Итарис. Возвращение Александры (СИ) - Кудаева Марина - Страница 5

Не померещилось, со страхом подумала она.

— А звать то тебя как? — поинтересовался он. — Помнишь?

В ответ девушка покачала лишь в стороны головой, почему-то боясь даже назвать своё имя.

— Спрашивать у тебя чего, вижу без толку. А одежда на тебе странная, — указал он рукой на неё. — Так вот, мы-то едем в Хордон, травы целебные продавать, такие только у нас в поселении произрастают, а у мидаров на них спрос большой.

Девушка лишь пристально наблюдала за стариком, слушая его.

— Эх, девка ты красивая, хоть и грязная! Нельзя тебе в Хордон. — покачал он головой.

— Почему же? — удивилась она.

Старик ухмыльнулся со словами:

— Любят мидары, девок наших, чем краше, тем спрос больше. Аль не знала? — с прищуром в глазах спросил старик.

— Не помню.

— Будем проезжать мимо небольшой таверны, там тебя и оставим!

Заметив, как она напряглась, старик продолжил:

— Да ты не бойся, там моя старая знакомая живёт — Бертула, полукровка. А помнится, мы с ней по молодости то веселились, — залившись краской, оживился старик. — Она тебя там накормит, да спать уложит, а там смотришь и останешься у неё в подмогу, коль с памятью беда.

— Спасибо!

— Странная ты, в таком месте тебя подобрали, точно ничего не помнишь?

— Нет, даже про мидаров ни чего не помню, — схитрила она, пытаясь узнать побольше.

— Ну, ты даёшь, — усмехнулся старик, — да они и ничего, за право существования борются, как и любое существо. Но вот конечно много ходит легенд, мир хоть и новенький, а правду не сыщешь.

Он склонился ближе к лицу девушки и зашептал:

— Говорят, чтобы вернуть жизнь своим сородичам, повелитель своим же крылом срубал людям головы, дабы вдохнуть в своих жизнь, — старик выпрямился, — да многое чего говорят…

На секунду он задумался, и тут же закопался в своей сумке, доставая оттуда глиняную бутыль и кусок сдобы.

— Ты, поди, голодная, — протянул он ей еду, — на вот, подкрепись, ехать всю ночь будем. Да ты и поспи, полежи, не бойся, сын мой дорогу видит, коль что крикнет.

Она с удовольствием взяла еду и воду из рук старика. А съев, устроилась поудобнее в сухой траве, и, видя, что старик и сам прилег, прикрыла глаза.

Ей снились образы существ, которых она в жизни не могла бы себе представить. На удивление они покланялись ей, ждали от неё дальнейших действий, сверкая своими алыми глазами, покорно преклонялись. А главное он…, тот, кто звал её во сне. Он не называл её по имени, но она чувствовала, ощущала, что ему нужна только она, голос манил и завлекал её. Бежав к нему на встречу не могла рассмотреть его лица, лишь только образ, к которому она приближалась. Он растворялся в лёгкой дымке, и появлялся вновь, но уже в другом месте. Он снова звал…

Сон уходил в туман, оставляя после себя неведомую манящую силу.

Не успев до конца отойти ото сна, её начало шатать из стороны в сторону, от чего девушку немного замутило. Сквозь сон она услышала голос:

— Вставай, — склоняясь над ней, толкал в плечо старик, — пора вставать, приехали.

Девушка медленно открыла глаза, не понимая, чего от неё хотят, не уж то умудрилась заснуть на работе? Бывало уже так пару раз, пока в ресторане не было посетителей, можно было вздремнуть в раздевалке, свернувшись калачиком на диване. Две работы и недосып давали о себе знать.

Тут же увидев сморщенное лицо старика, в голову хлынул поток воспоминаний, которые она воспринимала за сон. К сожалению, старик был слишком реален, да и запах от него оставлял желать лучшего. Хорошо, что сухая целебная трава перебивала вонь, витающую внутри шатра, исходящую толь от деда толь от ящера.

— Приехали? Куда? — удивилась она, приподнимаясь с травы.

— Ни то забыла? — хмыкнул дед, на что девушка уставилась в него непонимающим взглядом. — Таверна! — напомнил он ей.

Вылезая из шатра, её ослепило Солнце, слегка поморщившись, слезла с рептилии следом за стариком.

Теперь можно было рассмотреть это создание во всей красе. Ящеру дали ворох сена, которое он чуть пережевав, сразу же заглатывал, тряся своей головой. При свете солнечных лучей шипы вовсе наливались серебром, чешуя отливала терракотовым цветом, плавно перетекая в медный. Животное было травоядным, и до незнакомки ему не было ни какого дела.

— Пойдём за мной, — отвлёк её старик.

Таверны нигде не было, лишь заросли кустов виднелись вдоль дороги, но старик проворно нашёл тропинку среди растительности, и, прихрамывая, вёл за собой девушку. Пройдя несколько метров, сквозь листву можно было увидеть очертания двухэтажного деревянного дома, оно не сильно отличалось от привычных девушке зданий, хотя по размерам было большим.

Выходя из кустов, старик остановился со словами:

— Ты лучше накинь капюшон, мало ли кто в таверне засиживается!

— Александра послушно накинула капюшон от толстовки, попутно подобрав белокурые волосы.

Вблизи здание оказалось огромным, сделанное из больших деревянных срубов. Смотрелось оно очень массивно, вот только окна этого здания не имели привычного для девушки застекления, на них была натянута мутноватая мембрана, при виде которой создавалось не очень приятное впечатление о заведении. А если подумать, откуда такое остекление, то и вовсе отвратительно.

Александра была удивлена.

Как можно найти таверну в таком неприглядном месте, с повсюду заросшими кустами? Удивительно если там действительно окажутся посетители.

Старик забрался по ступенькам, и по-свойски распахнув дверь, крикнул:

— Бертула!

Он прошёл внутрь помещения, а за ним медленно входила девушка.

С первым же шагом в таверну, её сбил с ног ужасный запах, он напомнил ей кухню ресторана, на которой постоянно стояла вонь, от подгоревших продуктов. Сейчас этот смрад был в разы сильнее, от чего девушке заметно поплохело. Внутри помещение было довольно обычным. Простые деревянные столы, вокруг которых стояли скамейки, в углу располагался огромный закоптившийся со временем очаг. Даже нашлось место для барной стойки, на которой стояла разнообразная глиняная посуда.

— Неужели в твоей вонючей лачуге мы первые посетители? — раздался смехом старик.

И откуда в нём столько прыти взялось?

Александра непонимающе взглянула на оживившегося старика, который с довольной улыбкой осматривал помещение.

Была бы её воля, летела со всех ног подальше от этого места. Выбирать не приходилось. Нужно осмотреться, понять, что к чему, а уж потом действовать.

— Кому это моя лачуга не по вкусу? — раздалось ворчание, выходившей к ним женщины.

Не спехом, вразвалочку к ним подходила женщина. Её вид был омерзителен. Высохшее старческое лицо, на котором красовались два огромных голубых глаза, в которых виднелись зрачки в виде небольших точек, обычный нос, морщинистые губы. Длинные чёрные волосы сбивались в колтуны, свисая до поясницы. Пухлое тело было одето в тёмно-бордовое расклешенное платье, доходившее до колен, ниже виднелись неестественно тонюсенькие слишком волосатые босые ноги. Огромные грязные стопы с чёрными ногтями. Она подошла ближе, обтирая худощавые руки об подол платья, и приветливо оскалилась, оголяя перед гостями ряд жёлтых клыков.

Так вот о чём говорил старик, назвав хозяйку таверны полукровкой! В ней явно была помесь с другим существом!

При виде такой хозяйки, и ни удивительно, что таверна пустует.

— Ааа…, - протянула она, — давненько ты не захаживал ко мне! Соскучился по моей стряпне?

В глазах Александры, старика будто подменили, в нём появился юношеский задор, на лице проступила мальчишеская улыбка.

— По тебе соскучился! — подлизывался он. — Столько дел, столько забот, мимо езжу, а завернуть к тебе, времечка нет.

— А сейчас-то чего пожаловал?

— Да вот, — указал он на рядом стоявшую девушку, — сирота, деться ей некуда, по дороге подобрал бедняжку.

Бертула окинула её взглядом, и проговорила:

— Страшна…, где так поумазалась вся?! — брезгливо посмотрев на неё, продолжила: