Гибриды. Пораженные Крыльями (СИ) - Джексон Стефания - Страница 68

— Просветишь? — Вопросом на вопрос ответил Виталий.

— Остынь. — Миша положил руку в применительно — успокаивающем жесте на плечо Виталия. — Злодеи во всех сказках одинаковы. Я уверен на половину подсчитанных процентов, что Маша — злодей.

— Мои мотивы для злодейства? — Фыркнула Маша, прекрасно понимая, что пора заканчивать играть в кошки — мышки и приходить к более правдоподобным действиям, нежели бездейственно стоять около трупа. — Я даю тебе несколько минут на развитие своей же теории. Попробуй, удиви меня.

Миша Костилев открыл рот, но треск веток прервал вырывающуюся изо рта парня хорошо составленной теории. Теория была не схожа с планом и Миша был рад, что его выслушает сама Маша. Возможно, изложив недалекие мысли, внучка Бабы Яги внесет некоторые поправки. А уже с готовой теорией можно будет и план осуществлять.

— Замолкли все! Ни единого слова! — Прикрикнула на и так притихших ребят Маша.

— Об этом тебе надо было думать раньше.

Миша вздрогнул, переглядываясь с Виталием. Костилев с первого слова узнал в говорившем свою сестру Ирку. Костилева — старшая вышла из укрытия, где пряталась несколько минут после убийства. Она выстрелила стрелой в девушку. Отец Ирки предоставил ей и Питеру списки людей, которых следовало убрать под чистую с его пути. Каким боком невинные подростки, участвующие в игре на выживание и появление силы, могли помешать ее отцу, Ирка не имела ни малейшего понятия.

Миша хмуро разглядывал одеяние старшей сестры. Ирка с роду не носила плащи. Но сегодня она решила уступить своим принципам, накинув на себя черный плащ с капюшоном. Этот плащ окутывал девушку с ног до головы и завершался довольно приметным капюшоном. Подобные капюшоны скрывали личность преступника в детективном сериале. Миша успел приметить, что подобный капюшон был и у главной героини Голодных Игр Китнисс. Образ Ирки отличался от Китнисс лишь отсутствием стрел и неумением с ними обращаться.

— А ты что здесь делаешь? — В унисон крикнули Ирке Виталий и Михаил.

— Совсем рехнулась? — Добавил на повышенном тоне, появляющейся в моменты ссор Миша.

— Остынь, братишка. — Угрожающе спокойным голосом ответила Ирка. — Этот вопрос следует задавать не тебе, а мне. Каким боком ты причастен к Комитету?

Миша уже во второй раз за столь короткий промежуток времени открыл было рот, но его жестом руки остановила Маша. Она вышла вперед, останавливаясь практически вплотную с нахмурившейся пуще прежнего Иркой.

— Тебя не должны касаться дела Михаила Костилева. — C вызовом отчеканила Маша, злобно посматривая на непрошеную гостью.

— Отнюдь. — Не согласилась с выговором Ирка. — Он мой брат. Все что касается семьи имеет прямое отношение и к моим действиям.

Маша истерически рассмеялась, заставляя поежиться собравшихся. Она прекратила смеяться лишь тогда, когда услышала нервное покашливание, исходящее со стороны соратников. Как оказалось секундой позже, кашлял Владислав. Он прекрасно понимал состояние Маши, но и первый после Виталия и Миши понял, что Ирина Костилева не шутит. Владислав перевел косой взгляд на Мишу.

— Только этого нам не хватало! — В сердцах вскрикнул он. — Почему ты не говорил нам о наличии сестры? И что не маловажно: почему она проходила учебу не в нашем отряде?

— Потому что я не отношусь к отряду оборотней, балда! — Ответила, слегка повышая тон Ирка. Она отчетливо игнорировала предупреждающие взгляды предостережения, исходящие от Виталия Какашкина. — Включайте хотя бы изредка свои работающие извилины господа!

— Остуди свое негодование дорогая. — Тихо, но в то же время властно сказала Маша. — Ты прокололась. Причем прокололась знатно. Представляешь что с тобой сделает Департамент, если об этом проколе узнают?

— И что же он может мне сделать? Отловить? Посадить в тюрьму? Убить? И за что? Неужели за то, что я просто напросто не отношусь к вашему отряду, но зато состою в родстве с Михаилом? — Вошла во вкус негодования Ирка.

Миша покачал головой, прикрывая глаза. Он жалел, что Ирка сама вышла к Комитету и отчитывает его как маленького ребенка. Мише так же не нравилось, что Ирка словесным потоком высказывает свои негодования Маше, тем самым старательно рассказывая те факты, которые необходимо было держать при себе с закрытым ртом. Костилев открыл глаза через некоторое время. Он не мог поверить в то, что Ирка готова рассказать все что так тщательно скрывала Маше буквально на раз. И не при самых благополучных обстоятельствах.

— Миша! — Крикнула Маша, заставляя Михаила посмотреть на ее персону. — Давай отойдем. Я хочу с тобой переговорить… Виталий тебя это тоже касается. — Немного погодя добавила она.

Мише ничего не оставалось сделать как подчиниться очередному приказу Маши. Несмотря на пристальный взгляд Ирки, который парень чувствовал своей спиной, Миша вел себя достаточно невозмутимо. На самом деле он хотел в это верить. Но даже при самом лучшем раскладе и исходе событий, его коленки дрожали, а в груди зарождался неподдельный страх, который мог погубить весь исход предполагаемых событий.

Трава слегка шелестела под ногами Миши и Маши, отходящих от собравшейся компании на довольно приличное расстояние. Маша остановилась, понимая что отсюда их не радужный разговор другие члены Комитета и Ирина Костилева не услышат. Внучка Бабы Яги выбрала эту неприметную полянку неспроста. Здесь был расположен отличный наблюдательный пункт по меркам Марии. Они с Мишей отчетливо видели столпившихся в кучке ребят, тихо переговаривающихся между собой. Ирина стояла чуть поодаль и не спускала с участников игры прищуренный взгляд, который мастерски отточила во время частых споров с Мишей дома.

— Так, — кашлянул Миша, прерывая невеселые мысли Маши, — о чем ты хотела со мной поговорить?

— Ты и ты, — Маша ткнула пальцем на пришедшего за ними Виталия, — упрашивали меня взять в Комитет Ирину. Посмотрите на нее! Разве она сможет хранить в тайне наши планы? Ирина явно появилась здесь неспроста и выполняет чей-то указ.

— Откуда ты знаешь? — Перебил Машу Виталий. — Может Ирка хочет найти в игре союзников и именно поэтому вышла к нам на встречу? Если ты забыла, то мы с Мишей считаемся отступниками благодаря Алине Павловне и Себастьяну Риверу. На нас все еще открыта охота, а Ирка дружит с нами с детства. — Виталий отрицательно покачал головой, прогоняя нехорошие мысли. — Я не думаю, что она способна подложить нам свинью.

— Любовь и дружба бывают слишком слепы. — Резонно заметила Маша, не веря словам Виталия. — Враг может скрываться под любым обличием. Обычно он появляется в только ему выгодных моментах, старательно втираясь в доверие окружающих.

— Я согласен с Машей, хоть мне и не хочется этого признавать. — Вдруг вставил свою лепту в разговор Михаил. Своим признанием ему удалось шокировать Виталия. Миша поспешил рассказать другу и внучке Бабы Яги о своих подозрениях, которые он вынашивал в голове с момента встречи Ирки и ее отца на территории пятого отряда. — Есть одно событие о котором я вам не рассказывал. Ирка попросила об этом молчать, да и если честно, мне самому не хотелось афишировать данное происшествие. Прежде чем я вам о нем расскажу, Маша ответь мне, пожалуйста, на вопрос: если член семьи состоит в Департаменте он может рассказывать об этом всем подряд?

Маша озадачено прищурилась и отрицательно покачала головой.

— Нет. Нет это невозможно. Видишь ли, на сотрудников Департамента накладывается обед молчания. Обед молчания это своего рода заклинание, благодаря которому никто кроме членов семьи сотрудника Департамента не знает об истинной должности семьянина. Когда сотрудник Департамента решается рассказать своей семье правду о работе, члены семьи самолично проходят сначала тесты, а потом на них, как и на работника Департамента, накладывается обед молчания. Тесты, как и обед молчания обмануть нельзя, а снять можно только с участием Департамента. Но даже при таких случаях, из членов семьи сотрудники Департамента стирают память об истинной работе их непутевого члена семьи… А почему ты спросил?