Порочные ангелы (ЛП) - Халле Карина - Страница 22

Конечно, технически я по-прежнему его жена, но это слово никогда ничего для меня не значило.

Я долгое время стою под душем, позволяя воде очищать меня и желая, чтобы все мои заботы и кошмары смылись вместе с грязью, и стук в дверь удивляет меня. Слышу, что Эстебан в моей комнате, и быстро вытираюсь, после чего проскальзываю в платье, оставляя мокрые волосы распущенными.

Замираю в дверном проходе, и Эстебан смотрит на меня с улыбкой.

— Выглядишь восхитительно, — говорит он.

Его комплимент отскакивает от меня. Не понимаю, как можно выглядеть восхитительно без макияжа, с мокрыми волосами и синяком на лице, поэтому не верю ему. Мужчины считают женщин такими простыми: сказал ей, что она красивая и худая, и она простила тебе все, что ты сделал или собираешься сделать. До тех пор, пока я не встречу мужчину, который увидит настоящую меня за всем этим, комплименты не будут ничего для меня значить.

Едва сдерживаю ухмылку при этой мысли: теперь этого уже никогда не произойдет. Я или умру здесь, в обществе наркобаронов, или буду жить с Сальвадором. Все мои шансы на любовь и счастье вылетели в окно в тот момент, когда Сальвадор вошел в Коктейли Кабо.

— Пойдешь со мной? — спрашивает Эстебан, предлагая руку и изображая из себя джентльмена.

Смотрю на его руку, а потом на него.

— Куда?

Он пожимает плечами.

— Я же сказал, на прогулку. Думаю, свежий воздух пойдет тебе на пользу.

— О, а ты так сильно беспокоишься о моем самочувствии?

— Я не монстр, — говорит он, опять пожимая плечами.

— Нет, ты просто дурак.

Он хмурится, и я понимаю, что играю с огнем, подавляя нахлынувшую на меня волну опасения.

— Знаешь, — произносит он медленно. — Я могу быть твоим единственным другом в этом месте. Я могу быть твоей разницей между жизнью и смертью… Или разницей между потерей мизинца и потерей целой ноги.

Не уверена, стоит ли мне в это верить. Хоть Эстебан и является правой рукой и партнером Хавьера по бизнесу, я не думаю, что у него есть та власть, которую он себе присваивает. Мне кажется, что он постоянно хочет доказать, что он лучше, но у него это не выходит. Если бы я была на месте Хавьера, то я бы не спускала с него глаз.

— Друзья не угрожают друг другу, — сообщаю я ему.

Его хмурость постепенно спадает.

— Полагаю, ты права. Ладно, пошли.

Он снова предлагает мне руку, и я игнорирую ее, но все равно натягиваю на ноги кроссовки. По правде говоря, мне хочется и мне нужно попасть на улицу, глотнуть свежего воздуха и снова ощутить мир вокруг, потому что мне кажется, что я начинаю забывать, в чем ценность жизни.

Я иду впереди него по коридору, и мы уже доходим до лестницы, когда наш путь преграждает охранник, поставленный в конце зала. По крайней мере, это сначала мне показалось, что он — охранник, но судя по тому, как он не дает нам пройти к лестнице, скрестив руки, с угрожающей ухмылкой на лице, я понимаю, что он гораздо важнее простого охранника.

Он так плотоядно смотрит на меня, что мне хочется провалиться под землю.

Это — Франко, мужчина, ответственный за синяк на моем лице. В этом я уверенна.

— Вы куда? — спрашивает он Эстебана, не отводя от меня взгляд.

— Не твое дело, Франко, — отвечает он, жестом указывая ему уйти с дороги, но Франко не сдвигается с места.

— Планируешь сбежать с заложницей? — спрашивает он. У него глупый взгляд, но в этом мире именно глупых людей следует опасаться: огромное количество тестостерона и небольшое количество мозгов — опасная комбинация. Уверена, что, если бы со мной не было Эстебана, то меня могли ждать большие неприятности. Не облегчает ситуацию и то, что Франко почти весь состоит из мускулов. — Просто хочу потрогать ее волосы, — говорит он, облизывая губы, отчего у меня появляется ощущение, что я — стейк. — У шлюх они очень грубые.

Он протягивает руку и сжимает несколько прядей в кулаке. Я ахаю, но не сдвигаюсь с места, потому что не хочу оставить пучок своих волос в его руке.

— Все, натрогался уже, — говорит Эстебан, звуча устало. — Свали с дороги по-хорошему. Мы просто идем на прогулку.

Франко слегка тянет меня за волосы, снова заставляя меня ахнуть, после чего ухмыляется и отпускает меня.

— Конечно, — говорит он, смеясь про себя и отходя в сторону.

Эстебан быстро проводит меня мимо него. Мы уже достигаем середины лестницы, когда я слышу, как Франко шепчет мне:

— Намного лучше, чем у шлюх.

Вздрагиваю несмотря на то, что Эстебан выводит меня из дома на яркий солнечный свет.

— Не обращай внимания на Франко, — говорит он мне. — У него не все дома.

— Это я уже поняла, — отвечаю я, пока мое сердцебиение постепенно возвращается к своему нормальному ритму, свежий воздух заполняет легкие, а солнце согревает кожу.

Дом расположен в конце каменистой дороги. Здесь нет ничего кроме грязной подъездной дорожки и переросшей травы, простирающейся к ветхому деревянному забору и милям леса, который находится за ним. Ни соседей, ничего.

— Тебе не стоит его бояться, — продолжает Эстебан, пока мы отходим от дома. — Хотя, возможно, стоит.

— Я не боюсь, — отвечаю ему, сглатывая.

— Знаешь, однажды я встречал девушку, похожую на тебя, — говорит он, в то время как мы идем по подъездной дорожке, поднимая в воздух пыль.

Я едва уделяю внимание тому, что он произносит, изучая все вокруг и ища возможности для побега. Здесь нет охранников, что вызывает у меня любопытство. Франко, слава Богу, решил за нами не следовать, а остальные охранники видимо внутри дома, возможно, с Хавьером.

— Однажды ты встречал девушку, похожую на меня, — повторяю я отстраненно. — Чудесно.

— Да, — отвечает он. — Около года назад, когда я был на Гавайях. Спас ее от утопления. Вообще, я спас ее от многих вещей, включая саму себя.

— Настоящий герой, — говорю я сухо. — Ты, должно быть, думаешь, что ты очень хороший.

Он кивает.

— Так и есть, по большей части. Но она была похожа на тебя тем, что больше не заботилась о жизни. Она была в какой-то степени склонна к суициду.

Останавливаюсь и со злостью смотрю на него.

— Я не склонна к суициду, — шиплю я.

— Тебя ничто не волнует. Хавьер прав… Он думает, что тебя невозможно сломать, — он пожимает плечами.

— То, что он не может меня сломать, вовсе не означает, что я склонна к суициду, — сообщаю я ему. — В любом случае, что за ненормальный может хотеть сломать женщину?

— Не знаю. Это ведь ты замужем за одним из них, верно?

— Я замужем за демоном, а не мужчиной.

— Ну, Хавьер не совсем демон.

— Нет такого понятия, как сентиментальный демон? — спрашиваю я. — Расскажи мне об одежде. Эта юбка, платье… Чьи они?

Он смотрит на меня с любопытством, пока мы продолжаем идти по грубой дороге в сопровождении птичьих голосов, раздающихся со стороны деревьев.

— Почему тебя это интересует?

Настала моя очередь пожимать плечами, потому что я не знаю ответ на этот вопрос. Скорее всего, я хочу знать потому, что каждая частичка информации о Хавьере, которую мне удается добыть, увеличивает мои возможности, потому что я могу использовать ее против него, когда это понадобится.

— Просто пытаюсь завязать разговор, — отвечаю я.

— Верно. Ну, если тебя это так сильно интересует, то это одежда его бывшей девушки.

Тихо фыркаю.

— Девушки? Я думала, он только пользуется шлюхами. Кто же еще может им заинтересоваться?

Чувствую, что Эстебан внимательно смотрит на меня. Конечно, на первый взгляд, любая женщина может заинтересоваться Хавьером Берналем. Он симпатичен, и я уверена, что он может быть очаровательным, если захочет. К тому же, у него есть деньги и власть. Но любая разумная женщина убежит от него, когда поймет, что он на самом деле развращенный психопат. То, что у него была девушка, из-за которой он становился сентиментальным, удивляет меня.

— Она интересовалась им, — отвечает Эстебан. — Долгое время назад. Когда они были молодыми и глупыми, как я полагаю. К тому же, она была мошенницей.