Леди травница - Руднева Ксения Игоревна - Страница 8

– Вот и отлично. Обычно студентусам достаточно после инициации как следует отоспаться. Молодые организмы, как правило, легко переносят подобного рода внешние вмешательства.

– Так я и сделала, – призналась я.

А потом потрясенно замолкла – все мое внимание привлек Мраморный Дворец. Белоснежный гигант с золочеными барельефами по стенам, арками и огромным центральным куполом. После главного здания университета я уже и не думала, что меня можно чем-то еще поразить, но, как и предупреждал лорд Вестон, резиденция Короля Альварика Третьего не имела себе равных. Роскошь, монументальность и торжественность сплелись в одном строении, и после того, как я собственными глазами увидела дворец, больше и представить не могла, где еще может жить Король.

Наша карета, украшенная гербом университета, тем временем проехала мимо и остановилась у здания песочно-желтого цвета с белоснежной колоннадой по фасаду.

– Здание сената, – представил «песочного красавца» магистр Дерус, когда мы с ним выбрались из кареты на тротуар.

Я оглядывалась и никак не могла поверить, что действительно нахожусь в самом сердце столицы посреди всех этих невероятных зданий. Облик каждого из них буквально кричал о силе, могуществе и процветании Королевства, являя собой свидетельство богатства и благополучия. Поверить не могу, что бабушка когда-то добровольно поменяла все это на жизнь в скромном домишке во всеми забытом лесу.

– Магистр Дерус и госпожа Эстер в Департамент герольдии, – представил нас наставник двум стражам в гвардейских мундирах, стоящим при входе. – Нам назначено.

– Проходите, – сверившись со списком, пропустили те.

Мы прошли сквозь деревянные двери, поднялись по парадной лестнице, устланной красными коврами, на второй этаж и свернули направо. Все это время я тщательно следила за тем, чтобы рот мой оставался закрыт, но нижняя челюсть вопреки всем стараниям так и норовила упасть. Потому как я неожиданно поняла, что особняк Андрэ по сравнению с этим зданием с его расписными потолками, позолоченными балясинами и огромными портретами правящей семьи выглядит более чем скромно. Нас проводили в отдельную комнату для посетителей. Там уже были расставлены стулья вдоль стены и накрыт столик, чтобы можно было выпить чай в ожидании обряда.

Но я так нервничала, что кусок в горло не лез. Сидеть тоже казалось невозможным, поэтому я подошла к окну. Вид на внутренний двор ничего особого любопытного собой не представлял, но хотя бы позволял глазу сосредоточиться на чем-то внешнем. Редкие незнакомые люди спешили по неведомым мне делам, неся папки, зажатые или в руках, или под мышками. Девушка в форме горничной кормила собаку.

– Легкого дня, рад видеть, что вы уже здесь, – раздался вдруг до боли знакомый голос, и сердце мое споткнулось, сжалось, а потом заколотилось с удвоенной скоростью.

– Рад встрече, лорд Вестон, – отозвался магистр Дерус.

А я стремительно развернулась и только и смогла, что смотреть на лорд-канцлера, впитывая в себя его серьезный, строгий образ и взгляд темных глаз, вопреки обстановке горевших озорством. Разомкнуть губы и выдавить почтительное на грани равнодушия приветствие не получалось – внутри все бушевало от эмоций. Я часто и глубоко дышала, лишь краем сознания понимая, что наставник может вот-вот увидеть мою реакцию.

– Магистр Дерус, – лорд Вестон и не смотрел в мою сторону, – скоро придут маги, вас ждут со всеми документами в кабинете у секретаря герольдмейстера. За вашей подопечной я присмотрю.

Наставник легко согласился меня оставить и покинул комнату, даже не обернувшись. Что определенно можно было счесть за везение: в противном случае магистр рисковал узреть сумасшедший вид и без того проблемной ученицы, а еще заподозрить наличие непозволительных чувств между магом жизни и менталистом и возможно донести об этом королю.

– Мари! – лорд Вестон размашистым шагом подошел ко мне и заключил в объятия.

Я таяла под градом поцелуев, что осыпали все мое лицо ото лба до подбородка, и, кажется, роняла слезы.

– Лорд Вестон, – шептала я и цеплялась пальцами за его такой красивый мундир.

– Дрейк, лорд Дрейк, – потребовал Его Светлость и приподнял мое лицо за подбородок. – Не плачь, Мари, – он вытер мои слезы большими пальцами, и ткань его перчаток послушно впитала соленую влагу.

– Я не плачу, они сами льются, – жаловалась я.

– Сейчас мы их остановим, – пообещал лорд и приник к моим губам.

Нежный поцелуй действительно вытеснил все печальные мысли, накрыл с головой, укутав в туман ощущений. Губы лорд-канцлера дарили тепло и надежду, а руки крепко прижимали к большому твердому телу. В его объятиях я позабыла обо всем: о трудностях, ожидающих впереди, о невозможности быть вместе прямо здесь и сейчас, об очередной скорой разлуке… Я со всем желанием отвечала Его Светлости, и в этом запретном, вырванном украдкой поцелуе для меня заключалась сама жизнь.

– Сейчас сюда придут, – лорд-канцлер разорвал тягучий поцелуй, подарил еще один короткий и принялся поправлять оборки на моем платье.

А я совершенно перестала соображать. Смотрела на его руки, и ни единой мысли не бродило в моей голове. Лорд-канцлер усадил меня на один из стульев, критически осмотрел и отошел к противоположной стене, сделав вид, что чрезвычайно увлечен натюрмортом. Мне бы его актерские способности! Думаю, я сидела с дебиловатым взглядом, напоминая выражением лица умственно отсталую. Во всяком случае, вошедший Андрэ смотрел с неудовольствием и долей сочувствия. Уж кого-кого, а брата жалкий спектакль не обманул – из меня та еще лицедейка.

Глава 5

– Мари, – тем не менее, тепло улыбнулся он. Я поднялась и упала в объятия брата, радуясь возможности хоть ненадолго скрыть свое лицо и все, что на нем написано. – Что вы делаете тут вдвоем? – теперь уже в вопросе отчетливо звучали осуждающие нотки.

– Ждем обряд, – не стал молчать лорд Вестон и саркастично добавил: – Это комната ожидания.

– Вы знаете, что я не могу одобрить того, что между вами происходит, – холодно процедил Андрэ. Сегодня мой брат был чистый спектр эмоций, что сменяли друг друга с неимоверной скоростью.

– Мне не требуется твое одобрение, – напомнил Его Светлость.

– Вам – нет, а Марианне в скором времени очень даже потребуется. И будьте уверены, я его не дам.

– Андрэ, не надо, – тихо попросила я и тронула брата рукав. Если у Его Светлости ничего не получится, то я и сама не соглашусь быть с ним вместе, а если получится, уверена, Андрэ уже нечего будет возразить. – Я так рада видеть тебя, – улыбнулась я. – Мне кажется уже не меньше месяца прошло с тех пор, как я уехала из герцогства, а не какая-то пара дней.

– Я тоже, Мари, я тоже. Ты – как лучик солнца, что дарил свое тепло всем без исключения, и теперь без тебя в поместье пасмурно и грустно. Особенно скучает старик Зельден.

– Твое поместье должна будет согревать другая звезда… – осторожно заметила я.

– Давайте не будем о грустном, – Андрэ к моему сожалению говорить об иностранной невесте не пожелал.

– Я могу помочь отослать ее, – вступил лорд-канцлер, которого, кажется, предыдущие слова Андрэ нисколько не задели. – После случившегося оба государства пойдут тебе навстречу и согласятся заменить девушку.

– Благодарю, я подумаю и дам свой ответ позже, – кивнул брат.

Я смотрела в голубые глаза герцога и уже не находила в них той легкости, что сопровождала его даже в момент, когда он был смертельно отравлен. Жизнь меняет каждого, и все мы перед ее лицом беззащитны.

Спустя несколько минут вернулся магистр Дерус, и нас пригласили в кабинет. Двое магов среднего возраста в, что удивило, обыкновенных городских костюмах суетились возле стола. На бархатной бордовой скатерти стояли два серебряных кубка, глиняная чаша, исписанная рунами, рядом, чуть сбоку на белоснежной салфетке лежал ритуальный кинжал. Возле стены на мягких стульях я увидела двух свидетелей со скучающими лицами – очевидно, в отличие от меня, для них в предстоящем обряде волнительного ничего не было. За небольшим письменным столиком в противоположном углу кабинета сидела стенографистка.