Фатальные пятнашки (СИ) - Кожина Ксения - Страница 17

Весь оставшийся путь я преодолела молча и в раздумьях. Мне было безумно интересно, это мама решила мне так радость сделать или всё-таки гадость?

«Всё-таки гадость», — пришла к окончательному выводу, когда мои босоногие ноги (обуться-то мне не дали), опустились во что-то непонятное, но очень похожее на болотную жижу. Переступила с ноги на ногу, пытаясь не завизжать от отвращения, и подозрительно посмотрела на пикси.

— Что? — Невинно улыбнулась Дориш. — Болото немного разлилось, так что сейчас раздеваемся и топаем ножками направо.

Голову даю на отсечение, можно было найти более удачное место для приземления. Хотя, подождите, о чём это я? В болотную жижу опустили только меня, а сами пикси остались парить в воздухе.

«И вот сюда пытаются попасть демоницы?», — возмутилась внутренняя брезгливость, пока я краем глаза отмечала, как пухлые пальцы разрывают бесценное творение паучьих лапок на куски. Рвали они его с таким удовольствием, словно не меня раздевают, а сдирают кожу с ещё живого врага.

Покрутила головой, рассматривая сухие ветки деревьев над головой, и огорчённо выдохнула. Надо было бежать вместе с Федькой. Теперь же поздно, пока пикси маме долг не уплатят они от меня не отстанут. Ну а на то, что мне как-то на эту уплату долга плевать, остальным оказалось тоже, кхм, плевать. Да что ж мне так не везёт-то в последнее время?!

— Простите, уважаемые пикси, — опомнилась и стала вырывать из загребущих рук этих «уважаемых» уже болтающееся на мне платье, а точнее то, что от него осталось. — Не могли бы вы разрешить мне оставить хотя бы этот клок? Всё-таки домой мне в чём-то возвращаться нужно. — И увидев полные скепсиса глаза, быстро продолжила. — Вы только представьте, какое лицо будет у моей маменьки, когда она увидит меня на пороге своего дома в этом? — И покрутилась перед ними в оставшихся лохмотьях. — А если я вернусь без него, то она может и не заметить, что произошло с платьем.

— Это конечно верно, — начала самая говорливая из них.

— Но тогда возвращаться нам придётся быстро. — Внесла своё предположение другая.

Ага, то есть они тут решают, как и на мамино лицо посмотреть, и как потом ноги успеть унести. Пока они играли в гляделки, я уже успела промёрзнуть, всё же стоять в холодной жиже не самое приятное занятие.

— Решено, — снова отозвалась самая говорливая, — мы оставим тебя под дверью, а сами посмотрим из-за угла. А ты, — в меня упёрся пухлый указательный палец, — что б дверь пошире открыла и дала нам возможность всё рассмотреть.

«Ага, щаз-з!», — мысленно огрызнулась. — «Будет вам моя маленькая месть»

— Конечно-конечно. — Произнесла уже вслух и, быстро сняв с себя то, что осталось, пока не передумали и не дорвали, закинула на сухие ветки. — Куда идти?

Идти не хотелось, но если нет возможности уклониться от запланированного мероприятия, то лучше пережить его как можно быстрее. Развернулась в указанном направлении и быстро зашагала, стараясь не обращать внимания на то, что попадается мне под ногами. Стоило пройти пару метров, как я неожиданно оступилась и ушла под жижу с головой. Вынырнула быстро, отфыркивалась уже дольше, а уж разобрать то, о чём так весело смеялись пикси, не смогла совсем.

«Ну, я вам...», — только подумала над скорой расплатой, как рядом со мной раздалось неожиданное и мужским голосом:

— Опять вы, девки, развлекаетесь!

— Что вы, уважаемый водяной. — Вот же! Умеют быть вежливыми. — Ведьма к балу готовится, сама запросилась к вам.

— Сама говорите? — Теперь уже меня окинули подозрительным взглядом, и я быстро застряла головой в знак согласия.

Хоть сама я с водяными до этого не встречалась, но в памяти ещё была встреча с лешим, от которого я так долго потом ноги уносила. И моё ведьмовское чутьё предупреждало об опасности, тем более что пикси решили быть вежливыми. А раз он их притопить одним щелчком пальцев может то, что уж говорить про меня. Они-то в воздухе висят, а я в болоте по горло.

«Эх, опять злость сорвать не на ком. Так и своим собственным ядом захлебнуться можно», — грустно подумала и вслух произнесла, — здравствуйте.

— Ну, здравствуй, коль не шутишь.

На меня смотрел высокий коренастый мужчина, правда его кожа отдавала немного зеленоватым цветом, но её с лихвой компенсировала косая сажень в плечах. Он стоял на мутной жиже, которую у меня язык не повернётся назвать водой, и о чём-то усиленно раздумывал. По крайней мере, хмурую складку между бровей я расшифровала именно так. Встретились бы мы с ним в другом месте, и я бы ни за что не подумала, что это водяной.

— Значит ведьма, — произнёс он задумчиво.

— Угу.

— И ты несёшь эту... любовь в массы. — Выдал он и я подняла на него осоловевший взгляд.

— Что несу?

— Зелья приворотные готовишь, — пояснил непонятливой мне водяной. — Предлагаю уговор.

А вот это уже интересно. Я взглянула на него уже совершенно под другим углом, то есть как на потенциального клиента, и даже плечи выпрямила, правда под водой этого всё равно было не видно. Но если учитывать, что водяной хмыкнул, эффект я всё же какой-то произвела.

— Ты мне зелье, а я тебе с красотой помогаю. А то эти, — серьёзный взгляд на пикси, — тебя и накунать могут.

О том, что я сама уже оступилась и в болотную жижу с головой ушла, я стыдливо промолчала, хотя вряд ли мокрые сосульки из волос на моей голове можно было не заметить. И вместо этого деловито поинтересовалась:

— Для кого зелье?

— Да для Мартиши! — Вроде имя сказал, но как будто выругался. — Понимаешь, любовь у нас, а переезжать жить ко мне не хочет.

— А Мартиша это кто?

— Как кто? — Он так искренне удивился, словно я должна всех водяных жителей знать. — Русалка.

Теперь я удивилась. Ещё сильнее удивилась, когда я опустила взгляд в болото и попыталась рассмотреть хоть что-то в мутной воде.

— А тут водятся русалки? — Знаю, что не должна спрашивать, это совсем не профессионально, но промолчать не получилось.

— Не-е. Какие ж тут русалки! — Он мягко рассмеялся. — У соседа моего. Говорю ж, упёрлась она и переезжать ко мне ни в какую не хочет, хотя с соседом я уже договорился.

И я эту неизвестную Мартишу понимала. Я бы тоже ни за что не переехала жить в болото.

— Так может этот... — я на секунду задумалась, как бы потактичнее обозвать то место, в котором я стою, — водоём почистить, и она без зелья переехать согласится?

— Думал уже, но тогда все полезные свойства вместе с грязью и пропадут. Так что уговор?

— Уговор, — печально согласилась и запихнула жалость к русалке поглубже. — Только я к вам второй раз не пойду. Как зелье передавать-то буду?

— Дык водичке скажи: дорожкой обернись, к водяному возвратись, к дяде Лёше в заповедный лес. Как скажешь, так пузырёк с зельем и кидай.

— Договорились, Алексей, — и протянула мокрую руку в знак согласия.

Водяной, не раздумывая, ответил крепким рукопожатием и неожиданно произнёс:

— Лев.

— Где? — Я испуганно завертела головой в разные стороны.

— Я — Лев. Мне это имя больше нравится, а Лёшей меня маменька пред водичкой назвала.

— Договорились, Лев. — Неуверенно произнесла, а в голове крутилось: «Мама дорогая, это же на что я подписалась с этим невменяемым мужиком?»

***

На что подписалась я поняла, как только он скомандовал «начали». Руки и ноги что-то спеленало, а я даже не видела что именно из-за цвета воды.

— Не боись. Мои силки держат крепко. У меня ещё под воду никто без моего желания не уходил. — Не правильно он понял моё испуганное выражение лица. Успокоил, так успокоил.

Глава 7

ГЛАВА 7

Домой к матушке я возвращалась вся в потрёпанных чувствах и не только мои чувства были потрёпаны. За то время, что я провела в заповедном лесу, я ругалась так, как не ругалась никогда в жизни. Правда ругалась исключительно мысленно после первой же угрозы закрыть мне рот очень полезным мхом, который мне и зубы в порядок приведёт. Меня что-то тёрло, щипало и даже покусывало. Причём это что-то я так и не увидела, но ласковые комментарии водяного к своим водным зверушкам и водорослям, особо не вдохновляли. Апофеозом издевательства надо мной стало купание в жиденьком водопаде, вода в котором отчего-то имела затхлый запах. На все мои вопросы Лев, тот который дядя Лёша, только хитро улыбался и говорил, что я буду краше всех.