Самойловы-2. Мне тебя запретили (СИ) - Инфинити Инна - Страница 41

Зал поделен на пять зон с декорациями: бар, пляж, офис, домашняя гостиная в рождественском стиле и что-то похожее на фермерское поле с настоящим стогом сена. Фотографы действительно только в трех зонах: баре, офисе и рождественском доме.

— Итак, — начинает Леруа. — Ни одна из вас еще не имела серьезного опыта в модельном бизнесе, поэтому коротко расскажу, как все устроено и что от вас требуется. Задача каждой модели — продать потребителю товар. Что бы вы ни рекламировали: духи, трусы, автомобили, майонез, стиральный порошок… Не важно, что. Вы должны это продать. Увидев вас в рекламе того или иного продукта, я должен захотеть достать из кармана кошелек и совершить покупку. Если реклама с моделью не продает товар, то кампанию сворачивают, признав провальной, и к этой модели больше никто никогда не обратится. Понятно?

Десять девушек издают тихое «Да».

Леруа удовлетворенно кивает.

— Хорошо. У нас сегодня работают три декорации: офис, домашняя гостиная в рождественском антураже и бар. Девушка в офисе рекламирует услуги юридической компании. Увидев рекламный плакат с ней, я должен захотеть воспользоваться услугами данной фирмы. Девушка в рождественской гостиной рекламирует жилую недвижимость. Увидев рекламный плакат с ней, я должен захотеть взять ипотеку на 30 лет. И только девушка в баре не рекламирует ничего конкретного, кроме самой себя. Я как модельный агент работаю не только с коммерческими организациями, которые рекламируют свой товар на телевидении или рекламных щитах, я также сотрудничаю с самыми известными парижскими домами моды. — На этом он делает паузу. — А домам моды нужен секс. Посмотрите на рекламу Версаче, Диор, Шанель… Там же сплошной секс при том, что их модели даже не раздеваются. Поэтому та из вас, которая окажется в баре, должна продать мне саму себя, не снимая одежды. Все понятно?

Снова раздается гулкое «Да».

— Тогда первые три девушки — вперед. Остальные могут остаться тут и понаблюдать.

Я решаю не идти первой. Я уже вообще сомневаюсь в правильности своего решения прийти сюда. Я наивно полагала, что тут все будет крутиться вокруг меня одной, потому что я вся из себя такая красивая, и он сам дал мне свою визитку. Но, оказывается, такие кастинги поставлены у Антуана на поток. Девушки для него — это пушечное мясо.

Мне вдруг резко становится жарко. Только сейчас я понимаю, что не сняла с себя верхнюю одежду. Вешаю пальто на свободный крючок и приваливаюсь спиной к стене, наблюдая за тремя фотосессиями.

У девушки в декорациях офиса, как мне кажется, получается вполне не плохо. На ней строгий брючный костюм, поэтому она вполне вписывается в рабочий антураж. Позирует, разговаривая по стационарному телефону. Затем печатает на компьютере. Месье Леруа стоит за спиной фотографа, который отдает девушке приказы, как встать и куда смотреть, и наблюдает за ней.

Затем Антуан отходит к модели в баре. У нее, по всей видимости, получается хуже. Она держит в руках бокал и делает вид, будто пьет, при этом глядя поверх стекла в объектив фотокамеры.

— Ты для кулинарного журнала снимаешься, что ли? — недовольно ворчит месье Леруа. — Спешу тебя расстроить: их давно никто не издает. Ты должна пить этот коктейль так, чтобы я захотел тебя во всех позах. А пока мне только хочется тебя пожалеть.

О Боже, ну и комментарии. Девушка покрывается густой краской, и я вместе с ней.

— А сейчас ты покраснела так, будто у нас реклама кетчупа! Я даю тебе две минуты, чтобы собраться и показать мне секс!

По спине проходит неприятный холодок, и желание незаметно отсюда свалить усиливается. Такого унижения я не переживу.

Но я силой заставляю себя остаться стоять на месте. Антуан тем временем переходит к третьей девушке в рождественских интерьерах. На ней очень короткое платье. Недомодель стоит на коленях у елки с большим подарком в руках, и выгибается так, будто снимается для порножурнала.

— Детка, ты переигрываешь, — замечает месье Леруа. — Рождественская съемка должна быть уютной и ориентированной на семью. Твоя задача — убедить меня взять ипотеку на 30 лет и жениться! А ты показываешь какое-то дешевое порно. Оно меня не возбуждает.

У девушки от таких замечаний даже подарок из рук вываливается. Я чувствую, как у меня начинают подкашиваться ноги. Желание сбежать нарастает.

Антуан возвращается к девушке в интерьере бара и, оставшись недовольным тем, как она пьет коктейль, заканчивает ее съемку.

— Следующая! — громко кричит, пока недомодель, вытирая слезы, проскальзывает в коридор.

К бару тут же торопится новая соискательница модельной жизни. Я с пересохшим от волнения горлом продолжаю наблюдать.

— Не плохо, очень не плохо, — месье Леруа возвращается к девушке в офисе. — Думаю, достаточно на сегодня.

Довольная брюнетка в брючном костюме возвращает на место телефонную трубку и подходит к Антуану. Он отводит ее в сторону и с серьезным выражением лица что-то долго говорит, а она ему кивает. В конце они жмут друг другу руки, и девушка с счастливой улыбкой и гордо поднятой головой направляется на выход.

Ее место занимает рыжеволосая красотка. Параллельно месье Леруа отправляет в отставку модель в рождественских интерьерах, которая так и не смогла убедить его взять ипотеку на 30 лет.

— Ты, — поворачивается он к нескольким ожидающим девушкам и тычет пальцем в шатенку. — Давай иди под елку.

Мало похожая на модель девушка, сильно ниже меня ростом, споткнувшись на ровном месте, направляется к рождественской гостиной. Леруа отходит к двум другим: в офисе и баре.

— На выход, — обращается, спустя пару минут, к девчонке, изображающей из себя порочную секретаршу. — Ты пришла на кастинг фотомодели, а не порноактрисы.

— Но ведь сексуальность привлекает внимание… — это первая соискательница, которая осмелилась подать голос и перечить.

— Во-первых, между сексуальностью и дешевым порно есть большая разница. Во-вторых, у меня куча долгов, я сужусь, мне нужен хороший адвокат. Какая в жопу сексуальность? Это вообще последнее, о чем я думаю в такой ситуации. Я ищу надежного адвоката, и ты должна убедить меня воспользоваться услугами конкретной юридической фирмы. Поняла?

— Д-да, — заикается. — Я могу попробовать еще раз?

— Нет, у меня мало времени. Следующая!

Ее сменяет блондинка. Леруа перемещается к бару, где уже вторая девушка пытается сексуально пить из бокала. Антуану не нравится, но он не хочет прощаться с ней слишком быстро. Дает пару наставлений, просит сесть то так, то эдак.

— Ладно, иди, я тебе позвоню, — обращается к ней.

Девушка, не понимающая принимать это за положительный ответ или за отрицательный, направляется к выходу.

Антуан поворачивается к ожидающим своей очереди.

— Ты, — указывает пальцем на меня. — Давай к бару.

Сердце срывается в пропасть. Я хочу сделать шаг, но туфли будто прилипли к полу.

— Чего стоишь? — злится. — Давай быстрее, мне некогда.

Взяв себя в руки, на негнущихся ногах я направляюсь к барной стойке. Стараюсь идти уверенно, но, мне кажется, со стороны я выгляжу очень неуклюжей на этих шпильках. Как назло, от волнения в глазах пляшут мурашки, поэтому приходится двигаться почти вслепую.

Различив очертания высокого барного стола, останавливаюсь у него. На стойку мне кладут новый коктейль. Я перевожу взгляд с него на деревянный стул и обратно. Предыдущие две девушки сидели на этом самом стуле, закинув ногу на ногу, и пытались соблазнительно пить из бокала.

— А можно без коктейля? — сипло спрашиваю.

— Мне все равно, — резко отвечает Антуан. — Просто покажи мне такой секс, чтобы я неделю кроме тебя больше никого не хотел.

Чувствую резкий приступ тошноты. Воздух становится сладковатым и как-будто вязким. Я пялюсь то на стул, то на бар, пытаясь решить, какую позу принять. Наверное, это уже слишком долго, потому что до меня доносится нетерпеливый вздох Антуана. В итоге я запрыгиваю на барную стойку.