Порочные ангелы (ЛП) - Халле Карина - Страница 33

Я лежу и извиваюсь, с губ срываются стоны. Это похоже на выстрел из электрошокера, но только удовольствием. Затем, когда мои глаза закатываются, и мне удается перевести дыхание, накатывает вторая волна.

Только на этот раз волна эмоций. Мое сердце трепещет, боль, грусть, радость, сожаление, гнев и все остальные чувства выходят наружу. Заглянув в себя, я не понимаю, как осознать то, что произошло с моим телом и моей душой.

И Хавьер, этот ужасный мужчина, наркобарон, мой похититель, сидит рядом со мной на кровати, вытирая рот и несколько мгновений смотря на меня, прежде чем убрать прядь волос за ухо. Я просто пялюсь на него в абсолютном замешательстве, с широко распахнутыми глазами и открытым ртом, пытаясь вспомнить, кем и чем я была для него.

Но это едва мне удается. Меня тянет к нему сильнее, чем к кому-либо прежде. Этот мужчина способен на жестокость и насилие, однако он доставил мне удовольствие, дал мне то, чего у меня не было прежде. Ну, и судя по его удовлетворенному взгляду, ему и самому понравилось.

Хавьер утешающе обхватывает ладонью мою щеку.

— Тебе следует отдохнуть, — произносит он. — Завтра важный день.

А затем до меня постепенно доходит реальность мира и моей жизни, заставляя сердце биться медленнее.

Но дело в том, что, как бы дико это не звучало, хоть мне и не хочется, чтобы наступало завтра, мне также не хочется, чтобы Хавьер уходил. Я хочу, чтобы он остался со мной хотя бы до тех пор, пока я не усну. Мне нужен он и то небольшое утешение, которое он мог бы мне предоставить.

Хавьер выжидающе смотрит на меня, словно хочет, чтобы я его попросила. Или хочет попросить сам. Может, мы могли бы заняться чем-нибудь, чтобы скоротать время. Может, я могла бы сделать что-нибудь для него. Может, еще не время прощаться.

Но затем он садится на край кровати и проводит рукой по волосам. Облизывает губы, моргая, словно что-то обдумывая.

Я почти говорю что-то. Даже открываю рот, чтобы попросить его остаться, как бы глупо это ни было.

Встав, Хавьер берет свой нож и прячет его в ботинке.

— Спокойной ночи, Луиза, — говорит он, и понимаю, что наше мгновение закончилось.

Не могу даже подобрать слов, чтобы попрощаться с ним. Хавьер быстро, почти печально улыбается, а затем покидает комнату, громко закрывая за собой замок.

Это звук одиночества.

Я лежу здесь обнаженная, вспоминая то, что испытала всего пару мгновений назад, то, чего никогда не испытаю снова.

Позволяю слезам струиться по щекам, эмоции все еще бушуют во мне, но затем я, наконец-то, засыпаю, прежде чем мысли о прикосновениях Хавьера успеют превратиться в мысли о том, что он может нажать на курок.

Глава 13

Хавьер

Просыпаюсь со вкусом киски Луизы на губах. Значит, это был не сон.

Мужчины, считающие, что нужно прибегать к насилию и жестокости, чтобы доказать свою власть, понятия не имеют, что упускают. Настоящая власть приходит тогда, когда доставляешь женщине удовольствие. Настоящий контроль — знание, что ты перенес женщину в другое место, в параллельную вселенную, и ты единственный, кто может сделать это. Я дал Луизе то, что она хотела, в чем нуждалась, и она никогда не станет прежней.

В каком-то смысле то же относилось и ко мне.

Однако сегодня не тот день, когда стоит зацикливаться на подобных достижениях. Сегодня я должен забыть о своих побуждениях в отношении Луизы и сфокусироваться на деле.

Моя империя может многое получить и многое потерять, и все это зависит от чувств одного мужчины к прекрасной женщине, которая лежит в постели в комнате надо мной. Я знаю, что Сальвадор не любит Луизу, иначе не обращался бы с ней так, не позволил бы всему этому настолько затянуться, а она бы не испытывала к нему такой ненависти. Но гордость легко спутать с любовью, и я знаю, как много у него гордости. Большая любовь к себе может быть разрушительной. На этом мне и нужно сыграть.

— Хавьер? — зовет Доктор.

Смотрю на него, вспоминая, что происходит. Я сижу в дерьмовом маленьком офисе, а Доктор занимает стул напротив меня. Эсте и Хуанито, которые только вернулись в дом, стоят у двери. Франко находится в коридоре. У комнаты Луизы сегодня больше охранников, чем обычно, на случай если она запаникует и решит удрать.

На моем столе лежит старомодный телефон-раскладушка, на который позвонит Сальвадор. Телефон этот нельзя отследить, но мы на всякий случай все равно уничтожим его потом.

— Да? — спрашиваю я, постукивая пальцем по сигарете и наблюдая за тем, как пепел хлопьями падает в пепельницу.

— Как нам избавиться от нее?

Больше всего меня беспокоит то, как Доктор произносит это: бессердечно, словно мы говорим о мусоре, а не человеке. Но я, само собой, этого не показываю.

— Думаю, хватит выстрела в голову, — произношу быстро, прежде чем втянуть дым.

Я уже выкурил полпачки сигарет за это утро.

— Да? Не думаешь, что стоит отправить сообщение получше? — он выгибает бровь, сморщив лоб.

Этот вопрос заставляет меня сузить глаза.

— Какое сообщение? Это не тайное убийство, нам не нужно хоронить ее лицом вниз. Луиза у нас — Сальвадор не повинуется — мы ее убиваем. Все просто.

— Но ты ведь знаешь, насколько сладкими могут быть пытки, — с тоской говорит он. — И в последний раз мы занимались этим так давно.

Смотрю на Доктора и соломенную шляпу на его голове, которая придает ему изысканность, скрывающую порочность.

— А ты знаешь, что мне не нравится пытать женщин.

— Верно, — тихо произносит он. — Тебе кажется, что это отвратительно.

— Потому что это отвратительно.

— Ты уверен, что тебе не нравится пытать всех женщин, — вставляет Эсте, — а не только Луизу?

Этот долбаный Эсте постоянно лезет на рожон. Со скукой взглянув на него, выдыхаю в его сторону дым.

— Всех женщин.

— Любопытно. Знаешь, я мог бы поклясться, что слышал, как ты пытал ее прошлой ночью. Такие крики были… — Ухмыльнувшись, он скрещивает руки на груди.

— Ты хочешь, чтобы в твоей голени оказался еще один нож? — спрашиваю я. — Нет? Тогда заткнись, бл*ть. На данный момент это твое задание. Стоять заткнувшись.

— Не обязательно прибегать к насилию, — говорит Доктор, откинувшись на спинку стула. — Не сегодня. Если ты не хочешь пытать Луизу, Хавьер, то это нормально. Пуля в голову подойдет, только после этого голову от тела нужно отделить. И что-нибудь еще, кроме головы. Мы отправим это все в Кабо-Сан-Лукас, пусть Хуанито оставит ее прямо на ступеньках здания мэрии. Это ее город, и он избегал насилия картелей слишком долго, согласен? — Он проводит пальцем по усам, улыбаясь. — Да, это будет идеальным посланием. Это покажет миру, всему миру, что мы не валяем дурака.

— Хм, — Хуанито заговаривает впервые за это утро. — Разве это не покажет и то, что Сальвадор тоже не валяет дурака? В смысле, если бы я увидел тело жены главы картеля, то предположил бы, что он не стал вести переговоры. Что его жена того не стоила. Это говорит о многом долбаном дерьме.

Прежде, чем я успеваю представить эту жуткую ситуацию, раздается звонок, из-за чего мы все вздрагиваем.

Хватаю телефон быстрее всех остальных. Рингтон просто отстойный.

— Алло.

— Как я понимаю, это Хавьер Берналь, — мужчина произносит это хрипло и тяжело, словно ему трудно говорить.

— Как я понимаю, это Сальвадор Рейес, — отвечаю я.

— Верно. Извини, что не связался с тобой раньше. Мне понадобилось время, чтобы разузнать о тебе, — он фыркает и сплевывает, заставляя меня поморщиться. — Я никогда не слышал о Хавьере Бернале, но один из моих друзей сообщил, что ты — тот, кого арестовали в Калифорнии. По слухам, тебя сдала женщина. А теперь ты забрал мою.

«Она не твоя», — думаю я, но эта мысль надолго не задерживается.

— Да. У меня твоя жена, Луиза. Хорошенькая малышка. Тебе не стоило упускать ее из вида.