Порочные ангелы (ЛП) - Халле Карина - Страница 19

— Еще я ей платье дал, — добавляет Эсте, вставая возле меня и опуская руки на спинку моего стула.

Хавьер пробегает взглядом по моему телу, перед тем как остановить его на моем лице, и смотрит он с подозрением.

— Вижу. Надеюсь, оно тебе нравится, Луиза. Если нет, то ты сможешь выбрать другое там, откуда взято это.

Тупо смотрю на него, ошеломленная ситуацией.

— Ох, и где же мои манеры? — он смотрит на седого мужчину. — Луиза, это Доктор. Док, это наша дорогая гостья, Луиза Рейес.

— Знаю, встречались, — Доктор сухо осматривает меня, перед тем как вернуться к газете.

— Ах, но та ночь была такой… хаотичной, не думаешь? — Хавьер складывает руки перед собой. — Возможно, нам всем еще нужно правильно представиться. Меня ты знаешь. Мужчина позади тебя — Эстебан Мендоса. Другой наш партнер, Франко, сейчас занимается делами. Боюсь, тебе не захочется попасться ему под руку, когда он в плохом настроении — снова, — он указывает на мою щеку, которая все еще чувствительна, благодаря удару Франко. Я специально не смотрела на свое отражение в зеркале в ванной, но знаю, что на щеке синяк. — Есть еще несколько людей, с которыми ты встретишься, но их имена не имеют значения. Если ты не будешь создавать проблемы, то с ними общаться тоже не будешь. Кажется, тебе нравится делать это, но я рекомендую тебе воздержаться. Мы не хотим причинять тебе вред, но, тем не менее, это не гарантирует того, что мы этого не сделаем. — Я фыркаю и награждаю его взглядом, полным отвращения. Это вызывает у него улыбку, хитрую и жестокую. — Вижу, ты умеешь видеть в жизни смешное. Это будет долгий путь, моя дорогая. Но также ты должна знать, что я говорю серьезно. Мы выдвинули требования твоему мужу, так что следующий шаг за ним.

— Он ни за что не выполнит ваши условия. Вот увидишь, — не могу сдержать злую ухмылку, которая распространяется по моему лицу.

— Думаю, ты себя недооцениваешь.

— А ты недооцениваешь моего мужа, — отвечаю я. — Нужно было просто убить его вместо того, чтобы похищать меня. Вы этого не сделали, и это ваша самая большая ошибка.

Его челюсти слегка сжимаются, как будто он сдерживает себя.

— Никакой ошибки здесь нет, — осторожно говорит он, после чего замирает. — Значит, ты бы предпочла, чтобы мы убили твоего дорогого Сальвадора?

— Если бы вы убили его, я бы не сидела здесь в платье какой-то шлюхи и не ела вашу дерьмовую еду.

Хавьер искренне улыбается, и эта улыбка освещает его глаза как камни цитрина. В них есть красота, которая меня шокирует, отчего я моментально забываю, с кем имею дело.

Он смеется, кивая.

— А ты не такая простая, верно? Знаешь, к тому времени, как ты нас покинешь, мы с тобой хорошо узнаем друг друга. Возможно, ты мне даже понравишься.

Не возвращаю его улыбку.

«Нет, не понравлюсь», — думаю я. — «Потому что я не дам тебе то, чего ты хочешь».

Это все показное: подшучивание, притворство, что это может быть сердечным опытом. Это не одурачило меня ни на секунду. В конце концов, на моей спине уже пора вырезать букву «В».

— К твоему сведению, — говорит Доктор, медленно поднимаясь на ноги. — Еда дерьмовая только тогда, когда готовит Эсте.

— Эй, — обиженно говорит Эсте из-за моей спины.

Внезапно, улыбка исчезает с лица Хавьера, и он встречается взглядом с Эсте и Доктором.

— Не могли бы вы нас оставить? Нам с Луизой нужно пообщаться. Наедине.

Чувствую, что Эстебан колеблется, но все же он вслед за Доктором выходит через дверь кухни. Солнечный свет, тепло и пение птиц на мгновение проникают внутрь комнаты.

Глубоко вдыхаю, одновременно пытаясь найти мужество для столкновения один на один с Хавьером и наслаждаясь запахом окружающих нас гор. Запах чистый, как высушенные на солнце листья и сухой воздух. Он напоминает мне о жизни, которая идет вне этого дома, и о том, насколько она может быть прекрасна.

— О чем ты думаешь? — спрашивает Хавьер, с интересом.

Ага, так я ему и сказала. Награждаю его пустым взглядом.

— О том, как именно ты убьешь меня.

— И как, по-твоему, я это сделаю? — он поднимает бровь.

Пожимаю плечами, притворяясь, что разговор об этом не пугает меня.

— Возможно, ты отрежешь мне голову. Так поступает Сальвадор, когда он в хорошем настроении.

— Для меня это было бы не впервые. Но уже надоело постоянно убирать кровь, — он внимательно смотрит на меня.

— Тогда как ты это сделаешь?

— Ты действительно думаешь, что я тебя убью? — его лоб морщится.

— Если Сальвадор не даст тебе то, что ты хочешь, тогда да. Но сначала ты начнешь присылать ему части моего тела. Первыми пальцы. Возможно уши. Или грудь.

Он откидывается на спинку стула и качает головой, выглядя встревоженным.

— Ты психически нездоровая женщина.

— Раньше я такой не была. Такой становишься, выйдя замуж за наркобарона.

Он облизывает губы, осматривая меня.

— Ты очень хорошо притворяешься смелой, но я умею видеть правду в людях. Ты не пойдешь далеко в этом бизнесе, не став немного телепатом, — он складывает руки за головой, выглядя небрежно. — И я чувствую твой страх, скрытый за напускной храбростью. Я даже ощущаю его запах.

Игнорирую его, опуская взгляд на его запястье. Его часы на дюйм сдвинулись, и я вижу под ними слово «Желание», вытатуированное на английском.

— Что значит твоя татуировка? — спрашиваю я.

На момент он застывает, но потом расслабляется.

— Это английский.

— Я знаю английский, — сообщаю я ему. — Работала в баре в Кабо-Сан-Лукасе последние три года.

О, черт, большая ошибка. Ему не нужно ничего обо мне знать.

— Я слышал, — отвечает он. Замечая выражение моего лица, он добавляет. — Не удивляйся так сильно. Мои люди некоторое время собирали информацию на тебя. Я знаю многое о тебе, Луиза Рейес.

— Зови меня Чавес, — говорю я ему. — Фамилия Рейес ничего не значит для меня.

— Очевидно, так. Так по какой причине ты замужем за ним? Деньги?

— Что означает твое тату? Ты мне, я тебе.

Он поджимает губы, но потом резко кивает.

— Как хочешь. Это название одной из песен группы «Nine Inch Nails». Набил его, когда был молодым, глупым и жил в Америке. — Это точно не вся история, но по его лицу абсолютно ничего нельзя понять. — Значит, ты вышла за него из-за денег? — повторяет он.

— Да, — киваю я. Настоящую причину я ему точно не скажу. Пока мои родители живы, этот монстр не узнает о них ничего. — Он заинтересовался мной, и, конечно, я согласилась на его предложение.

— Конечно, — отвечает он медленно, с намеком на разочарование. — Ну, Луиза, надеюсь, это стоило твоей жизни.

— Ты же вроде сказал, что не собираешься меня убивать, — мое сердце начинает биться чаще.

Он слегка улыбается.

— Такого я не говорил. Только спросил, с чего ты взяла, что я это сделаю. Если Сальвадор не согласится с нашими условиями, мы, возможно, начнем отправлять ему тебя по кусочкам. Или мы можем просто отрезать тебе голову и отправить ее.

Вот теперь страх игнорировать сложно. Внезапно все стало слишком реальным. Думаю, сложно игнорировать Хавьера Берналя, когда ты сидишь напротив него. Несмотря на свой страх, выпрямляюсь на сидении.

— Тебе же уже надоело убирать кровь.

Он лениво пожимает плечами.

— Верно, но нужен же мне для чего-то Эсте, в конце концов, — внезапно его глаза темнеют. — Он ведь тебе нравится, да?

— Нравится? — я хмурюсь, сбитая с толку.

Он пренебрежительно взмахивает рукой и поднимается со стула. Теперь я могу видеть, что на нем темно-синие джинсы с кожаным ремнем ручной выделки. Они, вместе с его чистой белой рубашкой, делают его вид повседневным, но с каплей элегантности.

И элегантно опасным.

— Забудь, — говорит он, обходя стол. — Вставай. И сними платье.

— Что?

Он пинает ножку моего стула, отодвигая меня на несколько дюймов от стола.

— Сделай это, пожалуйста. Или ты хочешь, чтобы его снял я? — он протягивает ко мне руку, а я уклоняюсь от его прикосновения. — Потому что я сниму.