с тобой же мы не встречаемся! А секс у нас периодически есть. И с мамой ты меня не просишь познакомить!

— Таких, как я, зайчик, больше нет, — засмеялась Ракель, выпуская колечки сигаретного дыма изо рта. — А если серьёзно, то я тебя просто не люблю. Боже упаси, влюбиться в такого, как ты! Без обид.

— А что со мной не так? — удивлённо спросил Хавьер, задетый откровенностью любовницы.

— Всё, мальчик. С тобой всё не так. У тебя прекрасный член, а больше ничего нет. Ни денег, ни души. Ты — эгоцентрик. Зацикленный на себе красавчик. И в сорок лет пора бы уже начать адекватно оценивать себя.

— Не ожидал от тебя такое услышать.

— Ну, ты же хотел правду? Ладно. Я тоже эгоцентрик. В сущности, это не так уж и плохо. Если не портить жизнь другим. Ну так что? — Ракель игриво пробежалась пальчиками по мужской груди. — Мы так и будем заниматься психоанализом или, наконец, потрахаемся?

— Я не в настроении.

— В таком случае, вынуждена попрощаться. Буду собираться на дискотеку. Не хочу оставаться на ночь без хорошего члена.

Хавьер молча ушёл.

Глава 23

Анна сидела на пляже и наблюдала за Лукасом, который демонстрировал навыки подводного плаванья с маской и ластами на глубине тридцати сантиметров. Дальше в море ему было запрещено заходить без взрослых. Хавьер ушёл за мороженым. Удивительно, каким заботливым и учтивым может стать человек, когда им движут корыстные интересы. Русская не верила, что испанец изменился. Она была убеждена, что доброе отношение и показательные выгулы с племянником, всего лишь уловка, чтобы повлиять на неё и отхватить куш побольше. Три года назад девушка купилась бы на этот спектакль. Но не сегодня. Слишком долго она зализывала раны, чтобы снова позволить провести себя Хавьеру.

— Вот, держи, — мужчина вернулся с тремя вафельными рожками в руках. — Как ты заказывала — клубничное. Лукас, — крикнул испанец, — идём есть мороженое.