Благословленная (СИ) - Кожина Ксения - Страница 34

— Так и знал, что ты меня узнаешь. — И снял с пальца тоненькое серебряное колечко, которое и вернуло его величеству вид... собственно свой собственный вид оно и вернуло.

— Вам стоит чаще менять иллюзию. Мало ли кто ещё может её запомнить. — Невозмутимо парировала Ясина и, поджав губы, поинтересовалась. — Я надеюсь, не стоит напоминать вашей страже, чтобы они не совали свой нос во все углы?

И я почувствовала себя лишней. Сильно лишней, я бы даже сказала, что моё присутствие является чуть ли не преступлением. Потому что его величество смотрел на сестру искусника жадно. Он всматривался в каждую черту её лица, пытался уловить хоть какие-то еле заметные изменения, впитывал каждый её шаг, когда она прошла через весь кабинет, присаживаясь на маленький диванчик.

— Я уже начал думать, что ты умерла. — Тихим осипшим голосом произнёс он. И сейчас он совершенно не напоминал мне того спесивого мужчину, что я видела на королевской алле.

А вот Ясина... она беспечно пожала плечами, как бы говоря, что лично её всё устраивает и умирать она не собирается, кто бы и что не думал. Его величество намёк понял и задал один единственный вопрос.

— Вернёшься?

Я удивлённо приподняла брови, не ожидая такого поворота. Я-то думала, что мужчина будет рвать и метать. Сестра искусника расплылась счастливой улыбкой и секунд тридцать смотрела на него взглядом влюблённой дурочки. Его величество даже хотел заулыбаться в ответ, что было явно видно по уголкам губ, стремящихся уползти куда-то вверх. А Ясина, не убирая счастливую улыбку, жёстко с холодом в глазах, ответила.

— Нет.

Генрих дэ Люрэк кивнул, поджимая губы, и решил уделить всё своё внимание мне. Да он чуть ли не всем корпусом развернулся, чтобы посмотреть на меня тяжёлым взглядом. Появилось желание слиться с местностью, но я печально вспомнила, что хамелеонов в роду таки не было, а спинка стула, даже если за неё спрятаться хорошим укрытием не является, и осталась сидеть на месте. Разве что дышать через раз стала.

Его величество молчал. Величественно так молчал! И хмурился! Но продолжал молчать. Я сглотнула и поёжилась. Ясина еле слышно под нос хмыкнула, нарушая гнетущую тишину, и Генрих дэ Люрэк отмер. Подарил мне хмурый взгляд, такой от которого я всё же вжалась в спинку стула, и заговорил.

— Я хотел принести вам свои извинения, Лена. Наше знакомство состоялось не слишком удачно.

Если бы я могла пошевелиться, то сейчас бы ловила свою челюсть, упавшую на пол. Но тело от напряжения свело, и я смогла только кивнуть. Мужчина деликатно проигнорировал мой полнейший ступор и скорее всего невоспитанность, потому что что-то мне подсказывает я должна была, как минимум заверить, что ему не за что извиняться, а как максимум упасть перед ним на колени, чуть ли не целуя пол, и слёзно просить меня извинить... за что-нибудь. Просто он, конечно, молчал, но взгляд у него был говорящий. Хоть кредит я в своей не такой и длинной жизни взять не успела, но почему-то подумала, что именно таким взглядом одаривают коллекторы своих должников.

— Лена — это ваше полное имя? — осведомился у меня глава королевства.

Я опять кивнула, потом немного подумала и поняла, что так у нас разговора не выйдет. Пришлось прочистить горло и тихонечко пропищать.

— Воробьёва Елена Викторовна, ваше величество.

Мужчина расплылся в шикарнейшей улыбке. У него на щеках появились две притягательные ямочки, в глазах поселились озорные огоньки, и такая притягательность появилась, что я невольно поддалась вперёд, затаив дыхание. В себя помог прийти Дерек. Он презрительно фыркнул, потом повёл носом и, прижав уши к голове, пополз. И Генрих дэ Люрэк был забыт! Я с глубочайшим удивлением наблюдала за своей кисой, что припав к полу, ползла в сторону Ясины. Точнее не со всем к Ясине. Моя киса замерла около противоположного конца дивана, довольно вильнула хвостом и заурчала так громко, что дар речи пропал даже у пыхтящей сестры искусника, что до этого недовольно наблюдала за преображением короля. Его величество, разом растерявший всю свою блистательность, не отчаялся и, поддавшись немного вперёд, заговорил низким голосом с вибрирующими нотками.

— Вам невероятно повезло, Елена Викторовна. В королевстве наступили тяжёлые времена и вам выпала величайшая честь. Вы станете нашим спасителем!

Я впала в состояние ступора повторно. И нет, на слащавые слова я не повелась, потому что на Земле уже успела узнать, на что порой способны мужчины, когда желают затащить невинную девушку в постель. Да и вряд ли именно это хотел от меня его величество, даже с учётом его преображения. Просто я себя как-то в роли спасителя представить не могла. Разве что повязать на шею бантик, и выйти на какую-нибудь главную площадь. И уже там, поправив этот самый бантик, вспомнить мультик про кота Леопольда и собственно да... Помнится кота мыши слушать не желали.

Ясина же наоборот видимо успела отойти от шока. Она скрестила руки на груди и издевательски пропела.

— Если ты ещё не поняла, Лена, то тебя сейчас собираются использовать и судя по всему в довольно грубой форме.

— Это я поняла, — задумчиво пробормотала, всё более отчётливо представляя себя на площади, на сцене с разведёнными в сторону руками и...

И мне послышался тихий бархатный смех. Правда он так быстро прервался, что я сначала подумала, что мне показалось. Только вот его величество тоже странно напрягся, а Ясина... она наоборот усмехнулась и попыталась состроить невозмутимое лицо. Но было видно, что она как-то разом расслабилась, словно всё это время ожидала пакости, а эта пакость взяла и свалилась на голову кому-то другому. Пробежала взглядом по помещению и нечего подозрительного кроме довольного стража не заметила.

— Дерек, иди сюда. — Тихо позвала его.

И совсем не от того, что испугалась невидимой опасности.

Моя киса лениво приоткрыла один глаз, потом закрыла и заурчала громче раза так в три.

— Издеваешься? — Недовольно прошипела в пустоту.

И пустота ответила. Правда голосом Истислава, но ответила же!

— А что, похоже?

Внутри всё перевернулось то ли от радости, то ли от облегчения. Но всё-таки.

— Я тебя не вижу, — проинформировала невыносимого бога, хотя он и так это знал. Скорее уж это было для себя, для собственной уверенности. А ещё...

Ещё мне очень хотелось услышать его голос и расслабленно выдохнуть, поняв, что на меня не злятся.

— Всё как ты и заказывала. — Ехидно отозвался он и, судя по всему, сделал то, на что так упорно напрашивался Дерек. Погладил его!

Нет, само действие я не видела, просто шерсть по всей длине спины стала приглаживаться, а после моя киса, набравшись наглости, приподнялась, и её лапы зависли над диваном. Я, конечно, поняла, что это Дерек лапы на колени богу положил, но выглядело это... необычно.

— Весь в хозяйку, — снова отозвалась тишина голосом Истислава.

Ясина заулыбалась, его величество совсем не величественно сглотнул, а я не удержалась от возмущённого...

— Что?!

— А что ты так удивляешься, — немного насмешливо с некоторой ленцой в голосе ответил Истислав. — Я проявляю заботу о тебе, сохраняю твою жизнь, а ты ещё и имеешь наглость проявлять своё недовольство и откровенно вредничать.

Я смутилась, печально вздохнула под ошарашенным взглядом его величества и невесело пришла к выводу, что на меня таки ещё обижаются. Что бы он ни говорил про то, что его невозможно обидеть. Меня даже немного помучали угрызения совести, только вот кто бы, что не думал, а Истислав мог объяснить мне всё нормальным языком, как это сделала Ясина, а не... Я закусила губу, посмотрев туда, где предположительно должен сидеть бог, но кроме зависших лап довольного Дерека ничего так и не увидела. Остальные присутствующие тоже пытались хоть что-то обнаружить, но если сестра искусника выглядела расслабленной, то его величество конкретно нервничал. Он же первый и нарушил напряжённую тишину.

— Простите, всесильный и бессмертный бог мёртвых, но не соблаговолите ли вы...